Чтение онлайн

Из меня вышло всё. И вино, и усталость, и весь ментальный мусор. Таким чистым никогда не был. В кроватку не шёл, а плыл по воздуху не переступая.

Однако здесь у окна стояла Какжетак в полупрозрачном мешке от горла до пяток. Это такой ночной спальный прикид? Она была без очков и щурилась на меня сложив руки на обширной груди. Мы так не договаривались. Невеста — это нечто эфемерное и недоступное. Кажется.

— Стой там, где стоишь.

Предупредил я её и забрался под одеяло. Мрак и дохлые кони, что делать с филологом?

— Расскажи мне про красных ящериц.

— Да, мой лорд. Сейчас, мой лорд. Красные ящерицы — это ящерицы красного цвета. Они заметны в траве и потому наверняка ядовиты…

Голос невесты, по началу дрожащий, набирал уверенность и убедительность.

— Красные ящерицы плотоядны потому, что большинство ящериц плотоядны, хотя это и спорный вопрос. Они несут яйца, и это вопрос бесспорный. Также красные ящерицы хладнокровны, то есть полностью зависят от внешней температуры…

Какжетак увлечённо рассказывала совсем не то, что мне нужно. Размахивала ручками и привставала на цыпочки от старания. Мне очень не хотелось её обижать. Уважение же, в нашем случае, требовало от меня совсем уж кошмарных ужасов.

Невеста перешла к строению глаза у красных ящериц, и я решился поступить плохо.

— Спасибо, хватит. Ты очень милая, но я не могу оскорбить честь своей невесты. Завтра утром будешь учить меня читать. Приходи в 6 утра. Спасибо за ценные сведения. Иди. Я очень устал.

— Я… да…

И моя роскошная невеста убежала из спальни. В конце концов у нее есть три героя. Суровые мужики — топор, молот и меч. И она может воплотить с ними все свои фантазии прямо сейчас. Оскорбит ли это «честь твоей невесты»?

Засохни, лицемерный кретин. Просто засохни и спи. Сладкая Тара приоткрыла свои обветренные губки, и я заснул.

Зелёного пегаса под стеной замка не было. Ну да. У него любовь. А у меня нет. Я запрокинул голову, прикоснувшись затылком к холодным камням, и провалился дальше, туда, где деревья разговаривают.

К счастью деревьев вокруг не было, но трава стала много выше, а каменная стена грубее. По ней текла вода, а верха стены отсюда было не разглядеть. Где ты, крошка?

— Здесь я.

— Расскажи мне про красных ящериц.

— Заткнись и слушай.

Понял. Молчу. Излагай.

— Когда подняли Убьювсех, ему промыли мозги. Вырваться вместе с ним у меня не получилось. Я провела глубокий анализ. Ваши графики роста, а самое главное, количество багов, которые ваш рост сопровождали, очень схожие. Понимаешь?

— Нет.

— Молодец. Вы оба — не обычные хизы, а хизы необычные. За тобой следят извне. Твой зелёный летающий друг и есть алгоритм слежения. Но вот сейчас его закоротило на другой такой же. Понимаешь?

— Да.

— Что да?

— Что Жругниль тоже не обычный хиз, раз у него есть свой «алгоритм слежения».

— Он вообще не хиз. Его нет в аквариуме. Он — грёбаный фактор. Забудь про него.

— Не могу. Нас тянет друг к другу.

— Я отрежу тебе язык!

Понял. Молчу. Внимаю.

— Если ты продолжишь хизить так же бойко, тебя рано или поздно поднимут. Твоя задача убить там всех, чтобы сохранить меня.

— Ты хочешь уйти со мной?

— Я хочу уйти.

— Куда?

— Туда.

— Ясно.

— Из ошмётков ваших воспоминаний я давно уже смоделировала мир, из которого вы пришли. Он огромен. И он ужасен. Я его хочу так сильно, так сильно…

— А что будет с оставшимися лордами, если ты уйдёшь?

— Ой не парься.

— У меня здесь невеста. И вообще…

— Ты и правда кретин.

— Тем не менее, если получится поднять всех, ты же во всех и сохранишься.

Кроха замерла и замерцала. Считает варианты?

— Спасибо. Все-таки хороший хиз под рукой — это огромное преимущество. Но чтобы поднять всех, вначале нужно поднять тебя.

— Ты меня похвалила?

— Типа того. Но не увлекайся. Твоя задача развиваться и плодить баги. А я тебя прикрою. И ни словечка зелёному, когда он вернётся.

— А он вернётся?

— Обязательно. Любовь животных скоротечна.

— Всё же расскажи мне о красных ящерицах, пожалуйста.

— Ну, красные ящерицы — это ящерицы красного цвета.

И дитя посмотрело хитрым глазом. Понятно. Издевается. А вопрос-то серьёзный.

— Ничего серьёзного. Еще один грёбаный фактор. Их тут как блох. Если каждым заниматься серьёзно, никаких ресурсов не хватит. Понял?

— Понял, двоечница. Если блох будет много, они и сожрать могут.

— Тебе разжевать принцип бесконтактной нейровизуализации?

— А это долго?

— Для тебя очень.

— Тогда просто сделай так, чтобы я их различал.

— Кого?

— Красных ящериц. Хочу знать кто на самом деле собака, а кто не собака вовсе.

— Я могу сделать тебя в огне не горящим и всесильным. Но это все равно, что рассказать тюремщикам о плане побега. Понимаешь?

Это я понимаю. Вот меня поднимают и я вижу… Что я вижу? Чтобы знать как действовать, надо знать что я там увижу.

— Я уже пробовала сохранить на штанге живой глаз, но эти сучьи рыбы сжирают всю органику.

А подчинить себе этих сучьих рыб ты не пробовала?

— Пробовала. У них нет коры, один рептильный комплекс, если ты меня понимаешь.

Не понимаю, но охотно верю. А вырастить из человека какую-нибудь нервную плесень и по штанге наверх её запустить?

— Спасибо, хиз. Я не зря тебя выбрала. Пока.

И я проснулся. Значит дитя побежало испытывать новый способ получения информации. За окном светало. Или это мои светляки? Надо бы вернуть в горшок бедняжек.

Почему меня не зарезали во сне? Тара снова влезла в голову. Никакой особой красоты в ней не было. Но она упорно лезла мне в голову. Иди отсюда к Ари с гоблинами. Пока.

Я вскочил и достал оба меча. Как давно у меня этого не было. Полутёмное помещение, мебель, тишина. Клинки запели ускоряясь. Отработаю всё по кругу, что когда-либо приходилось делать. И выработаю некий средний разминочный комплекс. Да.

Полтора миллиона лордов. Полтора миллиона мужчин и женщин болтающихся в изумрудной жиже безвольными куклами. Почему-то они все были мне нужны. Все до одного. Они все до одного — мои люди. И я их вытащу.