Чтение онлайн

После последних слов подруги, маги напряглись и подались вперед, как сыскарь на новую улику.

– Понимаете, это очень долго объяснять. В общем, каждый мало-мальски одаренный лекарь умеет считывать остаточные эмоции с больного или же убитого. Да, не смотри на меня такими удивленными глазами, Осэн, не только ты умеешь «разговаривать» с покойниками. Только нам для этого не нужно призывать дух из бездны. Нам обо всем рассказывает кожный покров, ну, или шерсть, как в нашем случае. Если жертва испытывает очень сильные эмоции, в основном негативные – страх, боль, ненависть, – они могут отложиться не только на ментальном уровне, но и на физическом. Например: обильное потоотделение, если человек испытывает страх. Но бывают случаи, когда жертва перенимает эмоции своего убийцы или же, просто очень сильного агрессора, находящегося рядом.

– Ты хочешь сказать, что волки были подвержены влиянию чьих-то эмоций? – со скепсисом спросил Осэн.

– Не хочу сказать, а говорю, если бы еще кое-кто не отвлекал! Так вот. На шерсти данного отдельно взятого волка я обнаружила следы «капли презрения» - так обозвали данное явление в криминалистике. На теле жертвы она выявляется в виде налета, отдаленно напоминающего капли росы. Увидеть их очень сложно, а работать с ними почти невозможно. И, если бы я не обучалась на факультете военных врачевателей, то в жизни бы не распознала следы перенятой агрессии. Отсюда можно сделать один вывод, – кто-то очень сильно жаждет мести или же смерти, и этот кто-то - маг. И, раз на нас, как и на охотников, напали уже после убийства Вира, то своей цели убийца явно еще не достиг.

– Выходит, волки лишь попали под влияние разгневанного мага? – задала уточняющий вопрос Ринара.

– Именно. И попали они под него в тот момент, когда этот человек магичил. Иначе его агрессия не оставит следов на теле. Без остаточной магии она просто развеется.

– Становится все интереснее…

* * *

С момента, как Ораш закончила последний анализ, минуло уже два часа. Все это время ребята, практически не умолкая, спорили, как им лучше разделиться, дабы выигрышно обставить дело в кратчайшие сроки. Не то чтобы время поджимало, нет, его было в достатке, но вот атмосфера острова навевала нескончаемую тоску и желание покинуть немагическую зону. Чем дольше маги находились в подобном месте, тем слабее становилась их уверенность в своих силах. Восстановление занимало безбожно много времени, которое утекало сквозь пальцы.

Вся эта ситуация закончилась бы ссорой, если б не веский аргумент Риммара, кой и положил конец распри между молодыми магами:

– Рина! – рыкнул некромант, привлекая внимание не только ведьмы, но и двух напарников, жарко спорящих между собой. – Мелисия сама неплохо справится с больной. Ты ей там ни к чему, а вот мне, в поселении Виров, твоя помощь может быть очень кстати!

Как бы ни хотелось ведьме отстоять свою точку зрения и отправиться с подругой к Ейрогам, но правоту Риммара пришлось признать. Она не лекарь и толку от нее там будет мало.

– Хорошо, - нехотя, сквозь зубы, выдала ведьма, нервозно закидывая разбросанные вещи в походную сумку. Им еще предстояло свернуть палатки и навести порядок в лагере. И все это без применения магии.

Поселение Виров располагалось ближе к месту развернутого лагеря, но это не прибавляло Ринаре радости. Она до одури боялась высоты, а до общины путь лежал как раз таки через небольшую возвышенность и обходной дороги не имелось. Это заставляло ведьму нервничать еще больше.

– Хватит! – Выхватывая из рук Телинас сумку, гаркнул Риммар. Ему надоело битые полчаса лицезреть, как та, дрожащими руками, пытается запихнут в нее остатки своих пожитков.

Очнувшись, будто ото сна, Ринара посмотрела на некроманта затравленным взглядом, после чего, все же, заговорила:

– Мне нужно побыть одной какое-то время. Не ходи за мной, пожалуйста.

