Чтение онлайн

— Надо же, как ты уверен в этом.

— Как известно, творческий акт — это момент, когда время останавливается. Если очень нужно, мистер Луккезе его действительно остановит, — мужчина вздохнул, пытаясь выцепить цель. — Засел же в своем коробе, нехороший человек… Что же мне с тобой делать?

«Вот как. Значит, даже копы считаются с Генри, — Браун всерьез задумался. — Весь город принадлежит только ему, а местная власть — это не более, чем перчаточные куклы, насаженные задницами на руку клана Луккезе. Вот, что значит власть. Паутина под городом».

Тихий щелчок снова приковал внимание старшеклассника к планшету. Это был характерный звук выстрела винтовки с глушителем. Фрик выстрелил снова.

В кадре последний охранник предпринял попытку прорваться бегством. Скорее всего, у него сдали нервы. Сидеть в маленьком контрольном пункте с заблокированной дверью с одной стороны и с кучей мертвых коллег с другой, без возможности вызвать помощь в противостоянии с невидимым противником — то еще испытание для психики. Как знать, не заявится ли кто в эту каморку, чтобы добить? Хорошо, если враг будет один, а если их несколько? Парень накрутился нехило, вот и рванул. У него даже почти получилось — Фрик не смог попасть в голову сразу, ударил в спину. Раненный бедолага упал на траву, испачкав зеленью белую ткань рубашки, пополз. Однако, следующий выстрел стал для него последним.

Неформал мягко улыбнулся.

— Вот и славно, — почти прошептал он. — Можно приступать к доводке. Картина почти готова.

— Мог бы мне доверить отстреливать охрану с крыши, — съязвил Франк Браун.

Глаза Фрика удивленно округлились — хоть этого никто заметить не мог.

— У тебя есть винтовка?

— Нет.

— Тогда из чего бы ты по ним стрелял?

Юноша шумно выдохнул в микрофон вместо ответа. В подъезде одного из домов с противным писком открылась дверь — вышла полноватая женщина с таксой на поводке. Увидев на скамье Брауна, она изменилась в лице и потянула за собой собаку, стремясь поскорее покинуть двор. Тот провел ее взглядом из-под полуопущенных век, не понимая столь бурной реакции. Можно было только догадываться, насколько недоброжелательно сейчас выглядел Франк.

Листья липы над ним мягко перешептывались, тронутые легким свежим ветерком. Ничто в этом приятном солнечном дне не выдавало пирующую через дорогу смерть.

В наушнике раздался громкий шелест. Похоже, Фрик застегивал плащ.

— Сейчас, дружище, со звуком могут начаться проблемы, — оповестил он. Неформал подошел к большой сумке, достал из нее противогаз и продемонстрировал его перед нагрудной камерой. — Проверим, как дела у Винсента.

Теперь в голове Брауна все разложилось по полочкам: и почему был взорван вентиляционный короб, и зачем его странный напарник вырядился не по погоде. Судя по довольно серьезному арсеналу, деньги у этого типа водились.

Неясным оставалось одно…

— Как ты заблокировал двери? — спросил Франк.

— Волшебство, — ухмыльнулся тот.

— Я задал вопрос серьезно.

— Окей-окей, выдохни. Все благодаря Эми.

— Эми? — Понятнее Франку не стало. В мыслях всплыл Молак, раскрывающий жуткую зубастую грудину, будто пасть, и рассказывающий о служителях Деворинфир. Парень решил, что если у «Дьявольских костей» есть свой охотник в виде Якова, то у Генри наверняка таких целая армия. Возможно, кто-то из них помогает неформалу…

— Электромагнитный импульс, — пояснил Фрик. И тут Браун сжал зубы, ругая себя за то, что не догадался об этом сразу.

Подобное оружие он встречал в компьютерных играх и видел в фильмах, но не более. Юноша был сильно впечатлен.

