Посредник
Шрифт:
Господи. Я раскраснелась, мне жарко, я возбуждена, а он еще даже не прикоснулся ко мне. Я опускаю ноутбук на кровать и снимаю халат. Его резкий вздох воспламеняет меня.
– Что бы ни предлагало мое воображение, - говорит он, окидывая мое тело оценивающим взглядом, - реальность в миллион раз лучше.
– Ты мне льстишь.
– Я сажусь рядом с ним, прислоняясь к изголовью кровати, к которой привязывала его всего несколько дней назад.
– Для чего веревка?
– Если ты хочешь связать меня…
– Нет.
– Я хочу, чтобы он прикасался ко мне сегодня. Везде. Я хочу чувствовать, как его руки блуждают по мне, пощипывают мои соски, сжимают мою грудь. Я хочу, чтобы они спускались вниз по моему телу и скользили между ног.
– Ты уверена? Ты должна чувствовать себя в безопасности.
– Я и чувствую, - настаиваю я. Я придвигаюсь ближе, так что наши плечи и бедра соприкасаются.
– Если бы это было не так, меня бы здесь не было.
– Я открываю свой ноутбук.
– Я сделала домашнее задание. Я нашла ролик, который меня возбудил. Хочешь посмотреть со мной?
– А тебе обязательно спрашивать?
Я нажимаю воспроизведение.
На моем экране темноволосый мужчина входит в помещение, похожее на номер в очень дорогом отеле. Костюм сидит на нем идеально, он выглядит богатым и влиятельным. Его сопровождает консьерж.
– Мы позаботились обо всем, что вам нужно, сэр, - говорит он, открывая дверь.
Из больших окон гостиной виден городской пейзаж. То ли Нью-Йорк, то ли Торонто, не могу сказать, но в любом случае это высокобюджетная съемка. Комната оформлена в оттенках бежевого и золотого, на каждом столе стоят высокие вазы с цветами. Консьерж показывает мужчине меню обслуживания номеров и предлагает заказать столик в любом ресторане города. Затем он останавливается перед закрытой дверью.
– Здесь находится спальня.
Это еще одна красивая комната, но камера не задерживается на ее обстановке. Нет, она приближается прямо к кровати королевских размеров. Посередине на коленях стоит женщина, одетая только в черные кружевные трусики. Ее волосы пышными волнами спадают на плечи.
– Вы заказывали нечто особенное, - говорит консьерж.
– Надеюсь, вы останетесь довольны.
Я украдкой бросаю взгляд на Данте.
– Она горячая штучка, верно?
Данте пожимает плечами.
– Она довольно симпатичная для порнозвезды.
– Он заправляет прядь моих волос за ухо.
– Но она не ты.
– Ты снова мне льстишь.
Мужчина обходит кровать. Его глаза изучают женщину, задерживаясь на ее полных, пухлых губах. Ее дерзкие соски стоят торчком, готовые к наслаждению. Он проводит по одному из них большим пальцем с непроницаемой улыбкой на лице, и она прикусывает губу, чтобы подавить стон.
– Думаю, она подойдет, - говорит он консьержу и протягивает ему стодолларовую купюру.
– Оставьте нас.
Пальцы Данте скользят по вырезу моей сорочки. Легкое прикосновение, едва заметное, и потом он ждет. Я делаю глубокий вдох и киваю…
– Да, - шепчу я.
– Пожалуйста. Еще.
Он снова проводит пальцами по моей коже, прямо под кружевом, отчего по мне бегут мурашки. Его прикосновения неторопливые, сводящие с ума. Тягучие. Я дрожу. Моя кожа слишком чувствительна к прикосновениям, но даже дикие лошади не смогли бы оттащить меня. Я не могу насытиться.
– Не отрывай глаз от экрана, - напоминает мне Данте.
– Я уже смотрела это раньше. Это ты не видел.
В ответ он щиплет мой сосок через шелк, и из моего рта вырывается стон.
– Посмотри еще раз, - говорит он, проводя языком по мочке моего уха. Его рука скользит по моему бедру медленным, дразнящим движением.
На экране мужчина снимает пиджак и бросает его на велюровое кресло. Он подходит к женщине и прижимает большой палец к ее губам.
– Открой, - приказывает он. Женщина послушно открывает рот, и он кладет большой палец ей на язык, оценивающе глядя на нее.
Пальцы Данте вычерчивают легкие круги на моих бедрах, задирая подол выше.
– Что тебя возбуждает в этой сцене?
Я краснею. Одно дело - быть полуобнаженной рядом с Данте. Но рассказывать ему о своих фантазиях предполагает такой уровень доверия, который...
Но ты ему доверяешь.
– Она - подарок, который он может использовать, - бормочу я, мои щеки пылают.
– Она здесь для того, чтобы доставить ему удовольствие. Это не тот сценарий, который я бы одобрила в реальной жизни, конечно, но поскольку это фантазия, она возбуждает.
– Ты мой подарок на этот вечер, Валентина?
– Он спускает бретельку комбинации с моего плеча. Ткань спадает, открывая его горячему взгляду мою грудь.
– Очень мило, - бормочет он, его голос низкий, хриплый. Он проводит большим пальцем по моему соску и наблюдает, как он твердеет.
– Действительно, очень мило.
Мы почти не обращаем внимания на порно на экране. Мужчина подходит к буфету и наливает себе напиток. Он делает глоток, вынимает кубик льда из бокала и проводит им по ее соску.
Я задыхаюсь.
Данте улыбается мне, его взгляд дикий, пылающий и голодный.
– Думаю, это «да».
– Он встает, и, к сожалению, под простыней он не голый. На нем пижама, фланелевая, выцветшая, пояс низко сидит на бедрах, открывая дорожку...
– Ты пялишься, Валентина.
– Он улыбается довольной мужской улыбкой.
– И я польщен. Оставайся здесь. Я сейчас вернусь.
Он возвращается в рекордно короткие сроки со стаканом виски.
– А мне?
– спрашиваю я.
Он качает головой.
– Ты пока не заслужила, воробушек.
Черт, да. Он как будто заглянул в мой разум и вытащил оттуда мои самые смелые фантазии.
– Как я могу заслужить?
– спрашиваю я, глядя на него сквозь ресницы.
– Могу ли я сделать это, стоя на коленях?
В субботу я лишь мельком взглянула на член Данте, прежде чем татуировка испугала меня, и я убежала. Думала ли я о нем с тех пор? Конечно, думала. Восемь дюймов большой, твердой как камень мужской плоти, и все это для меня. Я не могу дождаться. Самое обидное в прошедших десяти годах - это то, что раньше я любила секс. Превратить то, что я люблю, в предмет страха… Но больше я не боюсь. Я очень, очень возбуждена.