Чтение онлайн

Флиппи медленно открыл рот, а потом трагически схватился за сердце:

— Лирия… моя милая, очаровательная, прекрасная Лирия! Ты… ты оказалась четырёхруким мужиком?! — его голос сорвался в крик. — Всё! Моя жизнь кончена! Все мечты рухнули! Я больше никогда не буду верить женщинам в капюшонах!

— Я — Армет, — произнёс маг гулким голосом, словно гром прокатился над лесом. — Запомните это имя, ибо именно я стану последним, кого вы увидите в своей жизни.

Флиппи рыдал, обняв коленки:

— Мало того что предала… так ещё и с руками больше, чем у меня пальцев!

Караван остановился. Их клетки маг поставил на поляну. Земля здесь была исполосована старыми фресками, уставлена идолами, пропитана тёмной энергией. Кровь, запёкшаяся в трещинах, блестела под луной.

— Здесь, под открытым небом, — возвестил Армет, поднимая посох, — вы встретите свой конец!

Дрокарн схватил взглядом Тамару. В её глазах плескался страх. Но в ту же секунду орк вытянул к ней руку, крепко сжал её пальцы и тихо сказал:

— Пока я рядом — никто не тронет тебя.

Она смутилась, опустила глаза, но не отпустила его руки.

Флиппи же всхлипнул и пробормотал:

— Хоть у кого-то любовь настоящая… а я… я потерял свою четырёхрукую возлюбленную…

Армет двигался по поляне, как повар на званом ужине: расставлял идолы в ряд, рассыпал пепел по кругу, зажигал чёрные свечи. Время от времени поднимал руки к небу и что-то шептал, отчего воздух становился вязким, как холодец.

— Всё, это конец! — истерично завыл Флиппи, колотя головой о прутья клетки. — Никогда больше не увижу свою мамочку! Никогда больше не съем сочной печёночки с луком! Никогда больше не поиграю в карты с честными людьми!

— Ты в карты всегда мухлевал, — буркнул Дрокарн.

— Вот именно! — взвыл гремлин. — И даже этого счастья я лишён!

Тамара прижалась ближе к клетке орка. Она чувствовала, как сердце колотится в груди, но рядом с Дрокарном становилось хоть немного спокойнее. Он тихо сказал:

— Держись. Мы выберемся.

Но внутри у обоих жила мысль: «Как?»

Армет, закончив приготовления, обернулся к пленникам. Его светящиеся глаза жутко блеснули.

— Первой я убью девственницу, — торжественно произнёс он и направил посох прямо на Тамару.

Она похолодела. Всё. Её женский секрет раскрыт. Но теперь это уже не имело никакого значения.

— Нееет! — Дрокарн рванулся к прутьям клетки, тряся её так, что она заскрипела.

Флиппи закатил глаза и затряс лапками:

— О-о-о, девственница! Всё пропало!

Армет подошёл, распахнул клетку и, словно хозяин бала, галантно взял Тамару за руку. Но от этого прикосновения по её телу прошёл разряд, ноги подкосились, и мир ушёл в темноту.

Очнулась она уже на алтаре. Холодный камень жёг кожу, а над ней нависал Армет, выводя на её коже светящиеся символы. Воздух гудел от магии, свечи вытягивались в тонкие струи пламени, идолы будто шевелились.

И вдруг слова всплыли в памяти Тамары — слова гремлинов из святилища предков:

«Ты есть гром. Ты есть стихия. Ты ощутишь свои силы под открытым небом, когда всё будет казаться безнадёжным. Ты способна решить судьбу нашего мира.»

Именно это мгновение и настало.

Тамара резко открыла глаза. В зрачках плескался бело-голубой свет, волосы зашевелились, словно от ветра, хотя воздух был неподвижен.

Армет замер.

— Нет… — прошептал он, качая головой. — Этого не может быть!

Но было.

Тамара подняла руку. Из её ладони сорвалась молния — ослепительная, ревущая, как целая гроза. Она ударила Армета прямо в грудь.

БАААХ!

Четверорукий маг взвыл и отлетел на несколько метров, дымясь и пахнущий так, будто кто-то поджарил шашлык, забыв снять его с мангала.

— Хо-хо-хо-хо! — истерично рассмеялся Флиппи. — Жареный Армет! Кто хочет соус барбекю?

Дрокарн таращился на Тамару так, будто впервые видел её. Впрочем, так оно и было.

Она ещё секунду сидела, сияя словно живая молния, а потом без сил рухнула на камень и потеряла сознание.

— Нет-нет-нет! — орк стал трясти решётку клетки. — Тамара! Держись!

Флиппи, всё ещё нервно хихикая, добавил:

— Ну, если нас всё-таки прикончат, хотя бы уйдём красиво! И с запахом жареного мяса в носу…

Тамара очнулась, резко села и с ужасом осмотрелась. Алтарь, идолы, копоть на траве… и клетка, в которой сидел Дрокарн.

— Тамара! — позвал орк, хватаясь за прутья. — Сначала проверь, дышит ли Армет.

Она метнулась к телу мага. Тот лежал белый, как простыня на верёвке, и не шевелился. Она наклонилась ближе — дыхания нет, сердце молчит. Армет был мёртв.

— Он всё, — прошептала она, возвращаясь к клетке. — Совсем всё…

— Тогда теперь займись клеткой, — спокойно сказал Дрокарн.

Тамара вцепилась в прутья и попыталась раздвинуть их руками. Ноль. Потом попробовала искать узлы — ничего. Прутья срослись, словно это одно живое дерево.

— Н-не открывается, — выдохнула она.

— Ты молнией Армета шарахнула, — напомнил Флиппи, подпрыгивая внутри своей клетки. — Ну так шарахни и клетку!

Тамара застыла.

— То есть… это была не галлюцинация? Это… я?

— Это ты, — мягко сказал Дрокарн, глядя прямо в её глаза.

Она сглотнула. Сердце билось, ладони дрожали.

— Ладно. Только отойди от края, а то ещё случайно тебя зашибу.

Орк послушно отступил. Тамара вытянула руку… и ничего. Попробовала снова, с усилием, морщась и напрягаясь так, будто пыталась справить нужду посреди густых кустов.

— Эм… — осторожно подал голос Дрокарн. — Может, вспомнишь, как именно это получилось? Ты была на алтаре, думала, что всё пропало, и…

— Ах да, — выдохнула Тамара, вспоминая холодный камень под спиной и взгляд мага, готового убить. В груди кольнуло то самое отчаяние.