Чтение онлайн

Не веря в происходящее, Триск посмотрела на Даниэля рядом с собой, потом — на Кэла, всё ещё лежащего без сознания у её ног. Глаза Даниэля были широко раскрыты, одной рукой он придерживал шляпу, чтобы её не сорвало ветром. Орхидея, должно быть, всё ещё пряталась под ней. Заметив вопросительный взгляд Триск, он пожал плечами.

Кэл начал шевелиться, и, запаниковав, она схватила его за руку, незаметно сплетая заклинание, погружая его в более надёжное беспамятство. Ни свечения, ни других выдающих признаков магии не появилось, и Триск с облегчением выдохнула, когда Кэл снова обмяк.

Ветер всё время задувал ей волосы в лицо, но она не осмеливалась снова отпустить холодные деревянные борта кузова. Окошко в задней стенке кабины сдвинулось, голос мальчика стал громче, но его тут же приглушили.

— С ним всё в порядке? — спросил Бенсон, высунувшись в окно. — Ему нужен врач?

Лицо Даниэля исказилось гримасой.

— С ним всё будет отлично… пока он не очнётся, и я не стукну его ещё раз, — сказал он, а потом добавил: — Всё нормально. Только не обижайтесь, но… кто вы?

Бенсон широко ухмыльнулся, ещё сильнее повернувшись и просовывая в окно испачканную работой руку.

— Бенсон, — сказал он, пожимая руку Даниэлю. — А это моя жена, Мэй, — добавил он, и женщина за рулём бодро крикнула: — Привет! — И мой сын Джонни, с которым вы уже познакомились.

Даниэль улыбнулся, когда мальчик протиснулся к окну и встал на колени на сиденье.

— Это она? — возбуждённо спросил Джонни. — Это та учёная леди, которая собирается убить помидоры?

— Она самая, — ответил Даниэль.

Джонни подпрыгнул и умчался рассказывать матери.

Бенсон подался ближе к открытому окну.

— Джонни сказал, что вы помогли ему сбежать от патруля. Что вы направлялись в полицейский участок за женщиной, которая знает, как остановить чуму?

Под недоверием в его глазах теплилась надежда. Триск откинула волосы с лица и наклонилась ближе.

— Всё дело в помидорах, — сказала она, и облегчение от того, что можно наконец это сказать, было почти оглушительным.

Бенсон улыбнулся ещё шире, бросив взгляд на Джонни и снова на неё.

— Он так и сказал. Мы приехали помочь. — Его взгляд скользнул к Даниэлю, затем к Кэлу. — Похоже, мы успели как раз вовремя.

Горло Триск сжалось, пока они тряслись по пустым улицам, и звук двигателя гулко отражался от фасадов зданий. Она чувствовала, как её слова пробудили в них новую силу. У них появился способ бороться. Когда-нибудь всё это закончится. До тех пор они смогут выстоять.

— Меня зовут Триск, — сказала она. — Спасибо, что остановились.

— Бенсон, — повторил он. — Очень приятно, мэм. — Его улыбка была хорошо видна даже в темноте. — Это меньшее, что я мог сделать после того, как вы спасли моих Мэй и Джонни.

— Благодарить нужно не меня, — сказала она, переводя внимание на ночь, когда в ответ на лай раздалось эхо — она надеялась, что это была собака, но, скорее всего, это был оборотень. — Этот грузовик может ехать быстрее?

Но Бенсон лишь улыбнулся, пока Мэй свернула налево на слабо освещённую улицу, явно направляясь к окраине города.

— Всё будет в порядке. У нас есть люди, которые «пускаются зайцем», — отвлекают на себя сборочные патрули и попадаются им нарочно, чтобы вы могли выбраться из Чикаго чисто.

— Они… специально дают себя поймать? — потрясённо спросил Даниэль.

Бенсон кивнул.

— Так мы можем передать информацию в лагеря изоляции. Никому больше не нужно умирать.

Лицо Триск вспыхнуло от стыда. Мой народ мог бы остановить это, — подумала она, — если бы не был таким трусливым. Нахмурившись, она пригнулась, когда грузовик выскочил на прямую и прибавил скорость.

Бенсон на мгновение исчез из окна, а вернувшись, просунул внутрь одеяло.

— Прости, что не можем дать больше, — сказал он.

Триск встряхнула его и жестом позвала Даниэля подсесть ближе, чтобы они могли разделить тепло. Кэл вполне мог мёрзнуть на полу кузова — ей было всё равно.

— Оно замечательное, — сказала она, когда Даниэль неловко подвинулся, пахнущий потом и мылом. — Огромное спасибо.

— Межштатные трассы патрулируются, — продолжал Бенсон, — но мы можем медленно проехать мимо вокзала. Там вы сможете выйти.

— И куда потом? — спросил Даниэль.

Но Триск уже знала ответ. Она подтянула одеяло, прикрывая обувь Даниэля. Его лоферы где-то потерялись, и кроссовки с нарисованными от руки знаками мира странно смотрелись из-под потёртых и грязных классических брюк.

— В Ди-Си, — сказала она. — Оттуда мы сможем рассказать всем.

Бенсон кивнул, снова убираясь в кабину и закрывая окно, чтобы Джонни не попытался пролезть наружу. Триск устроилась рядом с Даниэлем, наслаждаясь его теплом и надеясь, что с Орхидеей под шляпой всё в порядке.

— Как ты? — тихо спросила она.

Его голова опустилась.

— Это, наверное, было ужасно… в центре изоляции. Даниэль —

— Я не хочу об этом говорить, — перебил он, но вздрогнул, когда она взяла его холодную руку.

— Спасибо, что пришёл за мной, — сказала она, слегка сжав его пальцы. — Когда я увидела у тебя эти волдыри… я чуть не умерла. Я решила, что Кэл засунул тебе в горло помидор или ещё что-нибудь в этом роде.

Он улыбнулся, поднимая руку, чтобы коснуться их.

— Орхидея говорит, что завтра они исчезнут. Чешутся жутко. Пассивный пикси-отпугиватель.

— Я не знала, что она так умеет.

Двигатель успокаивающе гудел, передавая вибрацию через кузов. Триск съёжилась, стараясь укрыться от ветра.

— Почему они нам помогают? — прошептала она, заглядывая в кабину и перебирая пальцами плотную шерсть одеяла. Людям недоставало магии, но они компенсировали это хитростью и умением действовать сообща. — Все рискуют жизнями ради нас.

Даниэль пожал плечами, всё ещё не решаясь убрать руку со шляпы. Его лица почти не было видно в темноте, и Триск нахмурилась, когда Мэй выключила фары грузовика, и даже слабое свечение приборной панели исчезло.