Чтение онлайн

«Здравствуйте, Джорджия! В первый раз прочитав Ваш опус, я долго смеялась. Даже представляла себе Ваше самолюбование, самообожание. Получилась мартышка перед зеркалом. Но потом я прочитала колонку во второй раз и ужаснулась. Вы ненавидите мужчин. Вам доставляет удовольствие их унижать. Надеюсь, однажды Вы поймёте, что мужчины ловят не тех, кто их манит, а тех, кого они любят. Пусть и Вас кто-нибудь полюбит, потому что Вы несчастны. Оклахома».

Подпись вызвала лёгкую усмешку. Неизвестная женщина, сама того не подозревая, вступила в коалицию с Джорджией с целью извести его, Гошу Аристархова, и задела за живое. Решив не останавливаться, он открыл второе письмо:

«Милая Джорджия, Вы прекрасны. Мне кажется, я знаю Вас всю жизнь, будто Вы часть меня. Тешу себя надеждой, что мы встретимся, а пока с нетерпением буду ждать, когда Вы откроете все свои тайны. С уважением, Павел».

— Бедный мужик, что-то там разглядел между строк и теперь ждёт. Вот это поворот. Хотя чего я ожидал, создавая такую красотку? — вздохнул он.

Гоша пробежал глазами письмо ещё пару раз, представил себе одинокого мужика, любителя почитать газеты за завтраком или обедом. Картинка разочаровала, родив мысль о маменькином сынке, которому всю жизнь запрещали дружить с девочками, а когда он оторвался от юбки, то было поздно. Великовозрастный мальчик не умел ухаживать, стеснялся знакомиться и предпочитал переписку живому общению. Возможно, сидел на сайтах знакомств и писал всем один и тот же текст. Почесав затылок, Гоша открыл третье письмо и чуть не захохотал:

«Привет, Джорджия! Пишет тебе Федя. Мне ждуля не нужна, я уже на воле. Может, встретимся? Ты такая красотка. Я бы тебя, знаешь, как любил? По-всякому бы любил. У меня свой дом, бассейн, машина. Жду тебя. Твой Федя».

Гоша хрюкал, закрыв рот ладонью. От простоты Фединых слов стало как-то легче на душе. Почему-то хотелось ему ответить, что он достойнейший из достойных, но Джорджия сопротивлялась. И всё же он решил написать в номер небольшой комментарий на все письма сразу.

«Друзья мои, благодарю за отклики. Они согрели мне душу. Я поняла, что нахожусь на верном пути. Дорогая Оклахома, как я Вас понимаю! Видимо, мы с Вами чем-то похожи. Думаю, что мы всегда найдём, о чём поговорить. К примеру, о мужчинах. Уважаемый Павел, мне приятно, что у Вас такие светлые надежды. Жизнь непредсказуема, вдруг звёзды сойдутся в этот раз для Вас? Приветствую тебя, Федя. Как же хорошо, что ты способен на разнообразие. Любить по-всякому не каждому дано. Желаю тебе счастья».

Написав комментарий, Гоша отправил его редактору с пометкой «В ближайший номер». У Аллигатора были в запасе несколько дней, чтобы придумать вместе с Джорджией очередную тайну. Ему начинала нравиться его колонка. Обратная связь всегда вызывала в душе журналиста эмоции. Допив кофе, он отключил ноутбук и спустился в гараж, чтобы позвонить брату.

— Привет, Сэм. Как моя квартира? Я счастлив, — засмеялся Гоша, узнав, что всё в целости и сохранности. — Какие новости по моему делу? Пока глухо? Я понял. Ладно, рой дальше. У меня всё нормально. Живу в отеле. Кстати, машина сдохла. Отдал в сервис. Когда починят, не знаю. Рад был тебя слышать. Пока.

Разговор с братом настроил на позитив. Сэм умел радоваться жизни и находить в любой ситуации положительные моменты. Но что-то в голосе брата насторожило, словно тот не решился открыть тайну, а придержал её до лучших времён. Пока Гошу это не сильно беспокоило. Он решил занять себя делом. Его ждали недорубленные ветки. Мышцы немного побаливали с непривычки, на ладонях появились мозоли, но сам процесс понравился. Физический труд помогал думать без самобичевания.

Васька проснулась от ритмичного «тук-тук» и не сразу поняла что это. Выползая из сна, она вслушивалась в звуки. В какой-то момент её осенило.

— Гоша тренируется, — улыбнулась она и потянулась. Тело отдохнуло, мозг выспался. Всё бы ничего, если бы не нога, которая моментально напомнила о себе, стоило только пошевелить ею. — Нет. Не хочу.

