Чтение онлайн

Моррус и Къёльн вошли в Кронийский лес.

– Нужно идти прямо, рукав тут небольшой, не больше мили, – сказал Моррус.

Несмотря на ясную погоду, лес был мрачен. Деревья были настолько стары, что стволы покрылись серым мхом, а их кроны будто касались облаков. Было видно, что лесу не хватает влаги, массивные деревья забирали всё своими могучими корнями, от чего молодняк засыхал рано, превращаясь в торчащие из земли колья. Уходя в глубину леса, Моррус оглядывался на опушку, вскоре она пропала из виду. Они оставляли зарубки на стволах деревьев, тем самым отмечая путь, по которому направлялись, на случай того, если они заблудятся, то смогут вернуться назад. Тишина была мёртвой, не было слышно пения птиц, стрекочущих сверчков, казалось, даже шорох листвы под ногами постепенно становится тише. Спустя некоторое время ноги начали ощущать спуск, они шли под откос. Чаща становилась гуще, ветки царапали лица. Свет солнца терялся в листьях, казалось, что темнота подступает с каждым шагом. Тишина была оглушительной. Внезапно Къёльн остановился, прислушиваясь, затем раскрыл широко глаза и взглянул на Морруса.

– Слышишь? – сказал Къёльн.

Моррус прислушался, но ничего не услышал. Он посмотрел на Къёльна с недоумением и медленно покачал головой.

В следующее мгновение Къёльн повернул голову в сторону, будто опять услышал что-то. Он резко взглянул на Морруса с лёгкой ноткой презрения в глазах, будто тот обманывал его, а затем побежал в сторону настолько быстро, насколько могла позволить густая чаща.

– Стой! Куда ты?! – крикнул Моррус.

– Я спасу её! В этот раз я не дам ей умереть! – убегая, прокричал Къёльн.

Моррус хотел было кинуться за ним, но вовремя осёкся: нельзя было оставлять тропу с зарубками, иначе они будут обречены. Он кричал ему вслед, но Къёльн удалялся, будто не слышал Морруса.

«Папочка, где ты? Мне страшно!» – слышал Къёльн голос. Он одержимо мчался сквозь чащу к любимой дочери, которую он любил больше жизни. Ему было плевать на мрачный лес, плевать, что он заблудится, он точно знал, что через несколько мгновений утонет в блаженной радости, ведь он сможет обнять свою Грейс.

«Папочка, я здесь!» – слышал Къёльн.

– Я иду, Грейс! Я уже рядом! Только не молчи! – кричал Къёльн.

Чаща отступила, и ему удалось бежать быстрее. Голос дочери не умолкал и звал его, он был уже совсем рядом. Несчастных десять шагов отделяло Къёльна от его маленькой Грейс. Вот уже скоро он обнимет её и спасёт из этого жуткого леса. Он на бегу раздвинул кусты, отделявшие его от Грейс, и в тот же миг свалился под откос. Голос дочери замолчал. Къёльн летел вниз по крутому склону, пытаясь ухватиться, но тщетно: не было ни корней, ни веток, только твёрдая, как щит, земля. На дне оврага, к которому мчался Къёльн, была лёгкая дымка тумана. Приближаясь, он увидел торчащие из тумана колья.

– Грейс… – еле слышно и сдавленно произнёс Къёльн. Едва слёзы успели навернуться на глаза, как он налетел на колья.

Оставив на земле крест из двух сорванных палок, Моррус пошёл на крик убегающего Къёльна. Шёл быстро, как мог, оставляя засечки на деревьях. Крик Къёльна удалялся, раскатываясь небольшим эхом, но всё ещё был хорошо различим. Внезапно крик стих, Моррус на мгновение замер, зарубил засечку, крики не возобновились, Моррус побежал. Спустя некоторое время Моррус вышел к обрыву. Он увидел сорванные кусты, видел следы на склоне, затем его взор наткнулся на тело Къёльна. Моррус собрался крикнуть ему, но осёкся, он заметил, как кол пронзил его голову, Къёльн был мёртв, кричать уже было некому. Моррус осмотрел склон, он хотел понять, сможет ли достать тело, но зацепиться было не за что, даже если бы ему удалось спуститься и не налететь на колья, он бы рискнул остаться на дне навсегда. Он постоял молча какое-то время, простился с товарищем и пошёл обратно к тропе.

