Чтение онлайн

Думаю, некоторые гроссмейстеры были бы не прочь добраться до Петровича и отвернуть ему голову, но Аня… от одного взгляда на неё самые разъярённые смутьяны становились покладистей. А значит всё идёт по плану.

— Отлично, — пробормотал я и вернулся в основной зал.

Ну а третий мой противник… не пришёл. В ожидании непонятно чего, я просидел за столом двадцать минут. Судьи бегали вокруг, искали номер «33» по громкой связи, но всё бестолку. Я уже не сомневался в том, что победу мне присудят автоматически, и тут динамики во всём дворце разом ожили:

— Вниманию участников! Санитарная служба Венеции предупреждает: убедительная просьба не употреблять пищу, приобретённую в лавке «Вкусы Бомбея» на той стороне улицы! Зафиксированы уже три случая тяжёлого пищевого отравления! Повторяем, обходите лавку «Вкусы Бомбея» стороной! Единица рейтинга — это плохо, а не хорошо!

Тут я расхохотался в голос. Вот оно что. Мой бедолага-противник, у которого, возможно, были все шансы выбить меня из турнира, пал жертвой кишечной палочки или ещё чего похуже. И кстати… Неплохая же идея — встать на время турнира с витриной выпечки неподалёку. Кормить шахматистов чем-то хорошим, добрым, вкусным. Чем-то, что стимулирует мозговую деятельность, а не пробивает на диарею.

— В турнире объявляется перерыв! — гаркнули организаторы после третьего раунда. — Просьба перейти в зал ожидания! — и я вместе с остальными участниками пошёл смотреть, что же это за зал ожидания такой.

Сказать, что я удивился — не сказать ничего.

В чуть поменьше, но всё равно просторном помещении, прямо по центру стояли бильярдные столы, за которыми уже резались в американку несколько участников. Вдоль стен расположились кожаные диваны и барные стойки — кто-то пил кофе, кто-то на скорость глотал энергетики, а один тип с сосредоточенным лицом глотал целую горсть таблеток, запивая их водой.

Но больше всего меня поразили массажные столы. Некоторых участников турнира уже вовсю разминали девушки в белоснежных халатах. Мяли им шею, спину, плечи и, конечно же, голову. Зрелище было, мягко говоря, необычное.

Я присел на диван в самом углу и стал наблюдать. Неужели шахматисты настолько устают, что им спустя три игры требуется такая вот реабилитация? Да-да, именно реабилитация. Вокруг царила атмосфера не отдыха, а какого-то интенсивного восстановления после длительного марафона. Пит-стоп! Во! Точно!

Продлился он примерно полчаса, после чего нас всех попросили вернуться в игровой зал и турнир продолжился.

Противник номер четыре уже поджидал меня за столом. Худощавый, бледный молодой человек с глубоко посаженными глазами. Чёрными-пречёрными, как будто бы вообще без радужки. На вид — что-то среднее между замученным до смерти офисным планктоном и древним некромантом, только-только восставшим из могилы.

При это стоило мне присесть напротив, как я начал склоняться ко второму. Дар буквально заорал об опасности. От парня исходила тяжёлая, удушающая энергия. Удушающая и… усыпляющая. Как будто ватное одеяло накрывало меня с головой, лишая всякой воли. Менталист. Причём довольно сильный. Парень не стал тратить время на разговоры и представляться — просто кивнул и я почувствовал, что гад начал давить. Тягучая сонная энергия пыталась проникнуть в мой мозг.

«Ну давай», — зевнул я для вида: «Попробуй».

Вместо того чтобы сопротивляться, я открылся этому сонному потоку. Позволил менталисту войти в мой разум. Дождался, когда он своим присутствием заполнит всё моё сознание, а затем начал переваривать гадость в негадость. Всю эту сонливость и тяжесть я переработал в бодрость и лёгкость.

А менталиста тем временем шибанул откат. Не ожидая подвоха, он пропустил удар и даже не сумел толком среагировать. Глаза паренька начал слипаться, он тряс головой, щипал себя, но в конце концов вырубился прямо на ходу: упал головой прямо на доску и смёл с неё почти все фигуры.

И судьи… м-м-м… судьи вполне ожидаемо решили, что это против правил. А после этой немного странной победы объявили, что мы переходим к следующему этапу. Оставшихся после четырёх раундов игроков проводили в соседний зал, на сей раз совсем маленький, рассчитанный всего лишь на десять шахматных столов. В центр зала вышел главный судья, пожилой синьор с хитрым прищуром и свистком на шее, и объявил нам новые правила:

— Синьоры, теперь всё будет работать чуть иначе! Теперь вы сами выбираете себе противника! Подходите к любому столу, за которым сидит игрок, и договаривайтесь о партии! Единственное условие — отказывать в игре можно не более трёх раз трём разным игрокам! Всё остальное целиком и полностью в ваших руках! Время пошло!

Так торопиться я не стал и сперва решил осмотреться. Ситуация была, как на мой вкус, презабавнейшая. В центре зала за столом сидел молодой паренёк, с виду самый обычный и спокойный. С него-то я и решил начать. Подошёл, спросил не хочет ли он сыграть, а он в ответ сказал, что:

— Я не играю с незнакомцами, — и отвернулся.

— В смысле? — опешил я. — Тут вроде бы все друг другу незнакомцы.

— Я всё сказал. У меня принцип. До свидания.

Ничего себе какая важная пи… птица. И ничего себе заявочки. Как он вообще на турнир попал? И с кем собирался играть? Интересно.

Что ж, с тем я пошёл дальше. Подошёл к бородачу, который на прошлом этапе разгромил своего соперника в пух и прах, хотел было договориться об игре, но тот мне даже рта раскрыть не дал:

— Занято, — сказал он. — Я жду другого.

Третий не стал придумывать причины и просто сказал, что не хочет со мной играть. Запутавшись окончательно, я отошёл в угол и начал анализировать. Судя по всему, многие тут действительно знали друг друга. К одним игрокам никто не подходил, к другим наоборот встала целая очередь из желающих. Кого-то явно считали обманщиками, кого-то боялись, и вот как интересный момент…

Получается, что если кто-то считался слишком сильным игроком, то с ним просто никто не играл. Суть стратегии этого второго раунда заключалась в том, чтобы выискать кого-нибудь, кто слабее тебя ну или хотя бы равен. На аутсайдеров охотились, как на добычу, а сильные тем временем рисковали не сыграть вообще ни единой партии.

Поэтому многие даже не садились за стол — сидели на диванчике с отстранённым лицом и ждали, когда их автоматически допустят до финала. Наверное. А может да. А может нет. Чёрт, что тут вообще происходит?!

Наконец я заметил черноволосого паренька, который метался по залу как угорелый и без разбора упрашивал всех сыграть с ним. Побегал к одному, что-то быстро тараторил, расстраивался, жестикулировал, и бежал к следующему, но раз за разом получал отказ. На вид вроде бы сильный игрок, но что важно — честный. До сих пор я не уловил от него ни грамма тёмной энергии. Никаких артефактов, никакой магии.

Тем временем в другом углу, вальяжно развалившись на стуле, сидел мужик, от которого чёрная энергия так и пёрла. Разумеется, к нему никто не подходил. Но самое что забавное — мужчина сидел не просто так, а с бутылочкой, кажется виски, и двумя бокалами. К одному, наполненному на два пальца, он периодически прикладывался.