Чтение онлайн

Пожилая женщина вдруг засуетилась, подошла к двум женщинам и сказала:

— Идите быстро на поле, соберите побольше овощей!

Ви Ван Минь попытался было возражать, но она даже и слушать не стала.

— Я живу в том доме, где вы нашли гнездо с куриными яйцами, — сказала она. — Но в последнее время к нам зачастили сайгонские солдаты, вот мы и вынуждены были бежать из этих краев. И те овощи, о которых вы только говорили, были посажены мною и моими детьми. Подождите нас немного здесь, мы скоро вернемся.

Они оставили с бойцами двух ребятишек, которые тут же уселись рядом с Ханг.

Примерно через час женщины вернулись с полными корзинами овощей и фруктов. А в корзине пожилой женщины оказался и мешочек с рисом, и все двенадцать куриных яиц.

— Когда будете еще в наших краях, — сказала она, — заходите и берите все, что вам нужно, а если мы уйдем куда-нибудь, не дожидайтесь нас. Два года назад сюда пришли американцы и убили моего мужа за то, что он помогал партизанам. Как же я их ненавижу!

Бойца стояли смущенные, не зная, как им благодарить этих женщин.

— А это моя невестка, — сказал старуха, показав на молодую женщину с двумя детьми. — Ее мужа, моего сына, тоже расстреляли американцы. Вот осталось двое детей.

Ханг наконец решилась и задала вопрос женщинам:

— Скажите, а почему вы все так странно одеты?

— Нас заставили так одеться, — покраснев, ответила самая молодая женщина. — Староста вызвал всех и объявил, что все должны одеваться в одежду из заграничных тканей. Кто не подчинится или будет одет по-старому, того арестуют и посадят в тюрьму. Вот нам и пришлось расстаться со своей привычной и удобной одеждой. А сейчас, — продолжала она свой рассказ, — всех молодых женщин заставляют нести охрану своих деревень. Почти каждую ночь они обязаны ходить с винтовкой вокруг деревни. Самим теперь некогда даже рис растить. А продукты — и рис, и консервы, и рыбный соус — нас заставляют покупать. Тем, кто хорошо несет службу, староста лично выдает продукты бесплатно.

Разговор затягивался, и Ви Ван Минь, посмотрев на часы, заторопился:

— Спасибо вам, матушка, за все. И вам спасибо, дорогие женщины. А мы постараемся так бить американцев и сайгонских марионеток, чтобы как можно скорее освободить этот район, освободить вас. Только об одном прошу вас: о нашей встрече никому ни слова.

Ханг и Винь по очереди пожали руки женщинам и направились в сторону лагеря. Вслед им неслись пожелания скорой победы, добрые слова напутствия:

— Бейте американцев до последнего, Отомстите им за наших погибших мужей, за наши слезы.

С тяжелыми корзинами на плечах шли бойцы обратно в лагерь. По пути пришлось несколько раз отдыхать. Мысли бойцов все время возвращались к недавнему разговору с этими добрыми женщинами, к которым война ворвалась даже в этот горный район.

Декабрьские ночи в этих краях темны и довольно прохладны.

После девяти часов вечера жизнь на базе стала постепенно затихать. Гасли огни в окнах, все реже вспыхивали они и в домах американских советников, на виллах. Только караулы и патрули американских и сайгонских войск несли охрану жилых кварталов.

А на аэродроме базы огни не гасли. И в этот поздний час не затихал шум и грохот авиационных и автомобильных двигателей. Прожекторные установки, расположенные вокруг аэродрома, обшаривали каждый метр территории перед аэродромом и многорядное проволочное заграждение. Иногда прожекторы выключались, и тогда на какое-то время все погружалось в темноту. Затем вновь они вспыхивали и заливали ярким светом весь аэродром.

Выонг Ван Кхием, Ван Тян и командир второй боевой группы Данг уже успели преодолеть первый ряд колючей проволоки и теперь замерли перед вторым рядом, ожидая, когда прожектор выключится или яркий сноп его огня переместится в другое место. Специальными приспособлениями они ловко приподняли колючую проволоку и бесшумно проскользнули под ней.

Трудно было бы заметить их на земле, одетых в маскировочную одежду, с тщательно закрытыми руками и разрисованными лицами, на которых только блестели глаза. Ван Тян полз впереди. Изредка он останавливался, вынимал из маскхалата две светящиеся в темноте гнилушки и устанавливал их по обе стороны от себя, обозначая проход в проволочном заграждении. Выонг Ван Кхием и Данг ползли следом так бесшумно, что даже Ван Тян не слышал за собой ни шороха.

…Ван Тян лежал между рядами колючей проволоки. Прежде чем двинуться вперед, он руками обшаривал каждый сантиметр земли перед собой. Неожиданно его пальцы коснулись какого-то холодного продолговатого предмета прямо под нижним рядом колючей проволоки. По форме он сразу узнал осветительную мину. Сохраняя спокойствие, заученным движением наощупь нашел взрыватель, отсоединил от него проволоку, обезвредил мину. Пока преодолели пять рядов проволоки, он обезвредил еще пять таких мин.

Подполз Выонг Ван Кхием и шепнул на ухо Ван Тяну:

— Сейчас будем преодолевать освещенную полосу, я пойду первым.

Пока Выонг Ван Кхием полз за Ван Тяном, он изучал режим работы прожекторных установок, пытаясь выяснить порядок их включения и выключения. Но, как выяснилось, никакого режима здесь не было, дежурный прожекторист включал их по своему усмотрению. Но одно было отмечено точно: прожектор гаснет не меньше чем на пятнадцать секунд.

Как только погас свет, Выонг Ван Кхием резко поднялся с земли:

— За мной, вперед!

Стремительным броском он преодолел те метры, которые попадали в полосу прожектора, и, уже падая, громко прошептал товарищам:

— Ложись!

Едва все трое успели плюхнуться на землю, как вновь вспыхнул яркий свет. Теперь бойцы находились между двумя полосами света прожекторов, установленных в разных точках аэродрома.

Вновь погас свет. Выонг Ван Кхием в темноте быстро преодолел один ряд колючей проволоки, перескочил через автомобильную дорогу между внешним и внутренним заграждениями. Ван Тян и Данг бежали следом. Когда прожекторы вспыхнули вновь, все трое были вне зоны освещения.

Выонг Ван Кхием подполз к колючей проволоке и хотел уже подлезть под нее, но тут до них донесся гул приближающейся автомашины. Бойцы вжались в траву, стараясь слиться с землей. Данг быстро развернулся в сторону дороги и изготовился к бою. По дороге медленно двигался открытый джип. Фары освещали дорогу впереди и выхватывали из темноты полосы земли справа и слева по ходу движения. В машине сидели несколько американцев с винтовками в руках, о чем-то негромко переговариваясь. Это был патруль, который время от времени объезжал аэродром.

Примерно через час разведчики преодолели последние ряды колючей проволоки и оказались на территории аэродрома у взлетно-посадочной полосы.

Сориентировавшись, Выонг Ван Кхием подал знак Ван Тяну и Дангу, чтобы они, как условились раньше, шли справа от полосы к стоянке транспортных, разведывательных и винтомоторных самолетов, а сам направился на вертолетную площадку.

На стоянке вертолетов все уже затихло. Выонг Ван Кхием осторожно обходил площадку и считал машины. Вертолеты стояли ровными рядами, в каждом по восемь боевых машин. Всего Выонг Ван Кхием насчитал семь рядов.