Чтение онлайн

— Попахивает приготовлениями к погребению.

— Оно и есть, — округлив глаза, закивал Этан. — Провожать тебя в Бездну я буду по всем правилам, а туда живые не ходят.

— Что-то мне перестаёт нравится эта идея, — пробормотал под нос Сокол, растёгивая чёрный мундир, но клановый маг его услышал.

— Поздно. Одежду на табурет складывай, я позже её унесу. Возле жертвенника будешь лежать в вышитой рубахе. Извини, не до воинских почестей и парадной формы. Не было её в те времена.

— Да я не спорю. Воду из колода брать будем? Ну раз я покойник.

— Хотелось бы строго придерживаться ритуала, — издевательски улыбнулся Этан, — но так уж и быть. В вёдрах над жертвенником нагреем.

— Спасибо, — искренне ответил Сокол.

В доме Этана я была всего пару раз в жизни, но запомнила, что у него в саду растёт множество трав для зелий.

“Вот где вышла бы интересная экскурсия”, — нервно бормотала я у себя в мыслях.

Никак не могла успокоиться из-за предстоящего ритуала. Сумасшествие ведь. Спуститься в Бездну за потерянной частью души. Что может быть опаснее?

Беспокоил и рассказ Франко. Он не стал убеждать меня, что не лжёт, но я всё больше сомневалась в своих выводах. Полезла читать о последствиях заушницы, способах лечения и симптомах. По всему выходило, что, если старший Гвидичи говорил правду о болезни, то мой Ричи действительно мог остаться бесплодным.

“А мог не остаться”, — напомнила себе я и толкнула дверь комнаты для ритуалов.

Боялась опоздать к началу, но в итоге пришла даже раньше назначенного часа. Сокол стоял у каменного очага и смотрел на языки пламени. Босой, в длинной рубахе с вышивкой на горловине и рукавах.

— Теперь мне стало ещё страшнее, — призналась я, разглядывая наряд жениха. — Когда я просила тебя носить светлую одежду почаще, то имела в виду совсем не саван для погребения.

— Этан старается не отходить от описания ритуала, — он подошёл и взял моё лицо в холодные ладони. — Я должен умереть как можно правдоподобнее. Поучаствуешь в процессе подготовки? Покойников принято целовать на прощание.

Аромат благовоний мешал сконцентрироваться на эмоциях. Я впервые порадовалась, что в клане так любят поджигать эти палочки для проведения ритуалов.

— Отвратительный предлог для поцелуя, Ричи, — я тихо рассмеялась. — Тебе повезло, что я влюблена и готова целоваться с тобой каждую секунду.

Я прижалась к нему и мягко коснулась губ. Хотелось обнять любимого и отговорить его от опасной затеи, прекратить подготовку обряда. Но я не могла. Зато могла стоять рядом, впитывать тепло Ричи и слушать, как громко и гулко бьётся его сердце под моей ладошкой.

Нет, сообщать о возможном бесплодии перед путешествием, которое может закончиться смертью, — глупо и опасно. Я собью Сокола с настроя, помешаю сконцентрироваться на том, что действительно важно.

“Мы обязательно всё обсудим после”, — пообещала себе я и потёрлась носом о шею любимого мужчины.

Жасмина среди благовоний не было. И ванили тоже. Ох, я всё ещё привыкала ловить тонкие отголоски эмоций Ричи.

“Хорошо, что не страх, — радовалась я. — И до паники далеко”.

Дверь хлопнула, будто от сквозняка. Этан пришёл в полном ритуальном облачении. Даже маску из чёрных нитей на лицо опустил.

— Все готовы?

— Да, — Сокол крепко сжал мою руку.

В букет эмоций на мягких лапах прокрался аромат перезрелой сливы и граната. Конечно, ему больно. Цена за возвращение воспоминаний может быть слишком велика.

— Амелия, встань здесь, пожалуйста, — скомандовал клановый маг, показывая на плоский камень справа от жертвенника. — Я войду в глубокий транс и не смогу контролировать, как наш курос себя чувствует. Постарайся использовать возможности дара. Не знаю как, не спрашивай. Будем уповать на то, что духи предков явятся к нам и подскажут.

— Надеюсь, они на меня не в обиде, — мрачно сказал Ричи. — Я был плохим мальчиком почти всю свою жизнь.

— Не хуже и не лучше многих из нас, — возразил Этан, снимая бубен с крючка на стене. — Ты — часть Клана Смерти. Безгрешных праведников тут отродясь не водилось. Если прилетит парочка демонов с благословением, я ни разу не удивлюсь.

Я надеялась, что клановый маг шутит, но на всякий случай морально готовилась ко встрече с демонами. Страшно было, но интересно. Сомневаюсь, что жители Бездны на самом деле краснокожие и рогатые. Какое у них может быть отражение в нашем мире? Отличаются ли их эмоции от человеческих?

“Соберить, Амелия, — шикнула на себя я. — Сейчас не время для научных изысканий!”

Хранитель клановой магии и проводник души Сокола в Бездну ударил в бубен. Густой получился звук, низкий. Волна дрожи прокатилась по моему телу, а ведь ещё ничего не происходило. Этан помогал себе войти в транс. Седлал коня ветра, как говорили древние. Свечи будто стали гореть ярче, дым от благовоний вытянулся в струю. Такую неправдоподобно прямую и тонкую, что я ахнула.

— Не поминай лихом, — попросил Фредерико, откупорил склянку с зельем Бояны. — Всё, что я сделал в последний месяц, я делал, потому что люблю тебя. Плевать на предсказание Эльвиры. Если ведьмы-путеводы никогда не ошибались, то сейчас самое время. Я не отдам тебя Франко. Ты родишь дитя, способное открыть двери новому миру, только мне. Воины Клана Смерти не сдаются, Амелия. Ты прекрасно это знаешь…

Он замолчал на середине вдоха и прижал горлышко склянки к губам. Неизвестно откуда взявшийся сквозняк задул свечи. Комнату поглотила тьма.

В царстве мёртвых нет запахов и звуков. Там даже ветра нет, и гладь реки забвения похожа на зеркало. Сокол упал в неё и качался на волнах, не чувствуя, что тонет. Вообще ничего не чувствуя. Сон? Нет, не похоже на сон. Реальность вокруг объёмнее, явственнее. Ну и что, что немного странная.

“Живым здесь не место”, — предупреждал клановый маг.

— Но меня здесь ждут, — подумал Сокол.

Бубен звучал тихо и где-то очень далеко. Повертев головой, свежеиспечённый курос берег не нашёл. Бескрайняя водная гладь и ничего больше. Где же перевозчик на ту сторону? Старик в лодке. Молчаливый, длиннобородый и одетый, как нищий.

— Хоть бы один демон прилетел, — завозмущался лучший убийца. — Почему так тихо?

Из воды вынырнула крошечная свеча. Огарок. Такие ставят в бумажные кораблики и пускают по реке. Но Соколу почему-то не захотелось трогать её. Страх впервые сковал по рукам и ногам. Свеча плыла. Качалась на волнах без ветра и становилась всё ближе. От ужаса хотелось зажмуриться. Живот свело судорогой, зубы застучали.

— Дыши, — приказал он себе. — Иначе ты никуда не пройдёшь.

— Верно, мой мальчик, — прозвучал голос матери. — Страх здесь — высокий забор. Непреодолимый для живых. Но ты пришёл забрать своё. Спроси — отдадут ли.