Чтение онлайн

Я почти голый, и не то чтобы нарочно. Одна моя рука заведена наверх, упирается в дверной косяк. Я наблюдаю за тем, как её глаза перемещаются с полоски редких волос у меня подмышкой на татуировки на моей груди, потом ещё чуть ниже и резко вверх.

Это так мило. Она похожа на потерявшегося котёнка, запутавшегося в моих простынях. Без них она бы выглядела ещё лучше…

– Глядите, кто проснулся, - говорю я.

Она скидывает простыни, но всё, что на ней одето - моя большая майка, с эмблемой университета Мэннинг…моя майка. Она зажимает её между ногами, внезапно понимая, что на ней нет ни трусиков, ни лифчика.

Её голос грубоватый ото сна и каждое слово она выговаривает так старательно, словно пьяная:

– Мы…что?

Я смеюсь:

– Нет.

Её лицо горит от стыда. Она обхватывает себя руками, но образ её напряжённых сосков, под тонкой хлопковой тканью, успевает запечатлелся в моей памяти.

– Тогда, что я здесь делаю?

Я подхожу ближе, сажусь на уголок кровати. На мне чёрные боксеры и я уверен, что моё хозяйство выпирает будь здоров. Она отводит взгляд, но я успел отметить, куда она смотрела. А как насчёт этого? Я развожу ноги и откидываюсь назад так, что кубики на моём прессе складываются точёными блоками.

– Тебе что-то подсыпали в напиток вчера на вечеринке.

– На вечеринке?

– В Сигма Ню. Ты не помнишь?

Она трогает свою голову:

– Не очень.

– Я шёл за тобой по лестнице, видел, как этот мудак Чарльстон пригвоздил тебя к постели, и понял, что дело дрянь.

Она, похоже, в шоке, наверное, даже и не задумывалась о том, что пила, что кто-то может подменить её напиток. Нет, я просто уверен, что все люди вокруг, в её представлении, идеальные, совестливые граждане и преступлению совсем нет места в этом мире.

Выражение её лица становится совсем беспокойным:

– Что значит – пригвоздил к кровати?

– Ты была голая, в отключке, на сколько я мог судить. Он широко развёл твои ноги, развязывая ремень на своих штанах. Ясно куда дело двигалось.

Она краснеет ещё гуще, теперь зная, что была ещё и голой.

Я продолжаю:

– Я вошёл и бортанул этого ублюдка, он растянулся на полу. Его дружки из Сигмы прибежали на шум, так что у меня не было времени забрать твои вещи, прости. Я завернул тебя в одеяло и вытащил оттуда нафиг. Ты правда ничего из этого не помнишь?

Она потрясла головой, волосы беспорядочно разметались по плечам, что сделало её ещё горячее:

– Нет. Ты обратился в администрацию?

Мой взгляд взлетают к потолку. Как кто-то может быть настолько наивным?

– К кому? К камбузной полиции? Так дела не делаются. Кроме того, разве ты не получила уже свою дозу популярности на неделю?

– Это была не моя вина! Если бы ты мог дать нормальный пас…

– Не моя проблема, что лузеры в моей команде ворон считают или что ты слепая.

Она встаёт. Её всю трясёт, ноги словно желе.

– Спасибо за помощь, но я ухожу.

– В этом?

Девчонка оглядывает себя. Майка едва-едва закрывает её промежность.

– У тебя нет джинсов или каких-нибудь штанов?

– Это не Родео Драйв, - понимаю, что не могу спокойно выдерживать её взгляд. Не знаю почему, но всё, чего я хочу - это быть её рыцарем в сияющих доспехах. Я готов делать всё, чтобы порадовать её. – Ладно.

Я встаю и иду к комоду, принимаясь вышвыривать оттуда одежду, и найдя, кидаю ей пару спортивных штанов, моих любимых.

– Отвернись, - говорит она.

Я киваю и поворачиваюсь к стене, но в зеркале на боковой стенке шкафчика я вижу свое отражение…и её. Она глядит на татуировку орла на моей спине, затем её взгляд перемещается на портрет девочки в окне, на моём бицепсе.

Она натягивает штаны, и я едва сдерживаю смешок. Они просто огромные, но сейчас рано. Скорее всего, она рассчитывает, что на территории кампуса будет тихо и безлюдно, чтобы она смогла спокойно продефилировать домой в этом смехотворном прикиде.

Девчонка выглядит крайне раздражённой, наверное, уже планирует, как преподать Чарльстону урок. Эта дерзкая командирша. И что же будет? Мне интересно. Она заговорит его до смерти?

Я поворачиваюсь к ней и киваю на кровать:

– Знаешь, тебе не обязательно уходить.

Проходит несколько секунд, прежде чем до неё доходит смысл моих слов. Она тут же корчит лицо и выдыхает:

– Иу!

Я жму плечами:

– Дверь всегда открыта.

Она проходит мимо меня, но я хватаю её за руку:

– Уверена, что ты в порядке?

– В полном, - и на этом уходит.

* * *

– Ты в порядке, сынок? Ты уже десять минут царапаешь эту несчастную грушу.

Я слонялся без дела с тех пор, как она ушла. А она даже блядского «спасибо» не сказала.

– Простите, тренер.
– я должен быть благодарен ему за комнату и за еду. Декан всё устроил. Не хотел, чтобы я жил в общежитии, не с моим прошлым. Он из кожи вон лезет, чтобы мне угодить. И что печальнее всего - я ему позволяю.

И отлично. Он мне крепко задолжал.

Тренер Смит не такой плохой. Правда, не способен даже стейк приготовить, чтобы спасти себя от голодной смерти, но он достаточно отходчивый. Строгий. Сильно смахивает на моего последнего «родителя».

Он опускает вилку на стол.

– Что тебя беспокоит, сынок?

– Зачем вам это? Почему вы согласились приютить меня?

– Потому что ты чертовски способный игрок, вот почему. Немного нелюдимый, однако.

– И всё?

– Мы с новым деканом давно знакомы. Он сам играл за Пантер, ещё в 77-ом. Женился на девчонке из Гамма Фи, но она умерла. Господи, неужели уже двадцать лет прошло?!

– Что, действительно?

– Да, у него была отличная интуиция, как у игрока. Да почему была, и сейчас есть.

– Посмотрим.

– Дерзкое поведение тебе ничего хорошего не даст, Комптон. Ты надёжный игрок, как я и говорил, может даже один из лучших, что у нас были, но тебе надо серьёзно поработать над своим отношением…и оценками.

– Семестр только начался.

– И я слышал, что ты уже серьёзно отстаешь. Ты же знаешь, что тебе надо поддерживать средний уровень - 3.0, ведь так?