Чтение онлайн

Подполковникъ Гусаковъ былъ убитъ именно въ блиндаже, изъ котораго ему рекомендовалось управлять своими частями.

"…необходимо сделать показъ каждой части подъема на гору для атаки – и какъ встречать и какъ помогать соседу; при этихъ показахъ быть внимательными и осматривать винтовки и патронохранилища…"

Теперь, когда непріятель наседалъ, рекомендуется производить на его глазахъ практическія занятія.

Почему войска не тренировались въ мирное время?

Было некогда. Нужно было заниматься глупейшей муштровкой, экономить патроны, одежду, обувь, пріучать людей къ полуголодовке, набивая желудокъ нижнихъ чиновъ недопеченнымъ хлебомъ въ видахъ увеличенія полковыхъ хозяйственныхъ суммъ и т. д.

Четвертая дивизія Фока несколько летъ была уже расквартирована на полуострове, но совершенно его не изучила. Люди бродили въ потемкахъ по горамъ и дальше своего носа ничего не видели и не знали.

Дальше идутъ новыя откровенія вдохновившагося заурядъ-полководца:

– "…артиллеристамъ везде прикрывать прислугу во время стрельбы и лошадей…"

Какъ должны были быть благодарны батарейные командиры за это наставленіе. Они и не подозревали, что прислугу и людей нужно беречь.

– "Только при этомъ условіи, т. е. когда каждый чинъ твердо усвоитъ, какъ онъ долженъ действовать, мы наверное отстоимъ позиціи и положимъ врага тысячами. Уверенъ, что начальники и стрелки исполнятъ мое ясное требованіе…"

Ни одного практическаго указанія, ни одной поправки, ничего – одна сплошная безграмотная абракадабра.

Когда этотъ приказъ читали въ обществе офицеровъ – одинъ шутникъ сказалъ: все въ немъ есть, но нетъ въ немъ главнаго, что съ такимъ неподражаемымъ искусствомъ пишется и произносится Стесселемъ.

– Чего же? заинтересовались все.

– Слова "ура", господа.

Намъ продолжало адски не везти. Утромъ 10-го іюля облетело городъ известіе, что лучшій нашъ миноносецъ "Лейтенантъ Бураковъ" и другой миноносецъ, "Боевой", ночью были подорваны подкравшимися минными катерами.

Особенно было досадно за гибель "Лейтенанта Буракова", который былъ такъ полезенъ для Артура. Онъ съ большимъ рискомъ сделалъ несколько рейсовъ изъ Артура въ Инкоу и обратно. Это былъ самый исправный и самый быстроходный миноносецъ, онъ могъ еще много сделать для Артура, въ особенности находясь въ рукахъ такого опытнаго, дельнаго и лихого командира, какимъ являлся блестящій офицеръ, гордость всей нашей эскадры – лейтенантъ, ныне капитанъ II ранга, Бородатовъ.

Судьба въ теченіе всей осады берегла этого полезнаго офицера, но не доберегла – передъ самой почти сдачей осколками шального снаряда онъ былъ страшно израненъ, чуть ли не въ 40 местахъ.

Последній разъ я его виделъ въ госпитале въ Шанхае медленно поправлявшимся.

Въ беседе со мной по поводу гибели "Буракова" и "Боевого", командиръ второго лейтенантъ баронъ Кассинскій говорилъ, что все эти совершенно безсмысленныя посылки миноносцевъ въ ночныя дежурства не имели ровно никакого существеннаго значенія и, кроме утомленія людей и гибели миноносцевъ, ничего не приносили.

Гибель этихъ миноносцевъ произошла при следующихъ обстоятельствахъ.

Оба они съ вечера пришли на дежурство въ бухту Тахэ. Съ полуночи началъ сгущаться туманъ и настолько сильно, что въ море въ разстояніи сажени ничего не было видно. Непріятель, давно уже осведомленный, что въ Тахэ дежурятъ наши миноносцы – воспользовавшись туманомъ, атаковалъ ихъ несколькими миноносцами.