— Радиус поражения должен быть маленьким, — Парень в татуировках повесил противогаз на приклад винтовки, извлек из сумки пистолет-пулемет «УЗИ» и неторопливо, но уверенно начал вкладывать патроны в магазин. — Это как не вылезать за контур, раскрашивая эскиз, понимаешь? Чрезвычайно тонкая работа. Если переборщить с радиусом, рисунок можно выкинуть на помойку. Потому что мне нужна покалеченная, но рабочая вентиляция, Франк. — Он закончил с оружием и снял свободной рукой противогаз. — А теперь посмотри, что показывает камера номер два.

Сложно было разобрать, чем именно занимался Винсент Диюри в это время. Похоже, он метался по кабинету и тер лицо. Затем вытащил пистолет и сделал несколько выстрелов в окно. Однако, стекло не разбилось…

— Какого хера происходит?!

Срывая голос, мимо Якова промчался Дон. Он с разгона влетел в окно, но ударился головой, плечом и стек на пол, срывая с шеи галстук.

— Откройте эти чертовы окна! Кто-нибудь!

Коллеги вокруг давились мучительным кашлем. У Якова тоже зажгло в горле. Сперва он не обратил на это внимание, но, когда приступы стали невыносимы, он осознал, что дело дрянь. Глаза слезились так, что мужчина не мог рассмотреть ничего перед собой и двигался почти наощупь.

— Система безопасности наебнулась! — услышал он хриплый голос мелкого Диюри где-то позади. Пацан хотел было выкрикнуть что-то еще, отдать организующий приказ, но согнулся пополам и закашлялся. Его мимику исказило от боли, руки прижимались то к шее, то к груди. Вдохи превратились в судорожные неполноценные потуги.

Яков ощутил, как стремительно отекает его носоглотка. Покрасневшие глаза метнули взгляд в сторону вентиляции. Необходимо было что-то предпринять. Срочно. Он буквально слышал, как истекает драгоценное время, безвозвратно увлекая за собой жизнь.

Кто-то совсем рядом упал на колени и принялся громко блевать и захлебываться.

Пытаться пробить многослойное стекло окна, предназначенного для защиты от прослушки, не имело смысла. Конечно, Джулия смогла бы его растворить со временем, но к тому моменту спасать будет уже некого. Лучшее, что мог сделать для себя Яков — это не дышать.

Уродливый стонущий студень вытянулся из его шеи и плавно налез на лицо маской. Приятная прохлада принесла раздраженной слизистой облегчение, но боль не исчезла полностью. Джулия проникла Якову в нос, просочилась в трахею, обволокла легкие, и все это не доставило ему никакого дискомфорта. Напротив, это было чем-то естественным. Чем-то родным. Он мог не дышать, но снабжаться кислородом за счет особенностей сиамского близнеца, который взял на себя роль фильтра.

Вокруг воцарился хаос. Кто-то все еще пытался в панике пробиться на улицу через окна, кто-то корчился в конвульсиях на полу. Кругом слышались истошные приступы кашля.

Медлить нельзя — чистота Джулии не была безграничной. Яков смекнул, что, скорее всего, заблокированы не только окна. Оставался один выход на свежий воздух — через крышу.

Он рванул на четвертый этаж. Вслед за ним побежало еще несколько человек. Их бешено колотящиеся сердца требовали больше кислорода, но каждый болезненный вдох только сильнее травил их. На лестнице коллеги растеряли остатки сил и отстали.

На лестничную площадку четвертого этажа вывалился красный и потный Армас. Он потянулся к Якову.

— Помоги! — прокряхтел он, дрожа всем телом.

Но напарник развел руками, наигранно изображая растерянность.

— Как, Армас? Как мне тебе помочь?

— Джу… Джулия!

Мужчина закашлялся так, будто собрался выплюнуть собственные потроха. Он задыхался, бил кулаками по полу, пачкая его тянущейся слизью из носа и рта.

Это зрелище искушало Якова остановиться, чтобы досмотреть процесс асфиксии напарника до конца. Агония Армаса вызывала у охотника нарастающее напряжение внизу живота. Хотелось остаться здесь, чтобы почувствовать больше… Но инстинкт самосохранения взял верх. Отвернувшись, Яков побежал выше по ступеням.