Чтение онлайн

— Доброе утро, Теодор, — произношу я с ироничной легкостью.

— Знаете, на всем белом свете нет ни одного человека, который бы меня так называл.

Он хлопает дверью абсолютно черного автомобиля, и, надо признать, машина ему в полной мере соответствует. Это словно увеличенная версия катафалка. Именно на таком мне кажется, Мрачный Жнец17 катается, собирая жатву.

— О, простите, — с наигранной озабоченностью произношу я, прижимая руку к груди. — Вам не нравится?

Тео медленно приближается, убирая ключи в карман потертых черных джинсов. Бейсболка надвинута низко на лоб — небольшое облегчение, можно не встречаться с привычным циничным взглядом, который всегда сверкает в его глазах.

Но ухмылку я различу даже в этом полумраке.

Он чуть наклоняется вперед, нарушая мое старательно охраняемое личное пространство. Не настолько, чтобы заставить отступить, но достаточно, чтобы в животе что-то взорвалось — яркий, острый фейерверк. Боже, какой же он высокий.

— Нет, — шепчет он, голос мягкий, но с неожиданной настойчивостью. — Мне нравится.

Мое лицо искажает гримаса при мысли, что случайно сделала что-то, что ему понравилось. Но в следующее мгновение ухмылка превращается в жесткую линию, и я понимаю — он просто издевается. Я его разозлила, и это приносит какое-то извращенное удовлетворение.

Наклоняюсь за блокнотом, а когда выпрямляюсь, он уже стоит, держа открытой дверь шоурума, и смотрит на несуществующие часы.

— Пожалуйста.

Ненавижу его.

Медленно убираю блокнот в сумку, аккуратно застегивая ее. Разглаживаю складки на юбке, поправляю футболку, и, поднимая взгляд, вылавливаю улыбку, которая говорит: «Надеюсь, ты сегодня вечером утонешь в собственной желчи».

Чувствую, как он закатывает глаза, проходя мимо меня в дверь.

«Крейт энд Ко18» — моя личная страна чудес. Не сама атмосфера, она здесь довольно строгая и холодная, залитая незаслуженно ярким флуоресцентным светом. Но вещи — оттенки, текстуры — всегда завораживают. Я в этом бизнесе достаточно долго, чтобы запах свежей древесины успокаивал подступающую тревогу.

— Привет, Омар! — восклицаю я, обращаясь к продавцу, стучащему по клавиатуре за стойкой.

— Джуди! Каждый твой визит — как праздник!

Улыбаюсь в ответ.

— Это потому, что я твой самый прибыльный клиент.

Омар работает в «Крейт энд Ко». столько, сколько я сюда хожу, и он — мой любимый продавец. Ему где-то семьдесят пять, и он как-то сказал, что искренне верит: как только перестанет работать, тут же уснет. Навсегда.

— А еще ты очаровательна, — добавляет он с теплотой.

Качаю головой, направляясь вглубь шоурума, явно ощущая присутствие Тео где-то позади. Демона, приставленного ко мне.

— У тебя особенный друг? — спрашивает Омар, подмигивая.

— Он милый, — отвечаю я, стараясь, чтобы голос звучал ровно. — Тебе стоит взять на заметку.

Сначала мы рассматриваем образцы красок, хотя я не собираюсь посвящать его в сегодняшние планы. Вместо этого заставляю следовать за собой, маневрируя между стеллажами, пока наконец не добираюсь до большого, потертого рабочего стола, усыпанного яркими пятнами, словно кто-то неистово размахивал в его окрестностях сверкающей кистью.

Я с усилием вытаскиваю три увесистых каталога с полки и с глухим стуком бросаю на стол.

— Можешь приступать к изучению, — говорю я, стараясь, чтобы голос звучал уверенно.

— Не будешь ли ты так любезна намекнуть, что именно я ищу? — спрашивает он, и в голосе слышится легкий вызов.

Я поворачиваюсь к стене с образцами и начинаю вытаскивать коробки с красками.

— Начнем с цвета для потолка. Стены можно сделать на пару тонов светлее в той же гамме. Что-то, достаточно темное, чтобы создать ощущение уюта, но при этом мягкое, чтобы не поглощать весь свет.

— Это не так уж и полезно, как тебе кажется, — отвечает он с легкой иронией.

Тео встает со стула, придвигается к столу, опираясь на него ладонью. Перелистывает каталог, и на лице ясно читается скука. Я не злюсь. Редко кто из клиентов приходит с твердым намерением самостоятельно выбирать краску; обычно мы предлагаем несколько вариантов, а клиент делает финальный выбор. Это тонкий танец — баланс между вовлеченностью и пониманием, что именно нужно. Но Тео Джордан — не обычный клиент. Он как назойливый осьминог, сующий тонкие щупальца куда не следует.

Даю ему несколько минут, позволяю перевернуть еще пару страниц, затем, скользнув по столу, выдвигаю два образца. Один — угольно-серый, другой — стальной.

— Мне кажется, один из этих двух, — говорю я, стараясь, чтобы голос звучал достаточно непринужденно, будто он действительно имеет право выбора.

— О, правда? — козырек бейсболки скрывает его лицо, и я не могу прочитать мысли.

— Оба идеально подойдут. Оба холодные, оба естественные. Они будут напоминать вечернее небо.

Он закрывает каталог, который листал, и притягивает к себе два моих образца.

— Ты просто пытаешься меня задобрить этими каталогами, не так ли?

Да.

Он приподнимает подбородок, чтобы посмотреть на меня из-под бейсболки. Если бы я не знала, что внутри Тео пуст и мрачен, то могла бы подумать, что забавляется.

— Ты точно знаешь, какой цвет хочешь, да?

Стальной синий, разумеется.

Я смотрю на него с невинным выражением.

— Это твое решение. Ты — заказчик.

Тео цокает языком.

— В таком случае, — он открывает каталог, — я склоняюсь к этому.

Он тыкает пальцем в цвет внизу страницы, и я наклоняюсь ближе, чтобы получше рассмотреть. Чувствую его взгляд, когда склоняюсь над каталогом, приподнимая страницу, чтобы убрать блики от резкого верхнего света. Какой-то болотно-коричневый.

— Этот? — спрашиваю я с недоверием.

— Именно этот, — резко отвечает он.

Тео приподнимает край бейсболки, и теперь я вижу его глаза, полные какой-то странной загадочности. Неприятное ощущение пробегает по телу, оставляя после себя россыпь мурашек.

Почему он так смотрит? Я осторожно касаюсь подбородка, проверяя, не остались ли там крошки от завтрака. Но хлопья никогда не оставляют крошек, и вот он сжимает челюсти, и я вдруг осознаю, насколько близко мы стоим друг к другу. Каталог с грохотом падает на стол.

— У меня когда-то была собака, — говорю я, возвращаясь на место за столом. — У нее был желудочный вирус, и ее… экскременты были точно такого же цвета.

Он наклоняет голову.

— Видишь? Это естественный цвет.

— Поверь, в этом нет ничего естественного, — резко отвечаю я.