ЖАНРЫ

Повелительница с клеймом рабыни
Шрифт:

– Тогда… почему ты не сказал об этом Милене?

– Ей не нужно этого знать. У неё сейчас начнётся совершенно иная жизнь. Жестокая, беспощадная, и ей не нужно лишних потрясений.

– Но Саварис говорил совсем другое!.. – с трудом выдохнул Кай – холод терзал его немилосердно.

Самаэль жестоко усмехнулся:

– Прекрасное будущее? Да, оно будет – я в этом уверен, но… Ты представляешь, как Милене придётся сломать себя, чтобы обрести это будущее? Она должна будет отринуть всё человеческое… уничтожить в себе жалость, сострадание… Если она этого не сделает… умереть ей не дадут, но она сойдёт с ума.

Кай понял, что на длинный ответ у него, просто-напросто, уже не хватит сил. Он чувствовал, как его кровь остывает… превращается в лёд, как и говорил Саварис… и совсем скоро этот лёд должен был достигнуть сердца. Ещё каких-то полминуты…

– Ты… ведь, защитишь Милену? – на этот вопрос у него всё же нашлись силы. – Ты, хоть и демон, но любишь Милену… Любишь по-настоящему…Защити её! Поклянись… что защитишь!

– Ты требуешь клятву с Верховного демона?! – на лице ангела смерти отразилось крайнее изумление. – Человек, который, вот-вот, умрёт?!

– Я знаю… знаю Милену… – у Кая перехватывало дыхание, казалось, вдыхаемый воздух просто замерзает в лёгких. – …знаю её характер… Ты прав – ей будет тяжело. Ей нужен рядом тот… кто её любит… Поклянись!

На эти слова Кай истратил последние силы. Чудовищная боль скрутила его… Кроме этого чувства и чувства всепоглощающего холода не осталось больше ничего.

Кай закрыл глаза… и тут он ощутил, как вся боль и весь холод исчезли. «Может это так ощущается смерть?» – подумал он, но глаза, всё-таки, открыл. Он был всё там же – на песчаной отмели на берегу реки, а рядом с ним стоял Самаэль, внимательно смотрящий на него.

– Я, как проводник душ, могу задержать тебя на этой стороне на какое-то время, – сказал Самаэль. – Этого времени тебе должно хватить, чтобы принять решение.

– Какое решение? – спросил Кай, с удивлением ощущая какую-то необъяснимую лёгкость в сведённом ледяной судорогой теле.

– Я могу сделать так, чтобы ты остался рядом с Миленой, Кайома.

– Ты же… сказал, что я умру. Что меня не спасти…

– Это так, – согласно кивнул демон. – Ты умрёшь, вернее – умрёт твоё тело. Но я могу сохранить твою душу. Поместить её в другое тело.

– В тело другого человека? – в глазах парня появилась надежда.

– Нет. Слишком долго искать подходящее тело. Кроме того, ради тебя, я законы мироздания нарушать не собираюсь, уничтожая другую душу и освобождая место для тебя. Я могу предложить тебе тело создания Преисподней – адской гончей.

– Это значит… я буду жить, как адская гончая?

– Совершенно верно. Ты обретёшь бессмертие, так как гончие, как и демоны, бессмертны. Обретёшь способности, какими обладают гончие – перемещение между мирами, обострённое чутьё, зрение, сила… кое-какая магия. Ты не сможешь говорить, но сможешь общаться телепатически – по прошествии какого-то времени.

– И, вместе с этим, я навсегда потеряю возможность быть человеком, да?

– У тебя и так нет такой возможности. Ты либо сейчас умрёшь, либо станешь адской гончей. Вот и всё. Выбирать тебе. И ещё кое-что. Если ты умрёшь, как адская гончая, то умрёшь окончательно – если с твоим новым телом что-то произойдёт, твоя душа тоже будет уничтожена.

Кай молчал. Самаэль предлагал ему жизнь, но жизнь адской твари. Его ждала вечность в зверином теле. Но… если это единственная возможность…

– Если я соглашусь на это... – наконец, вымолвил он. – Я буду рядом с Миленой, так?

– Да. Ты сможешь быть рядом с ней и защищать её.

– Я буду помнить, кто я? Буду ли я осознавать себя?

– Будешь. Может не сразу, но ты вспомнишь о том, что ты – Кайома Макфей.

– Милена… будет знать об этом?

– Зависит от тебя. Если ты хочешь, чтобы она это знала…

– Нет! – резко прервал демона Кайома. – Я не хочу, чтобы она знала.

– Тогда… она будет думать, что ты мёртв.

– Это лучше, чем она будет знать, что я теперь навсегда останусь в собачьей шкуре. С неё станется ещё и себя в этом обвинить…

– Это значит, что ты согласен?

– Да. Но ты должен обещать, что тоже не скажешь Милене о том, во что я превратился.

– Уже обещание? Не клятва? – хмыкнул Самаэль.

– Если я сам смогу охранять Милену… то обойдусь и без клятвы, – смог усмехнуться Кай.

– Я ничего не скажу Милене, – кивнул ангел смерти, и Кайома почувствовал, что его глаза снова закрываются. На этот раз навсегда.

Так началась новая жизнь Кайомы Макфея. Точнее, жизнь Ренэтуса – личной адской гончей Милены Кавэлли.

Разум человека проснулся в «Ренэтусе» через полгода жизни адской гончей в Зиградене. Сначала он не мог понять, что происходит: где он находится, где Милена, почему у него такой облик… Потом, постепенно, начали возвращаться воспоминания: о том, как он умер; о том, как согласился на новую жизнь … А затем пришёл Самаэль. Как оказалось, ангел смерти мог слышать мысли «Ренэтуса»:

– Ты всё вспомнил, Кайома Макфей?

Где Милена? – вместо ответа, послал Кай мысль. – Я… не чувствую её рядом.

– Она в мире драконов, куда тебе, пока, хода нет.

Почему?

– Потому что Милена беременна от Ферокса. И этому, ещё не родившемуся ребёнку, ты очень не понравился – по всей видимости, ещё не рождённый дракон уже инстинктивно чувствует, что с тобой что-то не так, что ты не просто адская гончая. Пока он не родится, ты не сможешь и близко подойти к Милене. Он не подпустит тебя к своей матери. Впрочем, как и меня – этот драконий детёныш жутко ревнив.

Значит, Милена ждёт ребёнка от дракона… Сколько времени прошло с тех пор, как я… покинул мир людей?

– Полгода.

И… многое изменилось за это время?

– Имеешь в виду, как сильно изменилась Милена? – Самаэль усмехнулся. – Достаточно. Она привыкла к новой жизни, к новому миру. Она учится быть другой, учится отсекать от себя всё то, что было в её человеческой жизни. Учится быть жестокой, быть безжалостной. Сможешь ли ты, Кайома Макфей, продолжать любить её и защищать её такую? Ты, ведь, любил совершенно другую девушку – Милену Бэлоу. А Милена Кавэлли совсем другая.

Поделиться с друзьями: