Чтение онлайн

— Что, прямо так, или заставили, сволочи?

— Никто не заставлял, а я так решила сама. Уж больно заманчивые гонорары мне посулили и я, как проклятая.… Схватила себя в оборот и давай обрисовывать всю себя.…А потом привезли, как всегда, и, кажется, на пятый раз, говорят:

— Все хорошо! Молодец, а теперь…

— Можешь не продолжать! Обязательно ими какой-то извращенец командовал, нет, точно! И ему обязательно надо было, чтобы ты себя отлюбила перед его зеркалом! Так?

— А вот и не угадала? Нет, ты, в какой-то степени, оказалась права. Только я потом уже не себя рисовала…

— А кого? Неужели, их петушки?

— Ой, не могу! Смешно, но снова неправильно! Нет, я только женщин и девушек…

— Как это, откуда были они?

— Да так же их, как и прежде меня привозили, с завязанными глазами, просили обнажаться и я уже только их рисовала.…Потом.…Потом меня так усаживали напротив их, что я всю ее, словно в увеличительном стекле видела…

— Что и звезду их? Интересно, а как они ее тебе, так соглашались показывать? Их что били, заставляли?

— Нет, сами. Сами они все проделывали.… А так как их пачками подвозили, откуда-то, то я скоро очень устала и уже не могла больше на них и их, эти их дырки смотреть! Во, как достали! Однажды не удержалась и в такой гротескной форме, как взяла и ее им, как нарисовала!

— Как это, в какой форме?

— А ты, будто, не знаешь, родная, что более всего ценится в женщинах?

— Дырка, норка!

— А лучше всего, если она вся в складочках, в перевязочках, ломтиками, холмиками вся и чем, этого больше, чем губок и их складочек больше, тем красивей! А еще…

— Хватит, достаточно…Ты, наверное, столько их перевидала, что тому гинекологу и не снилось? Слушай, родная, а ты мне того, не сочиняешь? Я пока что не понимаю, зачем ты мне эту сказочку рассказываешь, но сразу же, тебе скажу! — сказала и замолчала, выдержала довольно продолжительную паузу. Это я так специально. Потому как, если она врет, то сразу же попытается оправдаться, а тут она молчала. Я так и не поняла, для чего она мне все это насочиняла?

— Ты, наверное, им какую-то размазню подсунула? — говорю уже, подыгрывая, ее фантазиям.

— Нет, снова нет! Все что я рисовала, было отменного, просто великолепного исполнения!

Даже не знаю, откуда они таких женщин выискивали? Как сядет, как ноги раздвинет, и знает же, как надо! Как свою кисею разведет и потянет ее в разные стороны, так я и сейчас, готова, снова хвататься за карандаш!

— Ты, знаешь? Я устала, что-то и потом, мне как-то все неприятно, когда именно ты, мне об этом и с таким наслаждением все рассказываешь! Ты, что? Мужик? Или ты такая, как их там, таких баб, кто вместо мужиков их е….! — как взяла, да, как ляпнула, матюгом!

Потом долго лежим и молчим…

— Ты специально, такое придумала? Но вот, что? Давай с тобой договоримся сразу же, что врать и скрывать свои мысли за сказочками не будем. Ты хочешь мою… — замялась, не зная, как ей ее назвать даже, — ну, если ты так хочешь, то просто скажи! Тебе ее хочется увидеть? Зачем, ты мне такое, говоришь в своих сказочках? Хочешь унизить, обидеть? И не перебивай, даже! Конечно, я не такая, как те, твои бабы, с вывернутыми… шкурками! Я, к твоему сведенью, совсем не знаю, как ее надо тебе показывать. Ну не знаю, не приходилось еще! И тебе со мной будет не интересно, потому что я, все еще пока.… Пока и все еще…

Она сопит, как мне показалось, недовольная.

— Так, что ты решила? — продолжаю настаивать.

— Я согласна! — наконец-то я слышу от нее.