Моррус шёл осторожно, выслеживая оставленную засечку на стволе и только потом начинал идти к ней и так до следующей. Моррус думал, что могло случиться с Къёльном: помутился его рассудок или тому способствовал проклятый лес, как бы то ни было, нужно было оставаться на чеку. Он дошёл до креста из веток. Моррус поднял голову, чтобы найти засечки и сориентироваться, в каком направлении ему продолжить путь. Он переживал, что не удастся их найти, но они нашлись быстро. На мгновение сердце тронула радость, он сможет выйти из леса, но вдруг на глаза попалась ещё одна засечка, всё внутри похолодело: он увидел засечку там, где её не должно быть, приглядевшись, он нашёл ещё одну. Оглядываясь по сторонам, он находил засечку на каждом стволе дерева вокруг него. Сомнений не было, лес погубил Къёльна, и вскоре погубит и его самого.

Моррус решил идти, хотя понимал, что смысла в этом не было: в лучшем случае он только выбьется из сил и умрёт от изнеможения, если лес не убьёт его раньше. Моррус подумал про Сивона, он надеялся, что тот не решит срезать через лес. Несмотря на всё случившееся, Моррус продолжал думать о деле. Выбрав направление, он двинулся в путь.

Прошли долгие часы скитания. Моррус выбился из сил, но несмотря на это он шёл осторожно, всё, что он искал, это дерево без засечки, но все они были посечены с разных сторон. Он решил, что когда наступит ночь, он упадёт без сил, уснёт и больше не проснётся, но пока было светло, он не терял надежды. Времени у него оставалось немного, учитывая то сколько прошло времени, был уже вечер, и вот-вот должно начать темнеть, но этого не происходило, в лесу по-прежнему царили мрачные сумерки, он продолжал идти. Он ждал голоса, который свёл с ума Къёльна, но он ничего не слышал, кроме оглушительной тишины. Вода у Морруса закончилась уже давно, его мучила жажда, он ждал момента, когда рухнет без сил, но продолжал идти, еле передвигая ноги. В лесу не темнело, он решил, что лес находится вне времени и существует сам по себе. Внезапно Моррус услышал звук, который пронзил тишину, это был звук крыльев, на ветку сел огромный ворон. Птица издала пронзительный звук, Моррусу показалось, что ворон каркнул внутри его головы, это повторилось ещё два раза, и птица взмыла в воздух. Через минуту Моррус уловил свечение, в этой серости это особенно выделялось. Из-за дерева к нему плавно спустился светящийся шарообразный огонёк солнечного света. Моррус насторожился, но шар не представлял опасности, он просто завис над ним, никуда не звал и никуда не улетал. Моррус посмотрел на него какое-то время и попробовал отойти в сторону, шар плавно поплыл вслед за ним. Раздались звуки, они были еле различимы, будто на дне глубокого озера. Моррус прислушался: это было шуршание листьев, кто-то приближался в его сторону. Он положил руку на рукоять клинка, в таком состоянии он не смог бы сопротивляться даже ребёнку, но и сдаваться он не собирался. Шум шагов нарастал, из чащи показалась голова огромного волка, затем ещё одна, и ещё. Вместе с волками вышел человек в волчьей шкуре и направился к Моррусу. Приближаясь, волки вели себя не агрессивно, не скалились и не рычали, Моррус не ощущал опасности, но и руку с клинка не убирал. Незнакомец подошёл к Моррусу, оглядел его с ног до головы, затем дал ему флягу и сел на землю, скрестив ноги, волки окружили их. Моррус жадно испил из кожаной фляги, посмотрел на волков, затем на незнакомца и тоже сел. Незнакомец смотрел в глаза Моррусу около минуты и сказал размеренным тоном:

– Кто ты?