Откинув одеяло в сторону, Васька села в постели и задрала штанину. При всём покое пара капелек всё же просочилась, пропитав повязку. Палец потянулся к тому месту, где находились скобки.

— Три дня. Жуть. Надо костыли было всё-таки выпросить. Хотя… здесь не развернёшься, по лестнице на них не спустишься. Нет слов, — бормотала Васька, поглаживая рану. Ладонь чувствовала жар. — Хорошо хоть прививка от столбняка есть.

От мыслей её отвлёк стук в дверь. Она и не заметила, как за окном затихли звуки.

— Вась, спишь?

— Нет. Заползай, — вздохнула она. Стесняться было поздно. После истории с туалетом смущаться не имело смысла.

— Разбудил? — в приоткрытую дверь просунулась мокрая голова.

— Там дождь? — Васька обернулась и посмотрела на окно, за которым веселилось солнышко.

— Нет. Жарко. Вась, а где моя вчерашняя одежда?

— В стиральной машинке, — осипшим голосом произнесла девушка. После игры с бензопилой она напрочь забыла о том, что бросила в стирку грязную одежду гостя. — Из головы вылетело. Я не повесила сушить. Прости.

— Проехали. Надену спортивные штаны. Просто хотел до магазина сгонять. В штанах как-то неудобно. А джинсы немного… — Гоша зашёл в комнату и раскинул руки в стороны. Он весь был обвешан мелкими щепками, крупинками коры и лишайника, на джинсах темнели разводы.

— В штанах самый раз, — заулыбалась Васька. — Разбавишь общество, подразнишь бабушек. Они в магазин одеваются как на праздник. Бусы, шляпки, всё такое. Народ в курсе, что ты у меня квартируешь. А я если не в комбинезоне, то в спортивках хожу. Мы же пока команда.

— Уговорила. Пожелания есть? — Гоша испытывающе глянул на девушку, которая снова поникла головой и опустила плечи. — Вась, давай кое о чём договоримся.

Он прошёл в центр комнаты, оглянулся и придвинул офисное кресло на колёсиках, чтобы усесться в него.

— О чём? Можешь пользоваться ванной, — благодушно разрешила она.

— Да я вроде приспособился к дворовому душу. За мной там приглядывают. Федька сторожит, чтобы не обидел кто. Бабуля тоже на посту. Я не об этом. Речь о тебе. Вась, всё понимаю. Я — чужой человек мужского рода. Но альтернативы нет. Поэтому давай ты не будешь мучить себя вопросами, вроде «ой, как неудобно». Удобно, Вась. Мы просто люди. Тебе нужна помощь. Уж до туалета я тебя всегда донесу, и до кухни тоже, и вниз спущу подышать воздухом. Просто попроси. Ладно? Вась?

Она молчала, царапая бинт ногтем и упорно глядя на свои коленки. Снова в душе началось восстание. Гордость лезла вперёд всех, как на броневик, поднимая в атаку самолюбие. После сна ей хотелось в туалет, но воспоминания вгоняли в краску.

— Вась, тот, кто не может принять помощь от других, и сам никому не поможет. Это не я придумал. Это жизнь. Считай, что я — твой старший брат, если тебе так будет проще. Бери свой телефон и забивай мой номер, — Гоша выжидательно посмотрел на бастующую девушку. Как только она достала телефон из-под подушки, он продиктовал номер. — Теперь, если тебе что-то надо, напиши. Я приду. Так проще?

— Да, — ответила Васька и тут же набрала сообщение.

«Спасибо. Пока ничего не надо. Душ в твоём распоряжении. Туалет тоже».

— Другое дело. Так и быть воспользуюсь твоим предложением, — улыбнулся Гоша, прочитав послание и не поверив тому, что ей ничего не требуется, но давить не стал. — А ты пока подумай, что надо купить. Приду через десять минут.

— Хорошо, — кивнула Васька и горестно вздохнула.

Ей много чего надо было. Вопрос, как об этом сказать. Например, прокладки. Как назло, она поленилась купить их заранее. С прошлых критических дней ничего не осталось, а тело уже выдавало все признаки: грудь распирало, низ живота тянуло. В ванну теперь из-за ноги лишний раз не залезешь, значит, ещё и влажные салфетки для интимной гигиены нужно. От позора щёки полыхали, как маков цвет. Она смотрела вслед мужчине, выходящему за дверь, и проклинала себя за то, что не хотела в своё время дружить с девочками, не общалась с соседками. Позвонить с деликатным вопросом было некому. Мама жила за сотни километров.