Чтение онлайн

– Это нечестно, – произнёс молчавший до этого Террелл.

– Что именно? – уже с раздражением спросила я, так как посчитала, что я всё доступно объяснила.

– Ты хочешь, чтобы мы остались в стороне тогда, когда ты можешь погибнуть. Если бы подобное касалось кого-то из нас… ты бы смогла дать такое обещание, которое сейчас требуешь от нас?

Я даже слегка опешила от столь длинного монолога от Террелла. Но, тем не менее, ответила со всей твёрдостью:

– Нет, разумеется, нет. Но я – ваша мать. Пусть даже я и не так уж сильна магически. Но родители должны защищать своих детей, а никак не наоборот. Поэтому вы сейчас сделаете то, что я прошу. Я жду.

– Хорошо, мы обещаем не лезть в это дело, – после минутного молчания, с явной неохотой, произнёс Ориан.

– Обещаем, – повторила Лерден, явно через силу.

Террелл молчал, и мне пришлось посмотреть на него в упор. Тот отвел взгляд, и нехотя буркнул:

– Обещаю.

Мне бы почувствовать облегчение, но почему-то этого не произошло. Я вздохнула:

– Тогда, можете идти.

По-хорошему, взять бы с них нерушимую клятву. Чтобы точно быть уверенной. Но… ладно уж. К тому же, если для демонов клятва – это было обычное дело, то для драконов – нет. Демоны, запросто, могли не выполнить то, что пообещали. Просто потому, что им этого захотелось. Драконы же своё слово всегда старались держать. Для них обещание не было пустым звуком, в отличие от демонов. Особо горячих драконов предложение дать клятву могло даже вполне разозлить. «Но вот с Криса я эту клятву точно возьму, как только он мне попадётся».

– Мам… можно кое-что спросить? – задержалась Лер, когда её братья уже ушли.

– Спрашивай.

– Тебе… тебе не обидно? Ну то, что отец… не исключает варианта – пожертвовать тобой?

Вопрос застал меня врасплох: «Не обидно ли мне? Что я должна ответить ей?».

– Я знаю своего мужа, – помолчав, ответила я драконессе. – Я не ждала от него иного. Он повелитель, от которого иногда требуется делать очень тяжёлый выбор. И он должен выбирать не по своему личному желанию, а по тому, что будет лучше для его мира. Даже если это означает лишиться чего-то дорого. Ты ведь дочь повелителя, Лер. Ты и сама должна всё это понимать.

– Я это понимаю, но… принять сложно.

– Когда-нибудь примешь, – с некоторой грустью улыбнулась я. – А теперь, иди.

Лер ушла, оставив меня одну у кабинета Ферокса. На самом деле, я не была уверена, что убить меня будет для моего мужа таким уж тяжёлым выбором. В конце концов, он женился на мне, потому что хотел обзавестись наследником. Кроме самого Ферокса, кровь моего далекого предка, текущая во мне – единственная кровь черных богов-драконов, оставшаяся в обитаемых мирах. У Ферокса не было особого выбора. Что ж, наследник у него теперь есть, и не один. Не уверена, что он будет сильно скучать по мне. Единственное, что может вызвать в нем тоску, это зов драконьей крови.

«Ох, я же совсем забыла спросить, что там с Келл, – вспомнила я. – Не просто же так они так помрачнели при её упоминании. Но, теперь уже ничего не поделаешь». Я толкнула дверь в кабинет Ферокса и вошла.

Ферокс сидел за столом и просматривал какие-то бумаги. Подняв от них глаза и увидев меня, он спросил:

– Столкнулась с ними?

Догадаться, кого он имеет в виду было не сложно.

– Да, – кивнула я, усаживаясь в большое мягкое кресло, напротив его стола. – Что они от тебя хотели? Мне показалось, что… разговор с тобой их очень расстроил.

– Они приходили просить за Аккэлию Кавэлли, – ошарашил меня дракон.

– За Келл? О чём?

– О том, чтобы я позволил демонессе остаться в мире драконов навсегда, под их защитой.

– Так вот почему… – я не закончила и покачала головой. – Ты всё им объяснил, да? Почему это невозможно?

– Разумеется. Они меня поняли, пусть и не сразу.

