Чтение онлайн

– Не стоит волноваться, – с улыбкой в голосе так же негромко отвечает деверь. – Считайте, у меня есть особое разрешение на подобные… шалости. Так что нам ничего за это не будет.

Побуравив тяжёлым взглядом мрачную фигуру напротив, я со вздохом решила согласиться:

– Как скажите. Но вам не кажется, что подобная компания вызовет много вопросов ко мне? Например, откуда у меня средства на такие дорогие услуги? – Да, как бы деверь не доказывал, что на него можно положиться, я не могла так сразу отделаться от желания ставить под сомнения его решения.

Наверное кто угодно на его месте разозлился бы – лорды вообще не склонны настолько часто оправдываться перед леди, но мой собеседник в который раз спешит доказать мне, что не стоит обезличивать других. Все люди разные и если десять из них вели себя “как все”, то одиннадцатый будет разительно отличаться от них. Вот и деверь, забыв оскорбиться, обыденно пояснил:

– Этот момент предельно просто решить. Скажите, что телохранитель – подарок от вашего деверя, маркиза Рэйкера.

– От вас? – хмыкнула я, но, что странно, ответа не получила.

Вместо него в полумраке повозки снова прозвучал хриплый смешок, за которым последовало:

– Просто делайте своё дело, Эвелин, и не размышляйте о лишнем. Я уже подумал за вас. – И предупреждая мои надвигающиеся возмущения, деверь поднимает ладонь, затянутую в перчатку, и поясняет: – Поверьте, это наилучший вариант. Моя маскировка поможет мне оставаться в тени, откуда будет легче вычислить тех, кто захочет вам навредить. Явись я сюда как лорд, тогда праздных и бесполезных встреч не избежать, что значительно скажется на вашей безопасности. К тому же с такой тенью за вашим плечом, никто не посмеет лишний раз спорить с вами. Идеально ведь? – в последних словах отчётливо послышалась довольная усмешка. Кто-то слишком хорошо всё продумал и понимал это.

Хоть такая самонадеянность маркиза меня раздражала, но выслушав его, я была вынуждена признать:

– Да, что-то в этом действительно есть.

– Тогда, леди, лучше сосредоточьтесь на уроках вашего учителя, – летит очередной камень в ледяную корку моего терпения. Та идёт трещинами, но остаётся на месте.

Вот вроде бы и замечания разумные, но меня так и подмывает пойти наперекор, а то что-то в его присутствии я становлюсь слишком послушной. Однако в данный момент упираться – лишь себе вредить. Лучше уж и правда вернуться к упражнениям, ведь вскоре мне предстоит использовать магию исцеления. Или точнее… очищения.

Да, мне УЖЕ было известно, что нас ждёт в Арьяне. Узнать об этом помогло как раз то письмо, что получил маркиз. Попросив его показать мне послание, я лишь убедилась в своих догадках насчёт матери, а ещё получила подсказку того, что меня ждало в соседних землях.

На бумагу, сделанную из редкого чёрного тиса, был наложен очень специфичный вид скверны, который маг, не принадлежащий к дому Мортрисс, никогда бы не распознал. В моей тёмной части родословной не только мама отличалась поистине вредительской магией. Бабушка по её линии была тёмным знахарем. И нет, она не пошла по пути лечения наведённых тёмной магией болезней – она сосредоточилась на создании хворей, в чьей основе была настоящая скверна из Нижнего мира. Страшное колдовство. Более того практически неразрушимое, отчего крайне опасное, но даже так имеющее свою слабость. Ей была… чистая магия жизни.

К слову, скорее всего, как раз по этой причине бабушка была первой, кто предложил меня изгнать. Ещё бы, труды её жизни разрушались только из-за моего присутствия. Или вообще не взращивались в милую её сердцу болезнь, обуздать и направить в нужное русло которую мог только тёмный знахарь. Да, не будь бабушка так искусна в своём колдовстве, то в цитадели уже давно никого кроме неё не осталось.

Вот и выходило, что мать, скорее всего, одолжила у бабули пару флаконов с концентратом хвори из скверны, посетила Флосден, может даже навестила самого лорда Валнара (раз уж он оказался в первой волне заболевших), добавила их в центральный колодец и заразила жителей. Такой вариант очень походил на правду. Именно скверная хворь захватывает человека не сразу. До её первых проявлений должно пройти достаточно много времени. Скверная хворь действует постепенно – укореняется в теле носителя, ищет его слабости, а потом спустя несколько месяцев начинает подтачивать его здоровье. И самое опасное: после первого летального исхода она преображается и начинает передаваться через обычные прикосновения.