Противиться воли ведьмы Риммар не стал. Он прекрасно помнил о находке в гроте и предполагал, что именно она послужила причиной, по которой Ринара спешно покинула палатку.

Спор напарников продолжился и на улице. Мелисия что-то гневно выкрикивала в спину отдаляющемуся магу, который, по всей видимости, решил ретироваться с поля словесного боя. Отношения между магами не вязались и навряд ли когда-нибудь эта ситуация измениться. И Ринара была очень рада, что сможет какое-то время отдохнуть от их извечных распрей.

Кинув мимолетный взгляд на подругу, ведьма поспешили отойти подальше от лагеря.

Темная поляна освещалась лишь двумя коптящими факелами, на магические светлячки нельзя было тратить энергию, она и так до безобразия медленно восстанавливалась в немагической зоне.

Ведьма выбрала укромный уголок, чтобы ни животные, ни напарники не могли ей помешать провести ритуал поиска. Она все так же не была уверена, что тот лоскут ткани даст хоть какую-то зацепку, но пропускать улики, пусть даже малейшие, непрофессионально. А ее дар тянул ее в грот, значит, на него нужно было обратить внимание. Еще ни разу ведьмовское чутье ее не подводило. А сейчас оно отзывалось неприятным подсасыванием под ложечкой, отчего ведьме становилось не по себе.

Для проведения ритуала ей была необходима расчищенная местность, поэтому все же пришлось прибегнуть к дару. Вредность и здравый смысл были, конечно же, против, но удалять почти пласт земли вручную? Стихия земли всегда поддавалась ведьме хуже всего, вот и сейчас она как будто раздумывала, – а не во вред ли ее хотят использовать? Впрочем, уже через несколько секунд руки магички окутало легкое зеленоватое свечение, а земля под ногами начала шевелиться.

– Ах ты ж прожора! – На лбу Ринары выступил пот, дар тянул слишком много сил.

Когда небольшой круг был очищен от лишней травы, ведьма приступила к ритуалу. Мел всегда был при ней. Глупо, конечно, пытаться рисовать им по отсыревшей земле, но, главное результат. Мел зачарован, он нескончаем и не загрязняется. А его след проявится позже, – когда она начнет зачитывать слова заклинания, если все пойдет по плану, расчерченный круг вспыхнет зеленым светом, вне зависимости: видно меловую полосу, или нет.

Ритуалы всегда требовали от ведьм меньше энергии и больше концентрации и контроля над разумом. Не столь важно, сколько ты вольешь в магический круг сил, важнее сосредоточенность на предмете и на искомой цели.

Когда участок озарил зеленый свет, магичка вздохнула с облегчением. Ей было очень сложно тянуть из окружающей среды энергию. Теперь же требовалось только держать под контролем сам процесс.

Лоскут ткани, лежащий ровно посередине круга, поднялся почти на уровень лица Ринары и яростно закружился, как будто пытаясь найти свою нерадивую хозяйку. Когда внутри очерченного круга вспыхнул шар, пред ведьмой престало мутное, еле различимое, изображение девушки в платье, почти такого же оттенка, что и лоскут. Видимо, это был ее любимый цвет. Русые волосы собраны в шикарную косу, девичий стан притягивает взгляд даже женских глаз, только вот бледная, изможденная кожа и потухшие голубые глаза портили всю картину и лишь добавляли нечеткости картинке. Увы, Ринара не знала, кем является данная особа. Но была намерена выяснить в ближайшее время.

* * *

Риммар уже давно догадался, что его напарница боится высоты, и вот сейчас он снова в этом убедился.

Проложенный путь от лагеря до возвышенности они преодолели достаточно быстро, и теперь им предстояло подняться в гору.

Бледностью лица Ринара могла потягаться с самым несвежим умертвием. На лбу у девушки выступили испарины, а руки висели напряженными плетьми. И только уверенный взгляд отчетливо давал понять, - она не ждет помощи и не потерпит жалости. Поэтому Риммар предпочел промолчать, со стороны приглядывая за упертой ведьмой, дабы, в случае чего, иметь возможность ее подстраховать.