Позывной Омут. Чужая игрушка
Шрифт:
– Успокойся, Кирилл. Так ведь лучше всем. Все счастливы. Тебе со мной будет лучше, уж поверь.
– Не неси бред, – я снова пытаюсь сделать шаг, но комната вращается так сильно, что я с трудом удерживаю равновесие.
– Твою мать, – я опускаю подбородок. – Ты что мне подсыпала, психичка?
Глава 47 - Слитая инфа
– Ничего такого, Кир. Ты просто устал. Ложись, давай. Бледный весь, – Света суетливо подталкивает меня к дивану, но я в не настолько ослабленном состоянии, чтоб меня свалили каких-то пятьдесят-шестьдесят килограмм.
Или сколько там в ней?
Вместо этого хватаю её за плечо и хорошенько встряхиваю.
– Спрашиваю ещё раз. Что ты мне подсыпала?
– Да ничего. Говорю же.
Лицо Светки плывет перед глазами, но я все равно вижу, что её губы подозрительно подрагивают от волнения.
Я опускаю подбородок.
– Спрошу ещё раз. И если снова соврешь, то вмажу по роже и плевать, что ты женщина. Что ты мне подсыпала?
На этот раз до тупоголовой курицы доходит, что я не шучу.
И вздрогнув, она отвечает:
– Да ничего опасного. Немного транквилизатора. Гранаксин.
– Чего сказала?
Я снова ее встряхиваю за плечо, хотя пальцы уже слушаются плохо и почти не сжимаются.
– Ты с кем общалась, коза?! Тебе кто инфу слил, что у меня на это обострен…
Земля уходит из-под ног и я просто сваливаюсь на пол.
При отборе в “Альфу” всех проверяют на аллергены.
У меня же выявили обостренную реакцию на состав Гранаксина.
Я не просто вырубаюсь, я перестаю нормально соображать. Ловлю глюки.
Даже когда в себя прихожу, нахожусь в измененном сознании. Крайне легко поддаюсь манипуляциям и вообще, склонен выполнять чьи-то приказы или терять память.
Об этом было известно только внутри структуры.
Ну, не верю я, что эта овца по совпадению умудрилась достать рецепт именно на этот препарат.
Кто-то ей слил.
– Откуда взяла препарат? Кто…кто…, – язык заплетается будто у пьяного.
– Тихо, Кирюш, ну чего ты?
Меня вдруг по голове начинает гладить теплая успокаивающая рука.
Я поднимаю взгляд и вижу расплывающееся лицо Татьяны Ивановны с всегда спокойной улыбкой.
– Не нужно себя доводить. Я же говорила. Поднимайся и ложись сюда, на диван.
Я раза с третьего все же умудряюсь подняться и сажусь куда мне сказали.
Но на пару мгновений вижу перед собой Светку.
Хреново. Препарат уже действует во всю. Я ничего не соображаю.
Кто ей мог сказать?
Снова пробегает в голове. Наверняка тот же, кто помог передать Риту с Артемом Сабурову.
В голове щелкает только одно имя, но какое очевидно – Меркурий!
– Ты знаешь, что твоя голова стоит оооочень дорого? – Шепчет мне на ухо Света. – Но я могу тебя и не отдавать. Не хочется делиться.
– У тебя крыша поехала от недотраха, овца, ты гребанная, – выдыхаю я.
Пытаюсь подняться, но внезапно на меня обрушивается тьма.
Глава 48 - Весёлое утро
Открыв глаза, я знатно охреневаю, потому что на моем плече удобно устроилась Света и самое интересное, что и я, и она полностью голые.
А я ни хрена не помню. Вообще.
Башка болит так, будто по мне проехался камаз.
К горлу то и дело волнами подкатывает тошнота.
Твою мать, я что? Трахнул Светку? Когда успел только?
Виски в очередной раз протыкают невидимые раскаленные штыри и я поморщившись, слегка качаю головой.
Света в этот момент просыпается и открыв глаза, сладко потягивается:
– Доброе утро, красавчик. Проснулся наконец?
Она тянется ко мне, чтоб поцеловать, но я уклоняюсь.
– Когда мы с тобой трахнуться успели? Я не помню ни хрена.
– Ну,вот, приехали, – со смехом цокает языком Света, придвинувшись ещё ближе – А её рука скользит по моей груди. – То рассказывал какая я горячая, а теперь такие вопросы. Перебрал ты явно.
Эти слова окончательно убеждают меня, что произошла какая-то хрень.
– Я не пью, Света. Вообще. А память могу ненадолго потерять только…
Я осекаюсь.
– Ты мне Гранаксин подлила, да, стерва? Сколько я у тебя? Меня обычно не один день кроет.
Резко сев, я снова морщусь от сверлящей боли в висках и найдя свой телефон я вижу овердофига пропущенных, но главное,я вижу что сегодня уже среда. А моё последнее воспоминание было в понедельник.
Это значит, я здесь пробыл больше суток. А должен был…
Память возвращается со скрипом, будто старые несмазанные шестерни, но главное я всё же вспоминаю.
– Ах, ты, сука, – одним толчок швыряю севшую рядом Свету обратно на подушку, изо всех сил борясь с желанием этой же подушкой её и придушить. – Рита с Артемом у Сабурова, да? Сдала их, тварь?
– От этого все выиграют, – истерично взвизгивает Света. – Артему нужен отец. А я подарю тебе нашего маленького.
– Да ты ваще больная, – огрызаюсь я и подобрав свои вещи с пола, начинаю одеваться. – Отвали, истеричка конченая.
Светкин взгляд вдруг становится холодным и расчетливым.
– Ладно, как скажешь, - произносит она, но в ее голосе слышится напряжение.
– Только учти, Кирилл, я всегда добиваюсь того, что хочу. И обещаю, если ты сейчас уйдешь, то ничего хорошего тебя не ждет в будущем.
– А если ты сейчас же не заткнешься, то ничего хорошего тебя не ждет прямо сейчас.
Я раздраженно натягиваю футболку и игнорирую истеричные угрозы этой больной на голову дуры.
Которая визжит о том, что сдаст меня Меркурию и компании.
Поржал бы, но сейчас не до этого. Все мысли заняты одной целью – мне надо в Москву.
Однозначно, что Сабуров забрал Риту туда.
Глава 49 - Идиотская шутка
После угроз Сабурова я понимаю, что сейчас ничего изменить не могу.