Завязалась перестрелка, при чемъ непріятель стрелялъ холостыми зарядами. Подъ шумокъ этой перестрелки, вызвавшей недоуменіе экипажей, т. к. явилось основаніе предположить – не свои ли это, т. к. "опознательныхъ" черезъ молочную пелену разобрать было нельзя – японцы подъ прикрытіемъ тумана пустили въ атаку свои маленькіе минные катера.

Не успели наши опомниться, какъ чуть не въ упоръ пущенныя мины прекратили существованіе двухъ лучшихъ миноносцевъ; едва удалось спасти команду.

Гибель "Буракова", за которымъ успела уже упрочиться слава, удручающе подействовала на всехъ. Пессимисты начали, конечно, неистовствовать, предрешая участь Артура.

Въ этотъ день не было даже музыки на "этажерке",- такъ называли артурцы скверъ противъ дома Наместника. Музыка привлекала сюда много гуляющихъ. Это было единственнымъ въ Артуре развлеченіемъ, где собиралось все общество.

Кроме "этажерки", музыка еще играла въ саду Квантунскаго экипажа, где жены морскихъ офицеровъ играли въ мячъ.

Иногда она играла въ городскомъ саду Новаго города.

По воскресеніямъ и средамъ, по распоряженію коменданта, оркестры играли у госпиталей и лазаретовъ.

Мера эта была вполне целесообразной. Музыка прекрасно действовала на выздоравливающихъ. Посещая въ это время больныхъ, я всегда наблюдалъ среди нихъ полное оживленіе.

Незадолго передъ решительнымъ боемъ на Зеленыхъ горахъ наши охотники начали приносить подбрасываемыя японцами прокламаціи, написанныя довольно плохимъ русскимъ языкомъ.

Всемъ намъ показалось это подозрительнымъ: ужъ не готовятся ли они перейти въ наступленіе?

Положимъ, давно можно было ожидать, что японцы начнутъ шевелиться: почти месяцъ они не проявляли признаковъ жизни.

Если бывали легкія столкновенія, завязываемыя нашими охотничьими командами, они обыкновенно оканчивались сущими пустяками и положительныхъ результатовъ не давали. Мы попрежнему ничего не знали, и поэтому не могли составить себе даже приблизительнаго представленія о томъ, что творится въ расположеніи противника, въ какихъ силахъ онъ сосредоточивается, сколько у него орудій, где они расположены.

Всегда получались разноречивыя и сбивчивыя донесенія начальниковъ охотничьихъ командъ.

Бывало явится утромъ съ разведки офицеръ, начальникъ охотничьей команды, много говоритъ, чертитъ, поясняетъ полковнику Семенову.

Кажется, все ясно. Но беда бывала въ томъ, что явится другой и тоже обстоятельно докладываетъ, но по его чертежамъ и устнымъ поясненіямъ выходитъ совсемъ другое.

Для начальника отряда ставился на разрешеніе довольно трудный вопросъ.

Начальникъ отряда, помимо своихъ прямыхъ обязанностей, долженъ былъ решить, где истина.

Найти ее было, конечно, очень трудно, и начальникъ штаба безцеремонно самъ разрешалъ этотъ сложный вопросъ. Бралъ среднее изъ 2-хъ донесеній, склоняясь на сторону того изъ офицеровъ, который, по личному его мненію, заслуживалъ более доверія, и въ этомъ, уже переработанномъ виде, донесеніе о расположеніи силъ противника шло дальше.

Однажды утромъ одинъ изъ офицеровъ доставилъ въ штабъ отряда экземпляръ японской прокламаціи.

Это совпало съ полученіемъ известія, что владивостокскіе крейсера потопили несколько японскихъ транспортовъ, въ томъ числе и транспортъ, нагруженный осадными орудіями, предназначенными для Артура.