Чтение онлайн

Еще школьницей Валя отдыхала у бабушки в далекой, полувымершей деревне в центре России.

Баба Маня ставила с утра самовар, ловко отпиливая тонкой ножовкой от ствола срубленной накануне высохшей березки маленькие, аккуратные чурочки, которые бросала в сияющее огнем черное, ненасытное жерло самовара.

Неожиданно сзади подкрался шатающийся по двору петух и примостился клевать высаженную бабкой рассаду заморских цветов, до которых та была большая любительница.

Баба Маня, конечно же, это заметила, потерпеть такого нахальства не смогла, вот и замахнулась на петуха березовой веткой, но вдруг охнула, осела кулем на землю, обхватила левой рукой правую, ставшую неподвижной, словно плеть, и завыла от боли.

Маленькая Валя перепугалась, подумала, что у бабушки плохо с сердцем, и она сейчас умрет, как умерла с месяц назад их соседка, еще совсем не старая тетя Надя, возившаяся в огороде, и вдруг ни с того, ни сего упавшая лицом в грядку. Врач тогда сказал, что умерла от сердца.

Мать Валентины, у которой заканчивался отпуск, и она собиралась вечером ехать на станцию, побежала по деревне, и скоро привела небритого низкорослого, но довольно упитанного мужичка вполне городского вида, хоть тот и был в старой, выгоревшей добела телогрейке, и вымазанных глиной сапогах.

Незнакомец велел раздвинуть на терраске стол, а бабушке – лечь на него животом и светить правую руку до самого пола.

Распорядившись, ушел курить.

Через десять минут вернулся, снял телогрейку, встал возле стола.

– А теперь терпи, бабуся!

Вале было плохо видно, что там мужик делает с её бабушкой, она лишь заметила, как тот взялся своими руками за её правую, и что-то стал поворачивать.

Бабушка коротко, но громко вскрикнула, раздался глухой щелчок…

– Можете вставать. Только потихоньку, не торопитесь, и на руку пока не опирайтесь.

Мужик, бывший, оказывается, врачом-хирургом, приехавшим в отпуск к кому-то на том конце деревни, потянулся за своей телогрейкой и направился к двери.

– Вы, бабушка, просто неудачно взмахнули рукой, вот рука из сустава то и вышла. Но это ничего. Главное, что кость артерию акселяриус не задела.

– Носилки давай быстрей! – крикнул лысый врач своему нерадивому напарнику.

– А можно мне с вами?

Валентина помогла уложить мальчишку на носилки.

– Конечно можно. Вы кем пострадавшему будете?

– Мы просто прохожие. На наших глазах всё произошло, – ответила девушка.

– Ну, тогда поехали, просто прохожие, – врач посмотрел на Валентину и улыбнулся каким-то своим мыслям.

Глава 9

Мальчик продолжал оставаться без сознания.

Врач контролировал давление. Молодой фельдшер окончательно протрезвел и виновато хлопал глазами. Шофер включил сирену, до больницы оставалось совсем немного.

– Доктор, а отчего у мальчика такая рана, словно кто-то ножом ударил? – поинтересовалась Анастасия.

Врач внимательно посмотрел в лицо неудачливого велосипедиста, потрогал пульс, озадаченно покачал головой, обернулся в сторону шофера.

– Михалыч, поднажми!

– Нож не нож, но то, что рана достаточно глубокая, и может быть нанесена металлическим предметом, делаю предположение, что его поранила велосипедная цепь, которая соскочила в момент удара. А она была грязная, в масле, и поражение глубокое, вот это меня и тревожит больше всего, как бы не началось заражение.

Водитель выключил сирену.

Машина влетела в больничные ворота. У приемного покоя уже встречал санитар с каталкой. Молодой фельдшер выскочил из салона чуть ли не на ходу, кинулся открывать заднюю дверь, взялся за ручки носилок. Подоспевший санитар помог положить мальчика на тележку и быстро покатил её по пандусу к дверям приемного отделения. Врач поспешил следом.

Анастасия с Валентиной вышли из машины, остановились недалеко от двери.

– А нам туда можно? – спросила Анастасия у Валентины.

– Конечно, ведь мы сопровождающие, только пока будем там только мешать. Мальчика, скорее всего уже везут в операционную. Для его веса и роста у него достаточно большая потеря крови, и нельзя терять ни секунды. Постоим пока здесь. Я покурю, можно?

Анастасия и сама обратила внимание, что мальчик был очень худенький, как недокормыш какой-то, как только с таким велосипедом управлялся? А, может, сегодня как раз и не справился?

– Вы знаете, Анастасия Васильевна, вы только не подумайте, что это какая-то бравада, но я сегодня себя как на войне почувствовала, а самое главное – страха никакого не было, у нас ведь многие девчонки в группе крови до ужаса боятся. Спросишь какую, зачем в училище медицинское шла, выучилась бы лучше на повара, и сыт, и пьян, и нос в табаке, так нет же, говорит, там котлы тяжелые с борщом поднимать надо. А то, что в больнице говно из-под лежачих будет забирать, это её не волнует.

– А таких это, действительно, не волнует. Они за бесплатно и не подойдут к тебе, – согласилась Анастасия. – Когда мужа в больницу положили, я не отходила от него, всё сама делала. Можно, конечно, договориться, но я не захотела, противно мне было это.

– Надо идти, – Валентина щелчком отбросила окурок в сторону урны.

– Не знаю, есть ли у них кровь, а парню, наверняка, переливание потребуется. Пойдемте, сейчас всё выясним. У вас какая группа, Анастасия Васильевна?

В коридоре приемного отделения было тихо и пустынно, только на клеенчатом топчане у стены чуть постанывал бомж, прикрывая грязным тряпьем черт знает где обожженную ногу. Из кабинета вышел дежурный врач – молодой мужчина с чеховской бородкой и в круглых очках с металлической оправой – настоящий земский доктор.

– Простите, сейчас доставили мальчика с места аварии, велосипедиста, – робко спросила Анастасия, пока Валентина, присев на корточки, осматривала ожог на ноге у маргинала.

Врач оторвался от какой-то бумаги, которую читал на ходу, посмотрел поверх очков.

– Мальчика готовят к операции. Вы кто, родственники?

– Да!

Валентина поднялась с корточек, подошла совсем близко к врачу.

– Если нужна кровь, то у меня первая группа, резус положительный.

– Спасибо, – сухо ответил чеховский персонаж. – У нас кровь, слава богу, пока еще есть. Но вы, все равно, не уходите. Можете присесть здесь, в операционный блок вас не пустят.

И скрылся так же быстро, как и появился.

За стол под настольной лампой села дежурная медсестра.

– Пойдемте туда, – Валя показала Анастасии в конец коридора, где стоял небольшой деревянный диван. – Операционная в той стороне.

Больница жила своей обычной жизнью. За то время, что Анастасия с Валентиной провели на жестком диване и страшном сквозняке – сифонило со стороны лестницы, скорее всего где-то было открыто окно – карета скорой помощи подъезжала еще раз пять, или шесть.