Чтение онлайн

Мортимер вынырнул из небытия с резким, болезненным вдохом.

Первое, что он ощутил — это абсолютную, звенящую тишину. Второе — запах. В кабинете больше не пахло бергамотом и живой кровью. Только холод и озон.

Владыка Смерти распахнул глаза. Он сидел в своем кресле. Голова раскалывалась, мысли ворочались с вязкой медлительностью, но тысячелетние инстинкты уже били тревогу.

Его взгляд упал на обсидиановый стол. Огненный пергамент — дарственная на Северный Сектор, которую он собирался подписать — лежал перед ним, разорванный в мелкие клочья. Рядом стояла пустая глиняная кружка.

Угол Сони был пуст.

Осознание ударило его с силой падающего метеорита. Она его опоила, усыпила его, разорвала договор и ушла. Одна, к жнецу-отступнику.

— Соня… — выдохнул Мортимер.

В эту секунду оболочка «цивилизованного чиновника», которую он носил тысячелетиями, треснула и осыпалась прахом. Аристократичный лорд в безупречном камзоле, предпочитающий решать дела росчерком звездного пера, перестал существовать.

Владыка Смерти поднялся из кресла.

Температура в Высшей Канцелярии рухнула до абсолютного нуля. Стены покрылись толстым слоем черного инея. Магические светильники под потолком с треском лопнули, погрузив пространство во мрак. Но этот мрак не был слепым — он исходил от самого жнеца.

Его истинная, первозданная форма не имела ничего общего с человеческими стандартами красоты. Это был живой горизонт событий. Высокий, сотканный из концентрированного ничто силуэт, в груди которого медленно вращалась пульсирующая сингулярность. Вместо глаз горели две мертвые, остывшие звезды. Тени вокруг него извивались, воя голосами всех душ, когда-либо покинувших миры.

Он был самой смертью. Неизбежной, голодной, абсолютной.

Пушок, спавший под столом, заскулил, вжался в пол и попытался слиться с камнем. Даже демоническое существо понимало: сейчас шевелиться нельзя.

Владыка шагнул сквозь ткань пространства, разрывая её на лоскуты.

Тем временем Соня стояла над пригвозжденным к стене Корвусом. Жнец-отступник хрипел, его астральные сухожилия были перерезаны, а золотой скальпель в солнечном сплетении выжигал его магию.

Но она забыла одно важное медицинское правило: пока не зафиксировано время смерти, пациент может выкинуть любой фокус.

Корвус вдруг перестал хрипеть. Его губы, искаженные судорогой, растянулись в жуткой, кровавой улыбке.

— Ты думаешь… — прошипел он, кашляя искрами магии, — что жнеца можно убить светящимся ножиком? Я питаюсь гнилью, смертная.

Внезапно плоть Корвуса вокруг золотого скальпеля начала стремительно чернеть и разлагаться. Он добровольно запускал некроз собственного астрального тела. С омерзительным влажным звуком он буквально оторвал себя от стены, оставив кусок своей сущности висеть на лезвии.

Она отшатнулась.

— Твою мать, добровольная ампутация! — Соня вскинула руки, готовясь материализовать новый инструмент, но Корвус был быстрее.

Освободившись, мятежник взвыл, призывая всю накопленную энергию украденных душ. Пространство вокруг него взорвалось багровым светом. Из теней зала начали десятками появляться теневые стражи — элитная гвардия, сотканная из боли и страха. Корвус, чья грудь зияла черной дырой, восстанавливался на глазах, высасывая силу из своих приспешников.

— Разорвите её! — завизжал жнец, указывая на Соню уцелевшей рукой. — А кристалл принесите мне!

Десятки вооруженных тварей бросились на одинокую девушку. Соня отступила на шаг, сжимая кулаки. Вариантов не было.

И в эту секунду потолок над залом просто перестал существовать. Тонны древнего камня, магические барьеры и своды катакомб мгновенно стерлись в серую пыль, открывая багровое небо Междумирья.

Сквозь образовавшуюся брешь вниз рухнула тьма.

Ударная волна была такой силы, что половину теневых стражей Корвуса просто сдуло, размазав по стенам. Оставшиеся замерли, парализованные первобытным, хтоническим ужасом.

В центре зала, в облаке оседающего пепла, выпрямился Мортимер.

Соня охнула, прикрывая лицо рукой. Она никогда не видела его таким. Это было само воплощение рока. От него исходила волна такого концентрированного, ледяного гнева, что воздух трещал по швам.

Владыка Смерти медленно повернул голову. Две мертвые звезды в его глазницах сфокусировались на Соне. Убедившись, что она цела, он перевел взгляд на армию мятежника.

Ему не нужно было оружие. Он просто посмотрел на них.

— ВЫ ПОСМЕЛИ.

Два слова, произнесенные голосом, от которого рушились миры, ударили по стражам. Оставшиеся враги, элита армии Корвуса, начали рассыпаться в прах прямо на ходу. Их броня ржавела за секунду, кости превращались в пыль. Они кричали, исчезая в небытии, не успев даже замахнуться.

Мортимер шагнул к Корвусу. Земля под ногами владыки плавилась.

— Я пришел за своей практиканткой, — холод его голоса вымораживал саму надежду. — А тебя, Корвус, я сотру.

Жнец-отступник в панике попятился. Его армия исчезла за мгновение. Но он был хитрым стратегом. Поняв, что грубой силой Мортимера не остановить, он прибегнул к своей высшей магии.

— Зеркало душ! — проорал Корвус, ломая в руке черный кристалл.

Зал мгновенно погрузился в иллюзорный лабиринт. Пространство разбилось на сотни граней, и в каждой из них появился Корвус. Сотня жнецов-отступников окружила Мортимера и Соню. Они двигались синхронно, сливаясь в единый хоровод смерти, перекидывая друг другу заряды зеленой некротической скверны.

Владыка Смерти вскинул руку и тьма сорвалась с его пальцев, уничтожив десяток иллюзий, но на их месте тут же возникли новые. Мортимер зарычал. Он мог бы выпустить истинный мрак и сжечь весь этот сектор вместе с катакомбами, но здесь была Соня. Здесь, вплетенные в эти иллюзии, томились те самые триста сорок душ с парома — Корвус использовал их как живой щит для своих копий. Использование бьющей по площадям магии уничтожило бы всех.

Портал выплюнул их прямо в центр Высшей Канцелярии.

Тяжелые створки пространства с грохотом захлопнулись, отсекая запах багрового тумана, пепла и чужой магии. Кабинет встретил их привычным, безопасным полумраком, густым ароматом древних свитков и тонким, едва уловимым запахом земли от кактуса Иннокентия.

Но ни Мортимер, ни Соня не обращали внимания на интерьер.

Едва ноги Сони коснулись гладкого базальтового пола, Владыка Смерти резко развернул её к себе. Его руки, всё еще напряженные после битвы, сжали её талию. Он прижал её к своей груди с такой силой, что выбил из неё остатки дыхания, и жадно, отчаянно впился в её губы.