Чтение онлайн

Комната залита кровью. На стенах темно-красные разводы, словно мрачная имитация картины Джексона Поллока. Резкий медный привкус наполняет мои ноздри, запах разложения витает в воздухе. От этой смеси у меня перехватывает горло и сводит желудок. Я на грани срыва, но усилием воли беру себя в руки и захожу в комнату.

И тут я вижу безжизненное тело на холодном каменном полу. Это мужчина. Его рука вскинута, словно моля о снисхождении неизвестного убийцу. Я подхожу к трупу и переворачиваю его.

Это мой брат, Роберто. Его глаза открыты. Смотрят на меня обвиняющие. Ты убил меня, говорят они. Ты хладнокровно убил меня, а потом украл мою женщину. Моего ребенка. Ты живешь той жизнью, которая была предназначена мне.

– Ты этого не заслужил, - говорю я вслух. Я заставляю себя встать. Я возвращаюсь тем же путем, что и пришел, и выхожу из заброшенного дома.

Только для того, чтобы оказаться в другой темной комнате. Здесь сам воздух тяжелый, густой и гнетущий. С каждым мгновением кажется, что он теснее смыкается вокруг меня, его удушающие объятия грозят поглотить меня целиком. Борясь с желанием убежать, я даю глазам привыкнуть к темноте.

На полу распростерты два тела. Труп взрослого обнимает ребенка, тщетно пытаясь защитить его от надвигающейся бури.

Я не хочу смотреть.

Не хочу знать.

Наклонив голову, я переворачиваю тела и тут же отшатываюсь.

Господи, это Джорджио и его шестилетняя дочь Лилиана.

Я отхожу и выворачиваю свой желудок на пол. Кто-то перерезал им горло, убийца небрежно отбросил нож в сторону. Отведя взгляд от мертвых глаз ребенка, я поднимаю его…

В горле пересыхает.

Это мой нож. Я - убийца.

У меня нет времени на чувство вины или слезы сожаления. Как только я поднимаю нож, тишину пронзает крик.

Анжелика.

Я мчусь в направлении ее голоса. Я выбиваю дверь и попадаю в другую комнату, забрызганную кровью. Джорджио там, на этот раз живой, хотя я только что видел его труп. Он приставил нож - мой нож - к горлу Анжелики.

– Ты убил мою дочь, Колонна, - говорит он мне низким и злобным голосом.
– Ты не перерезал ей горло, но ты все равно убил ее в тот момент, когда дал мне то задание.
– Он вдавливает лезвие в кожу Анжелики, и она плачет от страха.
– Ты знал это, не так ли, Колонна? Но все равно сделал это.

– Она всего лишь ребенок, - шепчу я, и в каждом моем слове слышится отчаяние.
– Пожалуйста…

– Ребенок?
– Джорджио рычит.
– Как Лилиана?

– Пожалуйста, отпусти ее, - умоляю я. Анжелика выглядит испуганной, и я не могу этого вынести.
– Возьми меня вместо нее.

И тут, словно ситуация должна стать еще хуже, рядом со мной появилась Валентина. Ее глаза красные, лицо залито слезами.

– Данте, - умоляет она, цепляясь за мой рукав.
– Пожалуйста. Сделай что-нибудь. Спаси мою дочь.

Я ищу оружие. Хоть что-нибудь. Но моего пистолета нет, а нож исчез. Его держит Джорджио. Он поднимает его в насмешливом приветствии, а затем подносит к горлу Анжелики…

– Данте!
– Валентина трясет меня за плечо.
– Данте, проснись! Данте!

Все, кого я люблю, мертвы. Валентина. Анжелика. Я падаю на пол, сворачиваюсь в клубок и кричу. В комнате остался только я и трупы людей, которые мне дороже всего на свете. Я не смог защитить их. Я не смог уберечь их от беды. Меня трясет, трясет и трясет. Я не смог…

– Данте! У тебя кошмар. Проснись!

Я с усилием открываю глаза и сажусь.

– Валентина?
– Я тянусь и хватаю ее за руку. Пальцы дрожат, сердце не готово встретиться с моим худшим страхом, но она теплая. Она из плоти и крови и она здесь. Она жива.

Я весь взмок от пота. Провожу руками по волосам. Кошмар был таким чертовски ярким. Я до сих пор чувствую тяжелый медный запах крови и кислый вкус желчи на языке.

– Что случилось?

– Кошмар.
– Я делаю глубокий вдох и вытираю ладони о простыню. Сердце все еще колотится. Я фокусируюсь на Валентине.
– Ты одета.

– Я хотела вернуться в свою спальню.
– Она садится рядом со мной и слегка улыбается.
– На случай, если Анжелика проснется.
– Она кладет голову мне на плечо.
– Хочешь поговорить об этом?

Мне достаточно закрыть глаза, чтобы увидеть ее тело на ледяном полу.

– Я был в доме в Бергамо, - тихо говорю я. Я не хочу отпускать ее руку.
– Я нашел там тело Джорджио. Он был мертв, как и его дочь.
– Я смотрю на наши переплетенные пальцы.
– Ее горло было перерезано. Моим ножом.

Она делает глубокий вдох, и ее хватка усиливается.

– Данте… - Ее голос мягкий.
– Мне так жаль.

– Потом закричала Анжелика.
– Я не знаю, почему я рассказываю ей это. Я не должен. Я не хочу, чтобы в ее голове возникали кошмарные образы, но я не могу остановиться.
– Ее схватил Джорджио. Он сказал мне, что я убил его дочь. А потом он…

– Ты не убивал его дочь, - перебивает она.
– Это был кошмар, вот и все. В любом случае, если мы ищем виноватого, то я…

– Нет.
– Я прерываю ее.
– Я попросил Джорджио найти информацию о платежах Верратти, прекрасно понимая, что моя просьба подвергнет его опасности. Я чувствую себя дерьмово из-за этого, но я бы сделал этот звонок снова. Даже не сомневайся. Я каждый раз буду выбирать твою безопасность.

Она целует меня в щеку.

– Ты не должен все время защищать меня, Данте. Я знаю, это началось еще в больнице, но я не жертва.

– Ты думаешь, я поэтому тебя защищаю?
– Я качаю головой.
– Я делаю это, потому что ты дорога мне, Валентина. Ты была дорога мне с того самого дня, как мы встретились.

Ее глаза расширяются.

– О, - шепчет она. Я шокировал ее, хотя и не знаю почему. Я думал, что мои чувства к ней очевидны. Но она не отпускает мою руку.
– Данте, я не знаю, как…

– Тебе не обязательно отвечать.

– Это хорошо.
– Валентина слабо улыбается.
– Потому что я не знаю, что сказать.
– Она накручивает прядь волос на палец.
– После смерти Роберто меня несколько месяцев мучили кошмары. Это всегда были вариации на одну и ту же тему. Анжелика плачет в своей кроватке, я сплю, а он врывается в мою спальню и бьет ребенка, чтобы она замолчала. В тот первый год я не очень хорошо спала по ночам.

– Я этого не знал.

– Я не говорила тебе. Я знала, что ты отличаешься от своего брата, и я всегда чувствовала, что могу доверять тебе. Ты хороший человек, Данте. Но в те первые дни, когда я еще не оправилась от насилия, я не очень-то доверяла своим суждениям. Каждый раз, просыпаясь от кошмара, я напоминала себе, что Роберто мертв. Его убил Антонио. Угроза устранена, и никто не сможет причинить вред моему ребенку.