Чтение онлайн

Опустились руки, пропал свет в конце тоннеля, все кругом олухи, а ты один полководец; вылезаешь из окопа, наплевав на здравый смысл, технику безопасности и приказы командования, закуриваешь в порыве отчаяния и злости на весь белый свет. Закуриваешь и на позиции прилёт. Здравия желаю, товарищи солдаты и матросы. Ну ладно ты – идиот отчаянный, но пацаны в чем виноваты? Мамкин фаталист.

А радостей вокруг много. Напротив, в атмосфере опасности и тотального аскетизма радостями становятся те вещи, которые в мирной жизни не вызвали даже бы толики внимания. Половинка сникерса на троих – прекрасно! А если с горячим кофе, то вообще волшебство! А доширак-то какой вкусный после суток голода! Воистину пища богов! Появилась связь и можно отправить забытую всеми текстовую СМСку домой – чудесно! Есть интернет и можно зайти в телеграмм – не, ну Вселенная точно на нашей стороне! Сухие ноги и чистые носки – кайф. Полевая баня – потрясающая роскошь. Полностью снаряженные магазины – счастье. Сон – истинное счастье! Почитать в тишине книгу или поиграть в шахматы – бесценно. Затишье после работы арты – благодать! Чистые зубы – Боже, я люблю эту жизнь!

Радостей на войне* столько, что только успевай наслаждаться всеми. И несмотря на тотальную близость смерти, жизнь тут играет всеми красками!

До Нового года остался один день. Я всегда любил праздновать его в интересных местах, не дома. Но я и подумать не мог, что свой 2023 я встречу в окопе на передовой. Нужно быть аккуратнее со своими желаниями. Они имеют свойство сбываться.

Днём общался с женой. Она показывала шикарную наряженную ёлочку и свой, пусть ещё небольшой, животик. Да, о том, что она в положении, я узнал уже в тот момент, когда заднюю давать не было возможности: сначала сам пришёл в военкомат, а потом «ой, у меня семейные обстоятельства, извините». Да и честно, мне так хотелось прикоснуться к этому действию – хоть немножко, но побывать на войне*. Я же мальчик в душе. Поэтому и контракт подписал на три месяца в надежде, что повоюю немного и домой к жене. В принципе, всё так и вышло. Нужно быть аккуратнее с желаниями – они имеют свойство сбываться.

Глубокая ночь. Лунная и совсем безветренная. Морозец колючий жжёт щёки. Натягиваю балаклаву по самые глаза – так хоть немного, но теплее. Теперь в ночные караулы мы по одному не ходим, только с напарником, поэтому сидим с Губой в окопе, по очереди осматриваем границу камыша, курим и общаемся за нашу солдатскую жизнь.

Губа не стал убегать из страны, когда объявили мобилизацию. Призвали – пошёл. Уважаю таких людей! Хотя и ребёнок есть, и работа хорошая. Да и планов на жизнь в избытке. Мог соскочить в любой момент, но нет, сидит со мной в окопе. Толковый парень. Всего 35 лет ему, но эмпирический опыт за плечами огромный.

2:30 на часах. До конца смены ещё 30 минут. Рук уже практически не чувствуем, несмотря на тёплые перчатки. Оглушительную тишину прервал хлопок и протяжный шелест. Это ствольная артиллерия начала свою грязную работу. Артиллерия противника. Издалека работают: выход снаряда еле слышен даже в такой, близкой к абсолютной, тишине. И кладут далеко в наш тыл. А мы с Губой считаем секунды от выхода до прилёта, чтобы понять примерное расстояние. Ну а чем ещё заниматься в такое позднее время? «Километров девять» – утверждает Губа. «Ну, может и девять» – соглашаюсь с ним я. Хотя какая разница: если прилетит по нам, то мало не покажется никому. И этот Новый год запомнится всем, кроме нас.

Сегодня ночью Новый год! Новый 2023 год. Что он нам принесёт – неизвестно никому. Ну, только Богу, конечно. Но ожидания от него у меня самые радостные. Как минимум потому, что в будущем году я стану отцом.

Ну а какой Новый год без ёлочки? Ёлочка ведь должна быть, традиции никто не отменял даже на войне*. Ну и стол праздничный тоже не помешало бы организовать.

Вернулся со смены и сразу пошли с Малышом искать ёлку в поселке. Нам большая не нужна: так, чисто символически, чтобы запах праздника появился в доме. Но что-то пошло не по плану, и в итоге двухметровое дерево упёрлось в потолок нашего временного жилища. Но зато как-то сразу и настроение новогоднее появилось. Украсили свою ёлочку мы в духе времени и согласно обстановке: запалами от гранат и медалями с красными лентами. Вышло весьма лаконично, но очень стильно и строго – по-военному.