Моррус никогда не мямлил, и сейчас, несмотря на усталость, собрался с силами и чётко ответил:

– Моррус из Рльеха.

Незнакомец слегка прищурил глаза, будто что-то вспоминал, затем сказал:

– Меня зовут Омнус.

Немного помедлив, он спросил:

– Зачем ты пришёл в лес?

Моррус рассказал про столетнюю войну, про задание, про то, что пропали лошади, про Къёльна, про то, как скитается среди деревьев уже целую вечность. Омнус выслушал Морруса, отвёл глаза в сторону и произнёс:

– Война – неизлечимая болезнь твоего мира, люди всегда убивают друг друга. Люди слепы, они не видят, что жаждущие богатства обречены на нищету, жаждущие власти обречены на предательство, несущие смерть обречены на смерть. Лес отторгает всё чужое, словно тело, которое лечит болезнь, которая несёт с собой силки и капканы, поэтому погиб твой друг, поэтому тебя ждала та же участь. Ты решил войти в лес, потому что думал, будто это детские сказки, я позволю тебе уйти, чтобы ты поведал остальным о том, что это не так… Внешний мир смертельно болен, и когда он умрёт, останется только лес.

Закончив говорить, Омнус поднялся, Моррус встал вслед за ним. Вставая на ноги, Моррус заметил, что усталость покинула его, будто он выспался и поел, он подумал, что во фляге была непростая вода. Омнус поднёс правую руку к лицу, ладонью вверх, через мгновение шар света, круживший над ними, начал спускаться, пока не лёг ему на ладонь. Омнус прошептал несколько слов на незнакомом языке, шар поднялся над их головами и начал медленно улетать.

– Ступай за светилом, – сказал Омнус.

Моррус посмотрел на удаляющийся шар, сожалея о том, что у него нет времени на вопросы, он бросил взгляд на Омнуса и слегка склонил голову в знак уважения, поблагодарив его. Удаляясь, Моррусу пришла в голову мысль, что это всё не наяву, что на самом деле он рухнул без сил и уснул своим последним сном. Он обернулся в сторону Омнуса, но никого не увидел.

Шар медленно плыл в лесном мраке, касаясь тёплым светом стволов деревьев, на которых уже не было засечек. Моррус переживал, что если светило ускорится, он не сможет догнать его, поэтому практически не отрывался взглядом от него и следовал за ним. Глядя на шар, он не замечал корни под ногами, несколько раз он больно ударился, но его это скорее обрадовало, так он понимал, что не спит. Спустя около часа пути Моррус заметил, как к шару присоединилось ещё одно светило, схожее по размеру, но слегка светлее, потом ещё одно и ещё, вскоре Моррус шёл в сопровождении пяти огней. Внезапно резко начало темнеть с каждым шагом, ночь будто рухнула на лес. Светящиеся шары стало лучше видно, Моррус уже не боялся, что упустит их, но их света не хватало на то, чтобы осветить путь, и он шёл на ощупь. Пройдя немного в кромешной тьме, Моррус услышал что-то: звук постепенно нарастал с правой стороны, и Моррус различил в нём топот копыт, приближались всадники. Сердце Морруса затрепетало: лошади не могут скакать в лесу, значит, он уже на опушке леса. Он решил не обнаруживать себя, это могли быть Эхберы. Светящиеся шары зависли на одном месте и через мгновение поплыли в обратном направлении. Моррус еле слышно прошептал им «спасибо», не зная, поймут ли они его. Всадники приближались, их было трое. Видимость была плохой, Моррус с трудом различал силуэты, они скакали вдоль леса, и когда поравнялись с ним, он почувствовал нечто противоестественное: ему показалось, что он увидел развивающийся плащ Къёльна. Всадники пронеслись мимо, он вышел из леса и смотрел им вслед, через мгновение они ушли правее, подальше от леса.