Я молчала, вспоминая, как сама когда-то мечтала о том, о чём просили мои дети. Когда стало ясно, что в Келл нет ни капли магии. О том, чтобы моя девочка могла жить, никого и ничего не боясь. В полной безопасности. Только мне не понадобились пояснения Ферокса, чтобы понять всю бесполезность этих мечтаний. Несмотря на отсутствие магии, Келл в большей степени, чем я была демоном. Было невозможно навсегда оградить её от Преисподней, как бы я или мои драконы этого не хотели. И так – правильно. Так и должно быть. Во всяком случае, я старалась уверять себя в этом. Уверять чуть ли не каждый день.

– Но я до сих пор не могу понять одного, котёнок. Почему, всё-таки, ты оставила эту, полностью лишённую силы демонессу, в живых? Ты ведь и сама понимала, с самого начала, какая судьба ждёт такую, как она.

– Думаешь, было бы лучше, если бы я убила её? – равнодушным тоном спросила я.

– Для неё – да.

Ферокс был уверен в своих словах и в них была истина, но… как Лер не могла принять долг повелителя, так и я не желала принимать судьбу Келл. Не желала в неё верить. Я тешила себя иллюзиями, что когда придёт время, я смогу что-нибудь придумать. Смогу защитить, чего бы мне это не стоило.

– Сейчас она маленькая, и никому не интересна, – нарушил молчание Ферокс. – Но ты же сама видишь, какая она. И ты знаешь, какой она вырастет. Ты не защитишь ее, котенок.

Я подняла на мужа взгляд. Он смотрел спокойно… Мне на миг показалось, даже с сочувствием, но… лишь показалось. Игра ненужного воображения.

Конечно, я знала, какой вырастет моя Келл – я же не слепая. Она была красивой уже сейчас. И не было никаких предпосылок к тому, что это как-то изменится. Как и к тому, что у нее появится хоть какая-то сила. А это значило, что однажды мне придется увидеть, как моя дочь станет чьей-то собственностью. Увидеть – и, скорее всего, смолчать.

– Я не хочу говорить на эту тему, – наконец, ответила я мужу.

Этот разговор становился слишком болезненным для меня. Ферокс сильный, он может защитить своих детей от всего – ему эту боль не понять. Да и нужно ли ему понимать это? Сомневаюсь. То, что он терпел моих детей-демонов в своем мире, более того – в своем доме, уже было большой уступкой с его стороны.

Принадлежа к обоим мирам, я прикладывала все усилия, чтобы не смешивать эти две стороны своей жизни. При всей своей схожести, мои миры были слишком разными – парадоксально, но это так. Жена повелителя драконов, мать наследника трона, повелительница – может говорить со своим мужем о любых проблемах, но только если они касаются мира драконов. А проблемы ледяной королевы Зиградена – это, исключительно, проблемы ледяной королевы Зиградена и больше ничьи. И боль тоже – её. Так уж повелось, что все свои эмоции, переживания, связанные с этой стороной моей жизни… всё это – только в себе. Ни капли наружу. Ни перед кем, кроме Самаэля. И уж тем более, не перед Фероксом. Бесполезно и бессмысленно.

Муж посмотрел на меня долгим, испытующим взглядом, словно хотел дать мне возможность сказать что-то еще. Но я молчала.

– Хорошо, не будем про это, – наконец согласился Ферокс, его голос прозвучал странно задумчиво. – Так, почему ты здесь? – спросил дракон, меняя тему. – Мне казалось, что ты была намеренна задержаться в постели.

– Да, была, – я невольно усмехнулась, вспомнив наивную нежную драконессу в своих руках. – Но, к сожалению, планы пришлось изменить. Я кое-кого увидела – в зеркале. Женщину, которую видела в тот день, когда вы с Люцифером запечатали Чёрную богиню.

Ферокс нахмурился. Но особого удивления в его глазах я не увидела. Наоборот он, словно, что-то вспомнил.

– Люцифер говорил тебе о ней, – я не спрашивала – утверждала. – Он тебе сказал, кто она?

Я помнила, что тогда, когда повелитель Преисподней спас меня (во всяком случае, я так считала) от женщины из зеркала, он говорил с ней так, как будто знал её. И она его – тоже.

– Она одна из древних богов. Шеллатар – богиня ночи, – сказал мужчина. – Одна из тех, кто спит в Бездне. Или, по крайней мере, кто должен спать.