Чтение онлайн

Аскелад выбросил вперед руку с копьем и прошил им сразу двух псайкеров. В ближнем бою у врага не было ни единого шанса. Но проблема заключалась в том, что псайкеров тут были тысячи и задние ряды не стеснялись продолжать дистанционные атаки, калеча и убивая собственных товарищей.

– Сомкнуться! – скомандовал капитан. – Остальным ротам поддержать наступление! Вперед! Разорвите этих предателей в клочья!

Он осознанно использовал это слово. «Предатели». Псайкеры, наводнившие палубу, едва «Гнев Нуаду» перестал вспарывать кору планеты, явно принадлежали человеческой расе. И они сражались на стороне ксеносов – Аскелад видел группу ящеров, что стояла вдалеке за спинами людей. Среди них выделялся один – высокий, черный как неочищенный прометий, со стальной короной антенн, имплантированной прямо в его треугольную голову.

Воин выставил перед собой щит, пригнулся и пошел вперед, как только увидел на ретинальном дисплее, что все легионеры заняли свои позиции в строю. Он шел и с каждым шагом наносил идеально выверенный колющий удар. Каждая его атака отнимала одну, две или даже три предательские жизни.

Но клин довольно быстро увяз, врагов было слишком много. Цепная молния ударила Аскеладу в плечо, оплавив керамит и обдав кожу под ним волной нестерпимого жара. Воин зарычал и навалился на толпу врагов. Теперь он перемежал атаки копьем широкими размашистыми ударами щитом. Силовая кромка начисто отрезала головы и руки, а кого-то рассекала пополам. Тщедушные тела в лохмотьях создавали для силового поля такую же преграду, которую птичье перо создает для бритвенно-острого клинка.

– К черту строй! – со злобой рявкнул капитан Первого копья, решив сменить тактику. – Всем тяжелым болтерами и огнеметам продолжать давить по флангам, остальным – свободный бой!

Это означало, что роты больше не бьются как единое целое. Теперь каждый сражается за себя, лишь по возможности помогая находящимся рядом братьям. Системное противостояние мгновенно разбилось на сотни отдельных схваток.

Теперь, не ограниченные в маневре и не скованные тактическим кредо, бойцы Авангарда Терры действовали значительно успешнее. Те, кто убивал ловчее, вырывались вперед и могли атаковать по всем векторам, не заботясь о том, что можно зацепить союзников. Да и вражеским псайкерам стало сложнее выцеливать легионеров.

Вскоре Аскелад пробился к ксеносам, которые даже не думали отступать. Напротив – пятеро ящеров изготовились к бою. Четверо занялись позиции вокруг пятого, с короной, образовав равносторонний квадрат.

– Нужна помощь? – донесся из вокса голос сержанта Айна. Ретинальный дисплей показал Аскеладу, что сержант со своим отделением стоит прямо у него за спиной.

– Раз уж вы здесь, – осклабился экзактатор, ощущая, как его кровь наполняется новыми дозами боевых стимуляторов. – Тогда отвлеките этих четверых, «коронованного» оставьте мне!

Он видел, что на подходе еще два отделения. Это были воины, набранные в Брянском и Смоленском ульях. Те самые роты, что прозвали Звериными. Те самые, что оставили на ксеносском «наутилусе» половину личного состава. «Эти ребята будут биться без экивоков», – усмехнулся про себя Аскелад.

Он убил последнего псайкера, который преграждал ему путь. Тот пытался атаковать легионера молнией, но не успел достичь нужного уровня концентрации, и наконечник копья экзактатора вышел из его затылка.

– Альба гуно, рангда! – выкрикнул Аскелад и двинулся на ящеров. К обычному фоморскому ругательству он добавил слово «рангда», которое на их родине использовалось очень редко. Это было самое страшное оскорбление, которое смывалось только в смертельном поединке.

