Чтение онлайн

Он нужен мне.

Большая ладонь Майрока скользит выше, касаясь оголённой кожи на спине. На губах всё ещё вкус моей крови, уверена, он тоже чувствует её.

Между ног разгорается огонь, а моя рука сама уже проникает под рубашку Майрока, оглаживая твёрдое напряжённое тело. Каждый мускул вздрагивает, едва мои пальцы касаются его.

Язык Майрока скользит у меня во рту. Чувственно. Горячо. Дико.

Я веду руку ещё выше и замираю. Ощущение, что под моей ладонью бешено стучит его сердце, подкупает. Я нужна ему так, что он сходит с ума. Выжечь бы в памяти этот момент. Оставить навсегда с собой.

Мы отрываемся друг от друга, тяжело дыша и неотрывно глядя друг другу в глаза. Между нами всего несколько сантиметров. Майрок наклоняется, чтобы ещё раз оставить на моих губах короткий завершающий поцелуй.

Я чувствую пустоту, когда его руки отпускают меня.

— Нам пора, — улыбается он. — У нас с тобой встреча, помнишь?

— Сюрприз? — я сглатываю, всё ещё чувствуя себя где-то далеко отсюда.

— Последний шедевральный сюрприз для моей девочки, — жёстко усмехается он.

Глава 22.2

Мне не нравится то, как быстро мы сближаемся. Но это уже случилось, назад дороги нет. Я смотрю в глаза Майрока и несмело ему улыбаюсь. В глубине моего подсознания дрожит тревога. Задевает самые болезненные струны души.

Мы проходим обратно в ресторан, и я снова надеваю пальто, пряча себя от посторонних глаз. Сразу даже дышать становится легче. Мне не нравится, что я так зажата, это раздражает. Если однажды я хочу занять своё место среди глав самых влиятельных родов Андраксии, следует вбить себе в голову, что меня не должен смущать в меру откровенный наряд и свидание с мужчиной.

Меня успокаивает, что мне всего двадцать. Или уже двадцать? Сколько всего я упустила в жизни?

Я бросаю на Майрока короткий взгляд.

Он тот, кто может дать мне путёвку в тот мир, к которому я изначально должна была принадлежать. Он вернёт мне то, чего меня лишил дядя. На мгновение опасная мысль вспыхивает на подкорке — а если бы Вильям мог стать главой рода? Брат хороший и добрый, я это знаю. И он сильный дракорианец, у него выдающиеся способности с самого детства. Он бы справился, если оградить его от тлетворного влияния дяди, мачехи и Лины.

Смогла бы я бросить всё и быть рядом с Майроком? И кем бы я была?

Игрушкой, которую выкинут, когда наскучит? Тенью, которая всегда за его спиной, следит за каждым шагом? Той, кто считает любовниц и закрывает глаза на это?

Я не питаю иллюзий и знаю, как живут главы родов. Они с упоением вкушают все грани порока и безнаказанности. Жадно нажираются этим и потом пухнут от вседозволенности.

Отец не был таким, но его друзья… я многое видела, хотя перед ребёнком, которым я была, ничего не выставляли напоказ. И даже боюсь представить, что происходит за закрытыми дверями их богатых особняков и квартир в сияющих небоскрёбах.

Опасные мысли стали слишком часто посещать меня. Нам с Майроком не быть вместе. Безумие о том, что я даже просто позволяю себе думать в этом направлении. Он убийца. Как бы сильно я не желала Майрока, как бы сильно истинности не давила на меня, между нами всегда будет стоять смерть моего отца.

Мы с Флеймом выходим из ресторана и идём к стеклянному лифту.

— Нам на верхние этажи? — удивляюсь я.

— Сейчас как раз тот момент, когда Бездна всплывает на поверхность. Обычно там ужинают, находясь в самом сердце океана и глядя на его бескрайние воды. Романтично, правда? — Майрок поворачивается и буравит меня тяжёлым гипнотическим взглядом.

Он совсем не выглядит настроенным на романтичный лад. Скорее собранным и слегка на взводе. Я прекрасно знаю этот блеск, появившийся сейчас в его глазах. Будто он хочет выгулять своего внутреннего зверя. И это произойдёт совсем скоро.

— Но ведь мы только что ужинали, — напоминаю я, пытаясь успокоиться и перестать нервничать.

Мы заходим в лифт вдвоём, больше никого нет. Он медленно ползёт вверх, и с каждой секундой я взвинчиваю себя всё больше.

Что за дурацкий сюрприз-встреча? Может Майрок хочет меня познакомить с кем-то из родни? Глупость какая… я даже не знаю, есть ли у него родственники. Наверняка кто-то исполняет обязанности главы рода, пока Майрок учится в академии. Но если бы всё было так просто, мы бы сразу встретились с эти человеком и поужинали вместе. И Майрок бы не называл это сюрпризом.

— Майрок, там мой дядя? — выпаливаю я, едва мысль формируется в моей голове. — Поэтому ты так спокойно отреагировал на то, что он забрал кулон Кассии?

В моём голосе звенит тревога, граничащая с паникой. Что он задумал?

Он ошибся, когда сделал это. Я говорил — ты принадлежишь мне. Никто не смеет трогать моё.

Так Флейм сказал, когда узнал о том, что сделал дядя. И тогда же он пообещал мне сюрприз.

Руки Майрока ложатся на мои плечи, он слегка толкает меня вынуждая опереться спиной о стену лифта. Подаётся вперёд вместе со мной.

— Тс-с-с, — шепчет он, опаляя горячим дыханием моё ухо. — Ты ведь доверяешь мне?

— Теперь нет! — отвечаю я коротко, но под его жёстким взглядом сдаюсь и выдаю своё смятение: — Не знаю…

— Я не причиню тебе вреда. Я же сказал: мне нужно то, что ты даёшь мне. Я жажду этого больше, чем чего бы то ни было, — хрипло говорит он, сводя брови к переносице.

Затем рука Майрока касается моей шеи, слегка сжимая её. Он проводит по ней пальцами в ласкающем, почти нежном жесте, облизывает губы, глядя мне в глаза. А затем склоняется ниже и впивается грубым поцелуем в нежную кожу. Его губы оказываются там, где секунду назад были пальцы.

— Прекрати… — выдыхаю я, но сама против воли выгибаясь навстречу Майроку, всем своим существом ощущая твёрдость его тела.

Сейчас я почти жалею, что закуталась в пальто. Хочется быть к Майроку ещё ближе. Кожа к коже.

Страх перед тем, что ждёт меня наверху, и возбуждение смешиваются, вырываясь наружу едва слышным стоном.

— Ты принадлежишь мне. Вся. До последнего твоего выдоха. Поняла меня? — Майрок отрывается от моей шеи и касается своим лбом моего.

Я отрывисто киваю.

— Скажи это.

— Я… — выдыхаю, но голос не слушается, кислорода катастрофически не хватает.

Запах Майрока повсюду. В воздухе. На моей коже. Внутри меня самой.

Ужас ситуации душит меня, но я не могу подавить то, что слова Майрока вынуждают меня желать его ещё больше. Проклятая метка сильнее моей воли, сильнее здравого смысла. И сейчас она пылает на коже раскалённым клеймом.

— Скажи, — приказывает он низким голосом.

— Я принадлежу тебе, — шепчу я. — Ты и сам это знаешь.