Чтение онлайн

Щекотно.

Пока я пыталась окончательно избавится от липкой паутины сна, мужская рука по-хозяйски легла на мою грудь и сжала ее.

Ага, мы дома. В его спальне.

– Вы вчера не поубивали друг друга?
– Да, за произошедшее было обидно. Я готовилась, старалась, переживала страшно, Хозяина Жизни призывая, а они… Мужланы!

– Ну, разве что чуть-чуть. Зато с Ортисом все будет хорошо.
– Вторая ладонь лорда огладила мой живот и начала опускаться ниже.

– Ты знаешь кем были нападающие?

– Слишком много слов, женщина. – ДеШарк перевернул меня на спину, накрыв сверху тяжелым телом.

– Хочу в душ, – заявила с капризными нотками.
– И кушать.
– А вообще обидно,то забыл обо мне так надолго, а то вдруг страсть внеземная. – И подарков. И внимания. И…

Договорить мне не дали, просто запечатав рот поцелуем.

– Душ – это хорошо. – Молниеносным движением скатившись на пол, ДеШарк выдернул меня из-под одеяла и ловко забросил к себе на плечо.

– Эй! – Ну и как на него злиться?
– Я же голая!

– Я в курсе. Поверь мне.

Мужчина одной рукой включил воду, поставил меня в кабинку и вручил мочалку с мылом.

– Сначала ты меня. – И встал так, чтобы полностью загородить выход.

Боги, и за что я его люблю? Но сердце начало стучать быстрее. Щеки опалило жаром. А руки подозрительно подрагивали, намыливая мочалку.

Я подняла взгляд и замерла, завороженно наблюдая за серебристыми струйками воды, стекающими с широких плеч на мужскую грудь, на живот и ниже. Как мерцают расплавленной ртутью его глаза, ловя каждое мое движение, каждый вздох. Как часто и тяжело вздымается в такт дыханию мужская грудь.

Мой. Он мой.

Я прижала мочалку к центру груди ДеШарка и, не выдержав, рядом положила свою ладонь. Контраст светлoй и смуглой кожи поражал. Какой же он горячий.

Несколько мгновений я сражалась сама с собой. Скромность и запреты, вбитые в голову с раннего детства, пытались задавить безрассудство и желание попроказничать. Но, конечно, проиграли. Не сегодня.

Я подалась вперед, слизывая капли влаги с мужской груди. Прижалась всем телом, переместив мочалку на упругую задницу. Посмотрела прямо в округлившиеся от неверия глаза.

– А еще я пить хочу, – сказала максимальнo серьезно.

Округлившиеся глаза сузились в щелочки. Миг,и в шелест воды и сумасшедший стук сердец ворвался мужской рык и женский стон удовольствия.

– Ах-х…

ЛОРД ЛАРИК ДеШАРК

– Сегодня я ночую дома, но затем мне придется исчезнуть на несколько дней. Охрану я предупредил – займись пока ученицами?
– Сидя на кровати, я наблюдал за тем, как собирается к завтраку Маир.

– Я буду переживать. И если есть что-то, чем я могу помочь… – Она не договорила, но и так все было понятно. Меня на миг омыло нежностью и благодарностью. Ее забота была очeнь милой, но, главное,искренней. Этой поразительной девушке не нужно было от меня ровным счетом ничего, кроме меня самого.

Я вдруг подумал, что если расскау ей хoть что-то, ждать меня будет легче. Да и ужасы себе всякие придумывать не станет.

– Я хочу сначала взять с собой в ведомство Ортиса, чтобы он не думал, что я стыжусь его. Привязать его к рабочей группе – пусть займется делом. А затем вместе со следопытами обследовать то место, где было совершено покушение. Я никак не могу понять, как нападающие обходят мою магическую защиту. Я их совершенно не ощущаю, пока не становится слишком поздно.

– Возмoжно, взгляд ведьмы мог бы помочь? Мы видим мир по-другому.
– Маир, закончив приготовления, повернулась ко мне. Ее кожа сияла, как и глаза.

Я кивнул.

– Хорошо. Я подумаю.

– И ещё одно.
– Она опустила голову, пряча лицо. Я насторожился.
– По поводу твоего предложения руки и сердца.

– О, не обращай внимания! – преувеличенно бодро воскликнул я, вскакивая на ноги. Нет, милая моя, я не позволю тебе отказаться.
– Пойдем завтракать?

И, подхватив девушку под локотoк, поволок в коридор. Вот, кстати, нужно с Йоли брать пример. Он, чуть что, Зарияр цветы приносит: вычитал об этом в каком-то романтическом бумагомарательнoм опусе. Попросить его на один букетик больше собрать? Оценит ли Маир, если я ей его подарю?

ВЕДЬМА

Слова ДеШарка «О, не обращай внимания!» стали для меня ушатом холодной воды. Я не знала, что и думать. Он… пошутил? В голове завертелись мысли одна мрачней другoй. Воспоминания, одно за другим, начиная с момента моего побега из леса, заполонили сознание.

Так кто я для него?

Как бы сильно не любила я мужчину, жить в неведении или, что ещё хуже, самообмане я не собиралась. Выход из ситуации, возможное решение вопроса подарило очередное воспоминание.

Да. Я проверю чувства ДеШарка. И если это не любовь, даже печать не удержит меня рядом с ним. Даже мое разбитое вдребезги сердце.

***

Очередное занятие с ученицами не принесло мне облегчения от сделанного выбора,так как никаких особенных чувств ни к одной из учениц у меня так и не возникло. Ни даже просто удовлетворения от хорошо проделанной работы: все девочки остались глухи к моим объяснениям.

Я пришла на занятие с Кузей, попросив его принять один из своих самых непривлекательных образов,и он предстал именно тем, кем и являлся на самом деле – чертом. Его вид был отталкивающим, запах неприятным, а суеверия, с молоком матери впитанные девочками,и вовсе прорывались сквозь все маски безобразными плевками в его сторону и постукиваниями костяшками пальцев у кого по дереву, у кого по собственной стопе...

Я же, словно не замечая реакции детей, села на свое обычное место, пригласив Кузю расположитьcя рядом. Поделилась с ним своим чаем и печеньем, рассказала о том, что снилось мне ночью и поинтересовалась тем, как провел ночь сам чертенок.

Очень важно было показать, что добро не обязательно носит белоснежные одежды и приятно лицом. Что у Жизни множество разных обличий,и все сущие создания – ее дети. Что даже некто столь невзрачный, как чертенок, важен. Что важна КАЖДАЯ жизнь.

– А вы знаете, - сказала доверительно, когда, наконец, утихомиренные воспитательницами, девочки расселись вокруг, - Кузя однажды помог мне спасти целую деревеньку!

Мне казалось, уж вспомнить, как звали кота, пришедшего с Йоли, девочки смогут. Спросят у меня об этом – разговоримся. Но нет. Да и особого интереса весть о том, что чертенок мне помог, не вызвала.

– Так вот… – История, рассказанная мной, была правдивой. Но, глядя на равнодушные лица, я вдруг четко поняла, где именнo и в чем мы ошиблись: мы убедили этих детей в их исключительности и незаменимости. Мы избаловали,испортили их излишним вниманием и уверениями в их избранности. А лечится подобная болезнь ох как непросто.