У слова не имелось аналогов в готике. В общих чертах оно указывало на происхождение того, кого оскорбили. Якобы его мать занималась групповым соитием с ныне вымершими терранскими животными из рода псовых. И он, оскорбленный, стал прямым следствием этой отвратительной связи.

Ксеносы, конечно, ничего не поняли. Но среагировали молниеносно.

Четверо ящеров, что окружали пятого, синхронно издали низкий стрекочущий звук. Их конечности мелко завибрировали и начали покрываться сетью электрических вспышек. Аскелад понял, что происходит, но не успел настичь врагов до того, как их тела конвульсивно выгнулись, исторгнув из себя веер слепящих молний.

Визор шлема затемнился в ответ на вспышку, но когда одна из молний ударила в доспех, затемнение отключилось. Бегущий Аскелад оступился и ему пришлось опуститься на колено, чтобы не упасть. Он мотнул головой, восстанавливая равновесие после отключения авточувств брони. Доспех заметно потяжелел, силовой блок на спине громко зажужжал, выходя на предел мощности.

Аскелад с рыком сорвал бесполезный шлем и услышал голос Айна, который поступил так же.

– А я только начал привыкать к нормальной войне! – сокрушенно выкрикнул сержант. – И вот опять как варвар с дикого мира!

– Это им не поможет, – прошипел экзактатор, перехватив копье. Теперь он удерживал его над плечом, как древние греканцы.

Легионер сделал шаг вперед, намереваясь атаковать первого ксеноса, но сразу сместился вбок, нацелив копье в другого. Он замахнулся, увидев боковым зрением Айна, и вместо удара скользнул мимо противника, которым тут же занялся сержант со своим отделением.

Аскелад прыгнул на ящера с короной, высоко подняв копье. Молниеносный удар, направленный в голову врага, лишь чиркнул по плечу ксеноса. Увернувшись, черный атаковал серией быстрых выпадов когтистыми лапами. Он бил сильно, но эргономично, не совершая ни единого лишнего движения.

Аскелад ушел от встречной атаки, другую принял на щит. Улучив момент длиною в удар сердца, он атаковал в ответ, метя в правую ногу ящера. Тот отступил, но тут же получил удар щитом в подбородок. Капитан не сумел развить наступление, ксенос крутнулся на месте и отскочил, разрывая дистанцию.

Помимо отделения Айна к нему на помощь спешили еще бойцы, но не стоило недооценивать ящеров. Аскелад видел, что пока ни одна из четырех «пешек» даже не ранена.

Вскоре рядом с капитаном оказался воин из его собственного копья, Альберн. Он не был экзактатором, поэтому мог биться любым оружием. Сейчас Альберн был вооружен двуручным цепным мечом, и Аскелад сразу вспомнил, как виртуозно легионер сражался им на Дагоне. Что ж, сейчас его мастерство будет кстати!

Капитан подпрыгнул к черному ящеру и тут же отступил. Потом снова сделал шаг вперед и ушел в сторону. Он стремился раздергать противника, лишить его концентрации. В какой-то момент воин сделал два легких укола в корпус, но не завершил серию, резко упав на колено и вскинув щит над собой. В ту же секунду из-за его спины появился Альберн. Легионер оттолкнулся от подставленного щита и обрушил на ксеноса всю мощь огромного цепного меча, помноженную на ускорение его массивного тела.

Ящер не ожидал такого финта, но почти сумел увернуться. Рычащие зубья опустились ему не на голову, а на плечо. Аскелад точно знал, куда был направлен удар, поэтому, поднимаясь, был уверен, что увидит обезглавленного врага. Однако ксенос стоял! Там, куда угодил меч Альберна, мерцала темно-фиолетовая дымка. Через мгновение она исчезла.

– Капитан! – Аскелад не обернулся, узнав голос Аудуна, старшего друи своего копья.

– Говори! – рыкнул он, по-кошачьи обходя ящера с одного бока, пока Альберн заходил с другого. Экзактатору нужно было понять, как действовать дальше. Черного ящера защитило не обычное силовое поле.