Чтение онлайн

Акклиматизация проходит под плотную работу артиллерии. Воистину бог войны*. Через некоторое время понимаешь, что арта не только наша. Противник тоже работает. Работает плотно. Работает по нам, по нашим позициям. Страшно! Сердце отбивает свой бешеный ритм и ощущаешь его даже в кончиках пальцев. Чего не ощущаешь, так это брони, боекомплекта и рюкзака – ты невесом.

Передовая. Сколько историй я слышал о ней на базе от ребят, которые пробыли тут больше полугода. Сколько мнений, сколько мифов, сколько жути. Но сейчас я сам здесь, и сейчас моё впечатление формируется ежесекундно. Голова свежая, мысли трезвые, чувства обострены, пульс за 120 ударов в минуту. Нормально, можно работать. Рация не умолкает ни на секунду. В этом диком водовороте информации нужно успевать улавливать нужные тебе приказы и слушать соседей, чтоб не попасть под огонь своих. Да и для понимания обстановки полезно слушать всех. Противник разбросал лепестки в таком-то квадрате. Спасибо, будем знать. В небе «птички». Понял, принял и побежал в укрытие. И чего нам не сиделось на базе? Там тоже война*, но хоть дроны на голову гранаты не кидают.

Арта набирает обороты. Где-то невдалеке подключилась реактивная артиллерия: «Град» работает так, что дух захватывает. Страшная сила.

К грохоту привыкаешь быстро. Уши уже не закладывает и вздрагивать перестал. Всё не так уж и плохо. И это не может не радовать.

Теперь я понял, почему нас привезли ночью: чтобы мы сами ничего не поняли и испугались ещё больше. Ладно, это все шутки. Для конспирации, естественно. Но страшно до жути просто. Безлунная ночь, абсолютная темнота, вспышки от прилётов и грохот. Перманентный грохот. Пусть это всё и в километре от нас, но страшно, будто падает рядом. Да, к такому жизнь нас не готовила.

Сквозь темноту постепенно приходит понимание, что мы в неком населённом пункте. Со всеми своими пожитками заселились в дом. Как в «Простоквашино»: дом свободен, живите кто хотите. Холодно в доме, но есть печка и дрова во дворе. Значит будем жить!

Дачный двухэтажный домик из фанеры и картона, с дико крутой и узкой лестницей на второй этаж. Но тут нам предстоит прожить несколько дней, пока не перебросят ещё ближе к линии боевого соприкосновения. Хотя мы и сейчас на первой линии, но по факту в трёх километрах от противника, поэтому относительно спокойно.

В селе вроде как ещё остались местные жители, следовательно, противник не так часто бьёт по домам, что нам, конечно, на руку. Поэтому и печку можно растопить: пока дом прогреется до такого состояния, чтобы светиться в тепловизор, нас тут уже не будет.

Вообще, дом – это очень комфортное жильё, хоть и гораздо менее безопасное в сравнении с блиндажом. Но чтобы дом был более комфортным и безопасным, нужно организовать свет и сделать светомаскировку окон. Первые окна очень сложно маскировать – всё падает, ничего не получается, щели огромные. Хрень какая-то, одним словом. Но чем дальше, тем сильнее прокачивается это умение, и кажется, что нет ничего проще, чем замаскировать окна.

Начались самые классные, как мне тогда казалось, дни службы: постоянный сон, обилие горячей еды и посиделки на кухне. Это ли не счастье. А ещё интернет пробивается и можно писать жене и родным. И это прекрасно!

Устал лежать – спустился на первый этаж, открыл сухпаёк, достал еды, разогрел на печке. Ну красота же! Так служить можно. Хотя внутри, конечно, совесть гложет: пацаны в окопах холодных сидят, без еды и воды, а мы тут жируем.

Через 2 дня такой жизни мне стало основательно скучно. Я, блин, на войну* приехал, а не на кровати лежать! Из дома выйти нельзя – «птички» летают. Просто тупое сидение в четырёх стенах. С таким успехом я мог и на базе быть и в караулы ходить. Всяко больше экшена. А здесь из экшена только «дежурства» на дверях: сидишь на кухне с заряженным оружием и готовностью открыть огонь по входной двери, если кто-то полезет без пароля. 2 часа в сутки и только ночью. Если так пройдут все две недели нашей командировки, то я тут точно с ума сойду.