— Ну, вот и хорошо! Только ты дай мне немного времени, чтобы я к тебе привыкла, хорошо? А за сказочку спасибо! Я все поняла и намек твой и то, что ты этого хочешь! Знай, ты обязательно и в скором времени будешь этого не только хотеть, но и видеть. Я, страсть как люблю, когда в моем теле кто-то занимается его изучением с любовью! С любовью, ведь? Так?

И, дождавшись от нее, утвердительного кивка головы я счастливо замерла с ней рядом, тем более, что теперь ее рука так и оставалась лежать все время на моей груди, приятно согревая меня и обнадеживая на продолжение…

Но говорила она, я молчала, слушала, не понимая, не услышав всего и все равно, я думала о своем, о нем и моем.… Сама не заметила, как я, под звуки ее голоса, отдаляющейся грозы и шум ливня, заснула…

Мне снился прекрасный и сказочно-правдоподобный сон о том, как со мной игрался Виталий. Ах, что он со мной вытворял! И хоть это всего лишь был сон, но такой правдоподобный! Вот сейчас вы узнаете подробности…

Поначалу, он терпеливо приучал меня любви к мужскому телу. Я же ведь никогда и о боже, не могла такого увидеть в мужчине, а тут.…И хорошо, что я все поначалу только лишь ощущала…

Представьте себе, темнота, два тела рядом: он и его естество и я перед ним, трогаю, изучаю его тело на ощупь.…Но сначала я только прижалась. Я его ощутила сразу и неожиданно! Оно в меня, в живот мне упиралось. Я замерла! Нет, не могла даже пошевелиться…

Тогда он взял мою руку…

Я училась у него, как надо женщине поступать с ним и я многому научилась… Но без подробностей и без стыда скажу, что я впервые прочувствовала и поняла мужчину…Мужчину такого, каким его видит или хочет видеть женщина.…Ведь женщина в нем видит — образ!

Сильного, независимого и способного за нее постоять, а то и на руках, но если надо, то и жизнь свою подвергнуть опасности за любимую женщину…

А мужчина видит все ее прелести, что ему надо в ней, что ему в ней нравится: нежность молодости, фигурку, грудь, ноги, попку, выступающую и бедра, которыми она в сладострастии.…Так, но об этом рано, ведь я о мужчинах…

Понятно, что он увидел во мне, я же этим к нему так прижималась, а вот что я в нем? Что сначала? А ничего!!! Ощутила только то, что в меня упиралось…

Как это ничего, так ты же к нему и туда на сеновал и он на тебя своим телом.… Вот именно! Он и своим телом.…А я? Что я, что ощутила и чего, все-таки, так хотела? Того, чего ждала, не происходило, так ведь и за все время не произошло! Я как была и таковою осталась все время — девочкой еще, но уже посвященный в мужское тело.…Об этом Кэш позаботился еще.

Но постепенно, изнутри я перерождалась, я уже становилась как бы опытной женщиной для него.… А все потому, что этот мужчина не брал меня, а сам мне — себя отдавал.

И вот, когда я им хорошенько наученная и как-то раз, так сама завелась, что я ощутила это его необузданное желание, я прошептала ему:— возьми меня, муж… — Нет, не взял…

Теперь я уже сама стала потихонечку смелеть и себя предлагать…Дальше — больше. Он уже целовал у меня и не только мою грудь, но и уже, осторожно и нежно поцеловал и туда, сквозь трусики… Я не знаю, что со мной происходило потом.…Домой я возвращалась от него с мокрыми насквозь — трусами.…И однажды я его попросила, чтобы он там, сверху по трусикам поводил бы им.… Не получалось, ткань мешала, тянулась и собиралась складками.…Тогда я сняла с себя всякие преграды! Я вообще потеряла с ним всякий стыд и контроль над собой! Он меня все время сдерживал, не я, а он! Я, повторюсь, я на все была готова, лишь бы ему угодить…