Чтение онлайн

Не время глазеть!

Он поднимает записку, чтобы я прочла.

Я рад, что ты осталась жива!

Стоя на коленях, я придвигаюсь к нему ближе и, не дав себе передумать, обвиваю руками плечи. Кажется, я застала его врасплох, поскольку Дэниел на миг замирает, но затем обмякает, обвивая руками мою талию.

Я чувствую, как сердце бешено колотится, его или мое? Не уверена, не могу понять, да и не хочу, потому что это уже слишком. Конечно, он поймет, что это ошибка или, по крайней мере, я все еще думаю, что поймет, но секунды тянутся, а он продолжает держать меня, словно спасательный круг.

— Мне это было нужно. Была нужна ты, — глухо бормочет он у моей груди, и низкий хриплый голос отзывается вибрацией.

Фитиль в сердце вспыхивает вновь, легко и мгновенно, будто никогда и не гас. Ненавижу, что позволила этому случиться и больше всего ненавижу, что единственный огонек наполняет теплом все мое тело.

Тепло разливается медленно, но неотвратимо, как лесной пожар, не настолько жгучее, чтобы испепелить, а лишь достаточно сильное, чтобы я почувствовала себя... живой.

Во рту пересыхает, позволяя сглотнуть лишь с трудом, но это мелочи по сравнению с сердцем, колотящимся так, что кровь грохочет в ушах, почти заглушая тихие слова, слетающие с его губ.

— Это просто объятия, — вырывается у меня.

— Объятия с тобой. Это все, чего я хотел.

Было бы кстати уметь остановить реакцию собственного тела.

— Может, все, что тебе нужно, это просто поговорить, — бросаю я в надежде перевести и мысли, и сердце в другое русло.

— Я правда не...

— Я не понимаю тебя, — перебиваю его и отстраняюсь, оставляя руки на его плечах.

Дэниел запрокидывает голову, глядя на меня снизу вверх и не отпуская.

— В чем именно не понимаешь?

В голове вспыхивает предупреждение: отстраниться, уйти, потому что мы слишком близко. Мои губы всего в сантиметре от его, а наши тела переплелись в позе, слишком интимной для людей, считающих себя просто друзьями.

— Как ты можешь думать, что мои чувства важнее твоих собственных.

Его брови сдвигаются, губы приоткрыты, но слова не выходят. Он смотрит на меня одновременно и шокировано, и испуганно.

— Они тоже важны, понимаешь? — я обхватываю его лицо ладонями, большим пальцем нежно скользя по щеке. — Ты важен, Дэниел.

В его глазах на миг появляется затравленность, прежде чем ее смывает печаль. Она задерживается, словно нарочно позволяя себя увидеть. Словно прося о помощи и не понимая, как.

Я чувствую, как его грудь опускается, как Дэниел с усилием сглатывает. Его пальцы впиваются в мои бока, будто держась за спасательный круг. Я придвигаюсь ближе, позволяя использовать меня в качестве якоря.

— Не прячься, — тихо говорю я, пуская эти два слова в хрупкий пузырь и надеясь, что он их впитает, услышит, почувствует. — Я рядом.

Мышца на его скуле дергается, прежде чем Дэниел стыдливо опускает глаза. Или, может, я сказала не то.

— Извини, если прозвучало резко. Я не слишком хороша в подобных вещах. Может, стоит начать терапию. Слышала, специалисты помогают справить с чем-то подобным.

Он поднимает голову и улыбается. Даже тихий смешок срывается с его губ.

— Это не... Кто заставил тебя так думать?

Я пожимаю плечами.

— Неважно. Я часто кажусь холодной, так что если...

— Ты никогда не казалась холодной, и ничего плохого не сказала. Это у меня проблемы. Мне трудно говорить о себе.

Я фыркаю, убираю руку с его щеки и возвращаю на плечо.

— Это у тебя проблемы? Ты вообще со мной знаком? Я – ходячая проблема. И нас уже двое, потому что я ненавижу говорить о себе.

— Ты не ходячая проблема, — он оживляется. — И знаешь, мне правда нравится, когда ты говоришь о себе. Я хочу, чтобы ты делала это чаще.

— До тех пор, пока сам не начнешь.

— Я много говорю о себе, — слабо возражает он.

— Называть себя сексуальным не считается.

— Но ты же согласна, да? — он в надежде хлопает ресницами.

Я сглатываю смешок.

— Я не собираюсь тешить твое самолюбие, Гарсия.

— Но я хочу, чтобы ты его потешила66, — хрипло произносит он, а потом замирает, будто поняв, что сказал, но не исправляется. — Хотя бы раз. Это все, чего я хочу. Пожалуйста, — хрипло говорит он. Последнее слово срывается нетерпеливой, жадной мольбой; оно звучит слишком восторженно и обжигающе пылко. — Джозефина, пожалуйста.

Я провожу ладонью вверх по его спине, пока пальцы не упираются в ткань джерси. Стоило бы прекратить, поскольку я и сама не знаю, что делаю, но Дэниел меня не останавливает. Лишь смотрит так, словно я та самая, о ком он молил.

Его зрачки расширяются, дыхание сбивается, пока я скольжу пальцами по затылку и вплетаю их в волосы. Они мягче, чем я себе представляла. Приятно, слишком приятно, и я снова приказываю себе остановиться, но не останавливаюсь.

Я заворожена тем, как твердо и надежно ощущаются его руки на моей талии, как грудь, плотная и сильная, прижимается к моей.

Я цокаю, вздыхая с притворным разочарованием.

— Этого мало.

— Пожалуйста, Джозефина, скажи один-единственный раз. Только один, это все, чего я хочу. Пожалуйста, скажи, — он умоляет настойчиво, а потом переключается на испанский. Мою слабость. — Por favor dimelo. Nomas una vez. Hago lo que tu quieras67.

Его руки сжимаются крепче. Я чувствую пульс под каждым его пальцем и другой между бедер.

Я делаю глубокий ровный вдох, надеясь, что голос не подведет. Сжимаю его волосы в кулак, заставляю откинуть голову, наклоняясь к Дэниелу и оставляя между нашими губами всего сантиметр расстояния.

— Ты сексуальный. Доволен?

— Едва, — его пальцы скользят вниз по изгибу моей талии. Глаза темнеют, наполняются жаром, и Дэниел устремляет взгляд на мои губы, а я на его.

Пузырь, в котором мы заперты, насыщается электричеством, пока не становится невыносимо жарко, и наконец лопается. Статический разряд расползается по каждой клетке тела, взрывая мозг и напрочь его отключая.

— Джози... — его руки продолжают скользить вниз, пока не оказываются прямо над моей попой.

— А? — рассеянно двигаюсь я, оказываясь верхом на нем, но все еще зависая, давая этим положением возможность исполнить задуманное.