Чтение онлайн

Король остановился, погрузившись в мрачные воспоминания.

– Как только Эрик стал отдельной от своей матери личностью, я больше не испытывал к нему неприязни. Но и любви к нему тоже не появилось, только желание защитить, сделать достаточно сильным, чтобы он смог справляться со всеми трудностями своей непростой жизни слабого императора.

– А Верена умерла, - осторожно напомнила об одной существенной пропущенной им детали.

– Да. Она просто покончила с собой, когда я заявил, что общаться с ней после рождения наследника не собираюсь и что в пятилетие Эрика подам на развод. Кажется, она и не собиралась умирать, просто поскользнулась, разыгрывая трагичный спектакль одного актера. К счастью, это не повлекло за собой нового витка войны, что позволило в последующие пару лет окончательно навести порядок в Империи и плотно заняться воспитанием юного принца. Я был очень строг к нему, Ами, из страха, что он не справится, что его убьют те, кого ему еще только предстоит встретить на своем пути. Которым он однажды может пойти без меня. Только много лет спустя, когда твой отец достаточно оправился от потери твоей мамы и смог присоединиться ко мне в воспитании принца, я понял, что в своем стремлении дать Эрику лучшее, забыл дать самое главное – любовь и поддержку. Я пробовал что-то изменить, найти в себе силы на отцовскую любовь, но… наверное, только сегодня, четко вдруг осознав, что сейчас его потеряю, я понял, что в моей жизни никогда не было ничего дороже сына. Кроме тебя. – Король замолчал.

Вот это история. Хотя чего-то подобного я и ожидала. Как оказывается в Эрике много от его матери – упрямство, эгоцентричность, склонность к патетике. Но все же принц, как мне сейчас казалось, больше похож на отца. Эрик, при всем его отсутствующем к людям интересе, никогда бы не пошел по головам. Никогда не пошел бы на подлость или шантаж. А еще Эрик сильный. Очень сильный.

– Надеюсь, ты не стала думать обо мне хуже, чем и так думала, - за шутливым тоном короля снова скрывалась тревога.

Стала ли я думать о нем хуже? Конечно же, нет, скорее, для меня все наконец встало на свои места. Но ему я об этом не скажу.

– Давайте спать, Ваше Величество, - предложила и, устроившись в его объятиях поудобнее, мгновенно погрузилась в сон.

***

Проснулась от того, что что-то щекотное прикасается к моей щеке. Смачно пришлепнула это «что-то»,

решив, что в нашу с девочками палатку снова пробрались вездесущие тараканы.

– Ай! – Воскликнул… таракан. Нет, здесь что-то не складывается.

Открыла глаза.

– Ты всегда такая агрессивная по утрам? – Обиженно спросил у меня растрепанный Арейн, демонстративно растирающий пальцы на правой руке.

– В этот раз я хотя бы тебя в стену не запулила, - ворчливо заметила, против воли улыбаясь. Таракан оказался на редкость привлекательным с утра.

– Действительно удачно, глядишь, так рано или поздно и до поцелуев дойдем, - скептично протянули.

– Как твоя рана? – тут же спросила, сделав вид, что ничего не слышала.

Король досадливо поморщился.

– Болит, - печально признался.

– На тебе же обезболивающе, - непонимающе уточнила.

– Это фантомные боли, - глаза напротив были полны вселенской скорби.

– Да-а-а? – Протянула, догадавшись, что кто-то тут разыгрывает сцену, чтобы снова раскрутить меня на нежности. – Тогда пойду позову лекаря, он обновит заклинание. – Хитро произнесла, соскочив с кровати и сделав пару шагов к выходу.

– Нет-нет-нет! – Арейн тут же рванул за мной, забывшись, и со стоном рухнул обратно. Дар лекаря интуитивно подсказал, что в этот раз он не претворяется. Кинулась обратно, приложив руку к его лбу, пытаясь унять источник боли.

– Ты зачем вскакиваешь? – встревожено произнесла.

– Хотел сказать, что лекарь уже заходил, - доверительно сообщили мне слабым голосом, как-то незаметно усаживая и устраивая голову у меня на коленях.

– И что сказал? – во мне закипала злость. То есть посторонний человек просто так видел, как мы с королем спим вместе? Хотя с учетом того, что весь лагерь видел, как я кинулась ему на шею, а потом всю ночь одна находилась в его палатке…

Ой-ой-ой!

– Сказал, что мне нужно поесть. И тебе, кстати, тоже.

– Про меня тоже лекарь сказал? – Скептично уточнила.

– Нет, это уже я добавил, - весело покаялся, – еда на тумбочке.

Обернулась и действительно обнаружила пару ароматных тарелочек в стазисе. А нас так не кормили!

– Подать? – уточнила.

– А как же я буду есть, я же ранен? – резонно-грустное.

Мученически вздохнула. Я могла бы предложить с десяток вариантов, но смысл? Он же все равно добьется своего. А потому, вместо того чтобы спорить, помогла этому немощному сесть и облокотиться о спинку кровати.

– Удобно? – Уточнила.

– Более чем, - довольно ответили мне с улыбкой.

Снова мученически вздохнула, а потом взяла в руки ложку с чашкой, зачерпнула чего-то ароматно пахнущего, похожего на мясное рагу, и поднесла к губам короля.

Арейн, несмотря на то, что цвет его лица при смене положения сравнялся с цветом салата в одной из чашек, предложенное охотно проглотил.

– Теперь себе, - строго возразил, когда я поднесла к нему следующую ложку.

– Не могу объедать раненого, - невесело улыбнулась.

– Лучик, ты когда в последний раз ела?

Задумалась.

– Вот именно. Так что давай ешь!

Ну ладно. Рагу выглядело невыразимо вкусно, и было совершенно непонятно, когда удастся так вкусно покушать в следующий раз.

Ем. Одну ложку себе, другую Арейну. Вот как ему удалось совершенно простое действие превратить во что-то очень интимное, личное? Есть с ним с одной посуды было как-то… странно волнительно. И приятно. Очень приятно.

Арейн, под предлогом того, что содержимое ложки может расплескаться, наклонялся все ближе и ближе ко мне, пока в какой момент его лицо не оказалось вдруг очень близко от моего. Так близко, что я ощутила тепло его дыхания.

– Спасибо, очень вкусно, - прошептал почти в губы.

Меня окутало его аурой, разум затянуло розовым туманом. Его губы всё ближе и ближе… может поддаться?

Резкий всплеск адреналина от осознания этой мысли привел голову в порядок. Нет! Всё должно быть не так! А как же Эрик? Я же должна была выйти замуж за Эрика и жить с ним долго и счастливо. Если сейчас принять поцелуй короля, то пути назад не будет, а значит… значит с Эриком будет окончательный разрыв?

Мысль напугала так, что я дернулась назад, резко выставив между нами руку.

Король с непроницаемым выражением лица откинулся обратно на подушки, а я отставила тарелку обратно на тумбочку. Хотелось сбежать, я не могла понять саму себя. Мне не нужен Эрик, я даже не уточнила, как он себя чувствует, но отчего-то было очень страшно его отпустить. Отпустить свою незыблемую мысль о жизни с ним.

– Ами, - вдруг произнес Арейн, глядя куда-то в потолок, - какой у тебя любимый цвет?

Ошарашено молчу.

– Ответь, пожалуйста, - все так же глядя в потолок.

– Голубой, - нечего не понимая, ответила.