Не знаю, чем думала мать, “помогая” мне таким способом, но, чувствую, она не преминула лишний раз пропустить меня через жернова её излюбленных испытаний. Не справлюсь, и хворь распространится. Если это случится, то все жертвы станут только моей ответственностью.

М-да, умеет же она заставить меня пожалеть о предоставленной помощи. Хорошо хоть магия очищения даётся легче исцеления. Хотя, не уверена, что второе мне не понадобится – кто знает как всё плохо, раз лорд Валнар, узнав о том, что я маг жизни и что мне по силам помочь, выслал нам навстречу сопровождение. Нас даже нормальных приветствий лишили, сразу едва ли не затолкали в повозку, после чего кучер погнал к поместью лорда Арьяна не жалея лошадей. Видимо, Валнар совсем плох.

Лихая езда, тем не менее, не мешала мне весь оставшийся путь раз за разом повторять нужное магическое упражнение. Как велела учитель Марта, я собирала свою магию в ладонях, прокручивая в уме зазубренное заклинание очищения, и медленно вливала подготовленную ману в объект. Им в данный момент выступал Уми. Элементаль не только был не против повторяющихся заклинаний очищения, он ещё и попискивал от удовольствия.

Впитав в себя столько очищенной магии листики на теле Уми стали ярко-зелёными, а лозы под ними набухли почками. Учитель сказала, что это не навредит моему зелёному человечку, а наоборот поможет тому стать чуточку сильнее. Вот мы с ним и совмещали приятное с полезным под любопытными взглядами двух пар глаз – Бетси смотрела не скрываясь, а вот деверь делал это исподтишка, что совсем не мешало мне ловить его. Мой элементаль же грелся в лучах всеобщего внимания, то и дело мягко требуя “добавки”.

Кстати, до приезда в Арьян мне удалось создать ещё парочку новых подчинённых. Добравшись до Врайта, там мы пересеклись с нашим вынужденным союзником, лордом Кейбэллом, который как раз возвращался с первыми новостями. Из-за решения срочно возникших вопросов о том, где начнётся добыча торфа, где будет храниться сырьё и куда в первую очередь направить партии необработанного товара, нам пришлось задержаться в приграничном городке.

Чтобы не терять попусту времени (или скорее накопленной магии), я решила немного укрепить оборону Врайта. Тем более местные мальчишки показали мне свою находку, которой оказались несколько статуй в виде воинов в доспехах. Часть каменных фигур в полтора человеческих роста была разрушена, но нам удалось найти пять самых целых. Они-то и стали дополнением к уже имеющемуся “пёсику” приграничья – эти големы пусть и слабы, но они смогут брать числом, а позже их можно будет перепробудить, используя драгоценные сердца.

Таких мер по-прежнему было мало, но я старалась не слишком сильно мучить себя переживаниями. На данный момент мы делали всё, что в наших силах. И именно что МЫ. Даже в моё отсутствие люди Хоулвилла, успевшие проникнуться ко мне значительной долей уважения, изо всех сил будут стараться помочь.

Слуги поместья вместе с Эйсиссом начнут потихоньку реставрировать Хаул. Геоманту, к слову, пока меня не будет, Тамилла покажет трудовой договор, который мы вместе с ней больше суток составляли так, чтобы он мало напоминал прежний контракт с Артуро. Я специально не захотела отдавать бумагу Эйсиссу лично. Вдруг моё присутствие воспримется им как давление. Без меня же он сможет хорошенько обдумать предложение, оценить своё нынешнее положение, и честно озвучить решение.

Терять такого редкого мага мне не хотелось, но ещё больше я не желала насильно держать его при себе. Если Эйсисс захочет, то сможет уйти. Тем более о разрыве связи с тёмным контрактором мы с маркизом Рэйкером уже позаботились – Артуро Кейбэлл скрипел зубами, заламывал руки, но всё же был вынужден развеять свою способность, крепко связавшую геоманта. Теперь Эйсисс был свободен, а Артуро получил за это ещё десять процентов от прибыли добычи торфа. Так что, будем считать, что помощь с восстановлением поместья – плата геоманта за его свободу. Моя совесть на “эксплуатацию” мага на таких условиях согласилась.