Чтение онлайн

– Зачем?

– Э… Некоторым людям нравится слышать, как мы выкрикиваем что-нибудь вроде: «Открой этот ящик, и я вернусь!» Ну и типа того.

– А зачем ты все это выкрикиваешь? К чему эти твои сигналы? – поинтересовался господин Кноп.

– Людям нравится шум.

– А нам – нет, – сказал господин Кноп.

– Шум, ять, мы очень не любим, – добавил господин Тюльпан.

– Поздравляю! Уверен, моя тишина придется вам по душе, – заверил бесенок, однако бесоубийственное программирование все ж заставило его добавить: – А может, вам нужно другое цветовое сопровождение?

– Что?

– Я умею менять цвет. По вашему желанию. Какой цвет вам больше нравится?

Длинные уши бесенка медленно полиловели, а нос приобрел навевающий неприятные мысли синеватый оттенок.

– Нам не нужны никакие цвета, – сказал господин Кноп. – Нам не нужны шумы. Не нужны чудные замечания. Мы просто хотим, чтобы ты делал то, что приказано.

– Может, ты захочешь выделить минутку и заполнить регистрационную карточку? – в отчаянии предложил бесенок, вынужденный следовать инструкциям до конца.

Брошенный с молниеносной быстротой нож выбил из его лапки карточку и пригвоздил ее к столу.

– Хотя, наверное, ты предпочтешь зарегистрироваться как-нибудь в другой раз…

– Твой хозяин… – произнес господин Кноп. – Куда он подевался?

Господин Тюльпан выволок волшебника из-под прилавка.

– Твой хозяин утверждает, будто ты – один из тех бесов, которые могут в точности повторить все, что слышали.

– Да, Введи-Свое-Имя-Сюда, господин.

– Что, прямо так в точности? Ничего от себя не прибавляя?

– Они не могут ничего прибавлять, – задыхаясь, простонал волшебник. – Полностью лишены воображения.

– Значит, никто не усомнится в правдивости его слов?

– Никто.

– Кажется, мы нашли то, что искали, – сказал господин Кноп.

– Э-э… И как вы предпочитаете оплатить покупку?

Господин Кноп щелкнул пальцами. Господин Тюльпан вытянулся во весь рост, расправил плечи и захрустел суставами пальцев так, словно в руках у него находилось два пакета с грецкими орехами.

– Прежде чем оплату обсуждать, – сказал господин Тюльпан, – мы бы, ять, хотели пообщаться с тем, кто написал эти, ять, гарантированные обязательства.

Помещение, которое теперь Вильяму приходилось считать своей конторой, сильно изменилось. Исчезли расчлененные кони-качалки, всякие краны, оставшиеся от старой прачечной, и прочий мусор, а в центре комнаты теперь стояли, прижавшись друг к другу, два письменных стола.

Столы были древними и потрепанными. Для того чтобы они не качались, потребовалось – вопреки всякому здравому смыслу – подложить картонки под все четыре ножки каждого стола.

– Я привезла их из лавки подержанных вещей, чуть дальше по улице, – каким-то нервным тоном сообщила Сахарисса. – Обошлись совсем недорого.

– Да, я вижу. Госпожа Резник… я тут подумал… твой дедушка ведь умеет гравировать изображения?

– Да, конечно. А почему ты весь в грязи?

– А если мы приобретем иконограф и научимся им пользоваться, – продолжал Вильям, игнорируя ее вопрос, – твой дедушка сможет вырезать нарисованные бесенком картинки?

– Думаю, сможет.

– А ты, случаем, не знакома с какими-нибудь иконографистами? Хорошими и живущими в нашем городе?

– Могу узнать. Но что с тобой произошло?

– Да так, на Желанно-Мыльной улице один тип пытался покончить с собой.

– И как? Получилось? – Сахарисса, похоже, сама удивилась своему вопросу. – Ну, то есть я, конечно, ничего дурного не имела в виду, но у нас еще столько пустого места…

– Думаю, мне удастся сделать из этого что-нибудь интересное. Он… э-э… спас жизнь человеку, который поднялся наверх, чтобы попытаться отговорить его.

– Какой смелый поступок! А ты выяснил имя того храбреца?

– Гм… нет. Э-э… Это был Таинственный Спаситель, – сказал Вильям.

– Ну, это уже кое-что. Кстати, тебя ждут посетители, – вспомнила Сахарисса и заглянула в свои записи. – Человек, который потерял свои часы, зомби, который… Я так и не поняла, что он хочет. А еще тролль, который желает устроиться на работу, и мужчина с жалобой на новость о драке в «Залатанном Барабане». Последний жаждет оторвать тебе голову.

– Ну и ну. Ладно, начнем по очереди…

Разобраться с потерявшим часы было совсем просто.

– Это были совсем новые часы, подарок моего отца, – сообщил мужчина. – Я целую неделю их ищу!

– Послушай, здесь не…

– Если вы отпечатаете на бумаге о том, что я их потерял, быть может, тот, кто нашел, вернет мои часы? – спросил мужчина с совершенно неоправданной надеждой в голосе. – А я заплачу вам за хлопоты шесть пенсов.

Шесть пенсов есть шесть пенсов. Вильям, вздохнув, сделал пометку в блокноте.

Разобраться с зомби было сложнее. Он был серым, с прозеленью в отдельных местах, а еще от него воняло лосьоном после бритья с ароматом искусственных гиацинтов: некоторые совсем свежие зомби решили, что их шансы приобрести друзей в новой жизни после смерти сильно повысятся, если от них будет пахнуть цветами, а не ими самими.

– Люди хотят знать все о мертвецах, – с ходу заявил зомби.

Звали его Господин Скрюч, и произносил он свое имя так, чтобы всем сразу стало понятно: слово «Господин» пишется с большой буквы и является частью имени.

– Правда?

– Да, – многозначительно произнес Господин Скрюч. – И мертвецы порой попадаются очень интересные. Полагаю, людям будет интересно читать о мертвых.

– Ты говоришь о некрологах?

– Да, и о них тоже. Я могу писать их весьма увлекательно.

– Хорошо. Плачу двадцать пенсов за штуку.

Господин Скрюч кивнул. Было ясно, что он согласился бы заниматься этим бесплатно. Зомби передал Вильяму пачку желтоватых хрустящих листков.

– Вот весьма увлекательный некролог. Для затравки, – сказал он.

– О. И чей именно?

– Мой. Очень занимательное чтение. Особенно тот кусок, в котором я умираю.

Следующий посетитель и в самом деле был троллем. Но в отличие от большинства троллей, которые носили лишь необходимый минимум одежды, дабы успокоить помешанных на приличиях людей, этот тролль был одет в костюм. Только так можно было назвать сшитые из ткани трубы, из которых торчала голова тролля.