Когда мы ехали на передовую, то вводные были следующими: наша группа из тридцати человек прибывает на две недели, выполняет поставленную задачу и убывает снова на базу. А нас, соответственно, меняют мужики, которые остались на базе. Железобетонный план. Жаль, что гладко было на бумаге, да забыли про овраги. На третий день нашей командировки получаем информацию, что теперь и оставшиеся в тылу бойцы подтягиваются на передок. И на наш пост заезжает другое подразделение, поэтому вещи свои мы тоже должны забрать. А это как бы меняет дело: ладно у меня рюкзак со всеми вещами с собой, а у пацанов на базе осталось по несколько сумок вещей. Да, и я там оставил свою палатку, которую взял в надежде, что придётся жить где-то в лесополосе. Но всё же одна палатка не сравнится с сумкой непосильно нажитого скарба.

Ситуация меняется на глазах, поэтому реагировать тоже нужно молниеносно. Экстренно собирается группа из семи человек, которые сгоняют на базу и помогут собрать и загрузить вещи в БТР. Ну конечно же я вызвался поехать. Всяко лучше, чем сидеть в четырёх стенах. Хоть какое-то разнообразие.

Утром четвёртого дня, с оружием в руках, выдвигаемся на место сбора группы. В селе мы заняли два дома и на «рабочку» отправились по три человека из каждого жилища во главе с Фениксом. Такая вот гоп-компания.

Туманное декабрьское утро. Сыро и неуютно. Грузимся в КАМАЗ. Всё классно, но лавок в кузове нет, поэтому ехать придётся на корточках. Прекрасная перспектива: 70 километров трястись в кузове без возможности присесть. В памяти ещё свежи воспоминания утомительной дороги «за ленточку». И зачем я вписался? Мог бы сейчас в тепле сидеть. Да хотя ладно, так интереснее ведь.

Водитель у нас оказался лихим: так быстро на КАМАЗе я ещё не ездил. Кстати, и ям на скорости гораздо меньше, как оказалось, хотя трясёт всё равно знатно. Сил сидеть на корточках уже нет, поэтому все сидят просто на полу, периодически получая в зубы прикладом своего же автомата.

Напротив меня сидит парнишка. Примерно мой ровесник. Я его до этого не видел, поскольку он приехал к нам с «поляны». Но лицо его притягивает к себе взгляд: оно выделяется на фоне остальных: кислых и понурых. Он сидит с легкой ухмылкой и всем видом показывает, что плевать ему на все эти трудности и плохую погоду. Мне нравится такой настрой!

Ясное дело, что война* и комфорт – понятия из разных вселенных, но тем не менее, чем лучше обустроишь свое временное место дислокации, тем качественнее будет отдых, который жизненно необходим.

Краеугольный камень комфорта и уюта – тепло. Хуже всего – ночевать в окопе. А на дворе, на минуточку, декабрь. Да и как ночевать – нести дежурство: тихо сидеть на одном месте, как снайпер, слушать тишину и смотреть темноту. Спать – харам. Сидя на одном месте, даже при небольшом минусе, промерзаешь до костей примерно за два часа. Поэтому правильные 4 слоя одежды и резиновые сапоги с меховым чулком – делают своё дело. С ними промерзаешь полностью за 3 часа. Главное, находясь на ночном дежурстве в окопе – не пить. Те, кто бухает – кончают плохо. При любых раскладах: либо замёрзнут, потому что согревающий эффект от алкоголя весьма скоротечен, либо ДРГ противника вырежут.

Все варианты жизни помимо окопа – истинный рай. Для меня открытием стал блиндаж. Он же землянка, он же бунгало, он же берлога. Классная вещь. Надёжная, как швейцарские часы. Особенно, если есть буржуйка. Сидишь под землёй, подкидываешь дровишки и ощущаешь себя в полной безопасности и лет так на 80 в прошлом.

Но самый кайф – это заброшенный дом. Завесили окна, затопили печку, зажгли свечи – романтика и уют. На печке закипает чайник и разогреваются тефтельки из сухого пайка. Красота! Можно снять броню и ходить в тапочках. Благодать!