Чтение онлайн

– Прекрати эти игры. Я прошу, – дергаюсь, пытаясь высвободиться из хватки, но Сабуров этого будто и не замечает.

Переходит ко второму соску и начинает терзать его точно так же.

После чего начинает чередовать поглаживание с щипками. Быстрыми, неожиданными и будорожащими.

Я начинаю ненавидеть своё тело, которое вопреки моему желанию уже сладко замирает в ожидании очередного касания.

Закусываю губу, чтоб не проронить лишнего звука, но Сабуров это замечает и резко меняет правила игры.

Его пальцы соскальзывают вниз и не снимая трусиков, наоборот, вжимают их тоненькую ткань мне между половых губ, делая там всё крайне тесным и чувствительным.

После чего начинает неспешными, сводящими с ума движениями водить пальцами вверх-вниз.

Он слишком хорош знает моё тело и спустя пару касаний, останавливается на клиторе и начинает медленно очерчивать его ореол подушечками пальцами, постепенно ускоряясь.

Я искренне пытаюсь держаться, делать вид, что мне всё равно, но сводящие с ума движения, жестокой сладкой пыткой пронзают всё тело.

Сначала я лишь тихо вздыхаю, после начинаю стонать, а потом, когда темп увеличивается, я забыв обо всём перехожу на крик.

Выгибаюсь и уже сама инстинктивно подставляюсь под пальцы Алекса, хочу стать ближе, как можно ближе.

Но он этого не дает.

Только продолжает свою сладкую пытку. Еще пару движений и меня накрывает мощнейший оргазм.

Я резко выгнувшись, падаю без сил на подушку, а перед глазами танцуют разноцветные пятна.

– Вот видишь, я ведь даже не снял с тебя трусы. А ты обкончалась так, что вся кровать мокрая, – Сабуров ухмыляется. – Ты хочешь меня, детка. Но никак не можешь себе в этом признаться. Ничего. Я помогу.

Я лежу совершенно оглушенная сумасшедшей волной чувств, которые я испытала.

Еще секунду назад это было нечто потрясающее, а сейчас на меня накатило такое отчаянное чувство пустоты и безысходности, ощущение собственной грязи. Уже потому, что моему телу всё понравилось и плевать на то, что рядом со мной настоящее чудовище.

– Вот ты и показал в очередной раз всё, что хотел. Надеюсь ты доволен?

Я поворачиваюсь к Сабурову спиной и скручиваюсь в клубочек.

– Можно мне побыть одной? Или тебе хочется в очередной раз растоптать мою личность?

– Я не понимаю тебя, – Сабуров кладет мне на плечо ладонь, но в этот раз в этом жесте нет и намека на секс или унижение.

Напротив, он на удивление спокойный, даже заботливый.

– Марго, я не делал и не делаю тебе ничего плохого. Да на любой встрече за мной всякие гламурные курицы охоту устраивают, чтоб жить той жизнью от которой ты так настойчиво убегаешь.

Я поворачиваюсь к нему и медленно сев, заглядываю в глаза.

– Зачем я тебе, Алекс? Ну, правда, зачем? Уверена, что ты без труда найдешь себе хоть сто женщин ни в чем не уступающих мне по красоте и которые будут тебя боготворить.

– Да, найду. – Сабуров смотрит совершенно серьезно. – Но мне всё это неинтересно. Я наигрался, понимаешь. Все эти бабы для меня не важнее, чем пыль. Я выбрал тебя, Рита. Более того, ты родила мне сына. И уже воспитала настолько здравомыслящим, что в прошлый раз он умудрился позвать помощь, когда посчитал, что тебе угрожают. И сейчас, я не могу его отвлечь никакими развлечениями. Он весь сосредоточен в переживаниях о тебе и это вызывает уважение. Я столько раз видел никчемность детей своих партнеров, которые кроме как прожиганием жизни ничем и не занимаются. Априори уверены, что все им должны просто так. А Артем уже не такой.

– Он просто таким родился, – я пожимаю плечами. – Сразу защитником. Знал, что мама одна.

– Мама одна из-за своей глупости и упертости, – Сабуров поджимает губы. – Оглянись и скажи, Рита, чего ты хочешь для своего сына? Огромных возможностей, лучшего образования, уверенности в завтрашнем дне или борьбы за выживание в самых низах, где он вполне может связаться с компанией как у твоего брата и закончить так же?

Я опускаю голову.

– Молчишь, – кивает Сабуров. – Ну, тогда я скажу. Ему нужна семья. Настоящая. И я хочу её дать. Ты, я и он. Чтоб всё по настоящему. Что скажешь?

Очень хочется послать его куда подальше. Да вот только я прекрасно понимаю, что это будет ошибкой.

Сабуров – отец Артема и действительно может дать ему очень многое. Имею ли я право лишать сына возможностей, которые может предоставить Алекс?

Да, я старательно избегала его раньше, но раз уж я проиграла и всё равно оказалась у Сабурова в руках, то лучшее, что я могу сделать для себя и для сына – не конфликтовать с Алексом и постараться заручиться его помощью.

– Знаешь, во-первых я не хочу обсуждать этот вопрос в подобном виде, – я натягиваю обратно корсет, возвращая себе хоть подобие самоуважения.

Сабуров качает головой и неожиданно выдает смешок:

– Знаешь, Рита, ты пожалуй самая уникальная из всех моих знакомых. Потому что умудряешься даже в заведомо проигрышной для тебя ситуации не просто сохранять лицо, так еще и диктовать условия. Тебе бы в бизнесмены податься. Или даже в политики. Но этим ты вызываешь только уважение.

– Вот и хорошо, – стараюсь сделать свой тон максимально нейтральным и поднимаюсь с кровати. – Я могу принять душ?

– Конечно, – Сабуров делает пригласительный жест. – Я подожду. Белье и домашняя одежда там же. В ванной.

Кивнув, я захожу ванную комнату и замечаю, что замка там нет.

Да уж, паранойя Сабурова явно увеличилась за это время.

Душ я принимаю очень быстро, да и вообще мыслями полностью погружена в будущий разговор.

Белье оказывается достаточно удобным в отличии от того развратного недоразумения в котором я проснулась.

Но домашней одеждой оказалось явно дорогущее атласное с тонкими бретелями и едва доходящим до колена.

В моем мире такое платье считалось бы выходным для ресторана.

Когда я выхожу, вижу Сабурова сидящего в кресле и что-то сосредоточенно изучающего в мобильном.

Но когда он меня видит, то сразу его откладывает.

– Ну? Теперь ты готова поговорить?

– Да, если ты готов выслушать.

Я замираю посреди комнаты, не рискуя приближаться.

– Артем действительно твой сын. Это правда. И да, ты имеешь право с ним общаться, но для этого необязательно, чтобы мы жили вместе. Давай будем, ну знаешь…, – я развожу руками. – Как разведенная пара, которая осталась друзьями. У тебя своя жизнь, у меня своя и мы оба уделяем внимание сыну.