А после, с Малышом и Саламом занялись организацией праздничного ужина: кто-то чистил картошку, кто-то резал импровизированный походный оливье, и на какое-то время все абсолютно забыли, что за окном всё так же война* и этот день может стать всё так же последним для нас.

В 12 часов все, кроме смены на посту, собрались за праздничным столом. Феникс сказал короткий, но правильный тост: «Чтобы победа наступила в этом году и все были живы и здоровы». Все выпили по глотку из командирской фляги какой-то дикой настойки, которую он берёг на торжественный случай, и с чувством настоящего праздника и счастья пошли отдыхать: смену-то никто не отменял.

Рутина. Она есть везде: и в гражданской жизни, и, как оказалось, на войне*. Активные боевые действия на нашем направлении временно прекратились. Славяне не очень любят напрягаться в праздники. Противостояние перешло латентную фазу: ленивый пинг-понг артиллерии и редкие визиты ДРГ. Скука. Два раза в сутки дежурство на посту, а в остальное время ходишь и маешься: книжку почитал, ленту в телефоне полистал, поел, поспал. Санаторий, а не война*.

Сидим ночью с боевым товарищем на посту. Слушаем камыш, потому что не видно ничего даже в тепляк и ночник. «Губа, а давай гранату в камыш бросим и постреляем немного? Доложим, что возможно засекли ДРГ». Он улыбается, но осторожничает. Эх, суету навести охота!

Суета началась сама на следующий день: к нам едет ревизор! Проверка на передовую? Второго января? Вы серьёзно?! Но нет, это не шутка, реально едут. Не то, что бы мы не любили генералов, но тут они как бы вообще не кстати: придётся траву красить и гильзы собирать. И тут включается русская смекалка: поднимается птичка и начинается корректировка целей для арты. Каждую минуту новые координаты, которые арта начинает отрабатывать. Противник в ответ начинает работать активнее по нам. Вот тебе и суета. Генералы решили в этот день не ехать. Решение верное. Железобетонный план.

Дневная смена, сижу на посту. Слушаю выходы и прилёты. Наши и противника. Считаю секунды, вычисляю расстояние – пытаюсь себя хоть чем-то занять.

Очередной выход. Раз, два, три, четыре, пять… Свист усиливается и приходит максимально чёткое ощущение, что летит в мою сторону. Старшие товарищи рассказывали, что когда будет лететь тебя, то нутром почувствуешь. Кажется чувствую, но это не точно. Страха особо нет. Есть ещё пара секунд дойти до укрытия. Слышу, как снаряд проходит надо мной и ложится в метрах шестисот дальше. Е2 мимо. Второй выход. Раз, два, три, четыре… А вот это точно в меня! Жопой чувствую! Прыжок тигра и я уже на земле в огневой точке – самом безопасном месте при обстреле. Страшно! Жуть, как страшно! Свист дикий. Прилёт. В метрах 100 на 12 часов. Земля дрожит, на голову сыплется песок, листья, остатки камыша. Неохота больше суеты, пока достаточно.

Мораль: не стоит гневить Бога. Лучше отдыхать пока отдыхается.

Заметил интересную особенность: плотность событий здесь гораздо выше, чем в гражданской жизни. За прошедшие два дня мы встретили Новый год, переехали в новый дом, обустроили 100 метров окопов и огневых позиций. Радует, что глины здесь нет, а только жёлтый речной песочек. Копается легко и непринуждённо. Из минусов – два штыка лопаты и вода, ну и стены окопа обваливаются. Но это не беда: при помощи досок и гроздей можно сделать настил на полу и укрепить стены. Бешеной собаке семь вёрст не крюк, как говорится.

Что ещё радует, так это соседи. Ребята весёлые. Порой даже излишне весёлые.

Первый день. Приехали на позиции. Спешка. Быстро десантировались из транспорта, взяли весь свой нехитрый скарб и бегом в укрытие. Небо вроде чистое, значит можно добежать до определённого дома. Метров 300 до него. Рюкзак весит тонну, а ещё РШГ в руке и автомат в другой. Бежим через какие-то огороды, через дыры в заборах. Спецназ, блин. Земля рыхлая, ноги вязнут, будто и не было тут морозов. Добежали. Зашли в дом, теперь в относительной безопасности. Пот льёт ручьём по спине, сердце бешено стучит где-то в горле, в глазах темнеет. Хороший марш-бросок вышел. Сейчас перекурим и нужно маскировать окна – начинает темнеть. Поднимаю глаза и вижу, как по нашему огороду весьма уверенной, но в то же время осторожной походкой, движется боец. С автоматом. В чёрной робе без опознавательных знаков. И это точно не из нашего подразделения.