Чтение онлайн

Никто не способен оживить умершего. Даже жрицы Южного Храма, известные своим лекарским даром, одной из которых через много лет стану и я, не способны воскрешать. Но я  не воскрешаю, я сохраняю.

– Именем Рока, чертящего наши судьбы среди звезд…   

Тысячи мелочей, решений, слов, поступков складываются в единую цепь, рождая настоящее. Но если разбить эту цепь, если убрать хоть одно звено, можно изменить предопределенную судьбу.

– Именем Шанса…

Бросить вызов Богам, попробовать все исправить. Это странный опасный дар, потому что за попытку в случае проигрыша я заплачу своей жизнью. Я ясно понимаю это, будто кто-то шепчет мне на ухо, но не боюсь. Потому что еще не верю в смерть…

– Хаос, вечный и нетленный, прими мой вызов…

__________________________________________________________________________________________________________________________________

[1] Шевейя – небольшая страна, расположенная на границе Западного Предела, славящаяся изобретением многих мудреных механизмов, например, часов на шестеренках и ткацкого станка.

[2] Эсса дословно переводится как «принц, принцесса», возможна другая трактовка – советница, что ближе к истине, так как титул не является наследным и не зависит от родственных связей. В каждом драконьем клане существует три эссы, которые вместе с Альтэссой составляют Совет Клана.  

[3] Командир первой, элитной, сотни.

[4] Ангара – степная страна на юго-востоке материка, славится своими табунами, а также лучниками.

Он пришел с севера. Спустился с гор, погребенных под белым саваном нетающих снегов, становящихся почти непроходимыми в долгие зимние месяцы. Почти, потому что он все же нашел путь в разгар сезона Метелей, в Темную седмицу, когда наступают самые длинные ночи в году, за окном жалобно воет вьюга, а люди не спешат покидать тепло своих домов, предпочитая жаркий огонь очага трескучим морозам.

В один из таких вечеров, я сидела в общем зале единственной на много верст вокруг гостиницы, кутаясь в теплый плед, заботливо принесенный стариком-трактирщиком, и обжигая замершие пальцы о глиняную кружку с травяным отваром.

За окном бушевала непогода, разгневанная стихия неистово бросала в закрытые ставни комья снега, пытаясь добраться до людей, спрятавшихся под надежной защитой деревянных стен. Брр, только что оттуда и возвращаться совершенно не хочется. Трактирщик закончил протирать стойку, жалостливо посмотрел на меня. Наверно, действительно плохо выгляжу – дрожащая, закутавшаяся в плед, нахохлившаяся словно воробей.

– Совсем Вы себя не бережете, Госпожа Целительница.

Я пригубила отвар, жидкость огнем обожгла горло, скользнула вниз и взорвалась в животе. Сразу стало теплее – кажется, сюда добавляли не только воду.

– С-спасибо.

– Вы южанка, солнцем избалованная, к морозам нашенским непривычная. Вот заболеете сами, кто же будет нас, грешных, пользовать, - понятно, что старичок ищет, прежде всего, свою выгоду. Лета уже не молодые, кости ломит, а мои мази худо-бедно помогают - недаром же шестнадцать лет в меня впихивали знания. Знания укладывались плохо, половину я, похоже, вообще растеряла, другая забилась в самые темные пыльные уголки памяти, откуда их приходится долго и нудно выковыривать, но несколько полезных мазей и отваров я могу приготовить.

Да и лечу ведь не только настойками – магия дракона тоже неплохое подспорье, главное чтобы никто не догадался: после Раскола[1] (и раньше тоже) люди недоверчиво относились к наследникам древней крови[2]. Могут вежливо попросить уйти, а могут и на костер… Хотя вообще-то жриц Южного Храма уважают в любом из королевств подлунного мира (разве что кроме Западного Предела, но оно и понятно), помнят, как во время войны, завершившейся пятнадцать лет назад, мои сестры спасали жизни раненным людям. Приятно знать, что для тебя не пожалеют крыши над головой и куска хлеба.

Я отхлебнула еще отвара. В чем людям не откажешь, так это в умение приготавливать различные горячительные напитки – драконы почему-то совершенно проигнорировали эту область знаний. Я ни разу не пробовала ничего крепче кваса, прежде чем покинула Южный Храм. После очередного глотка, мне стало совсем хорошо, я отложила плед, пересела за стойку. Трактирщик тут же выставил миску с горячей кашей, в которой даже можно было отыскать кусочки жесткого мяса, устроился напротив меня.

– Госпожа Целительница, хотелось бы узнать у Вас о Южном Храме.

Темная седмица не подходит для праздных гуляний, впрочем, и работать никто не будет. Это особенное время - время, когда короткие как вспышка дни сменяются бесконечно долгими ночами. По людским поверьям под конец года злые и добрые духи приходят в подлунный мир, чтобы наградить или наказать живущих на земле. В эти дни люди отдают долги, просят прощение у недоброжелателей, благодарят друзей – Новый год надо начинать, словно новую жизнь, с девственно чистого, как только что выпавший снег, листа. Вот когда кончится Темная неделя и колокол на главной башне Капитолия прозвонит Песнь Приветствия, тогда и начнется праздник. А пока уютный зал, наполненный ароматом хвои и смолы от свежесрубленных еловых веток, почти пуст, и у Господина Хока нашлась лишняя минутка, чтобы удовлетворить праздное любопытство, а может, и не совсем праздное.

– Кабы туда мою Ринку пристроить, младшенькую.

Я на минуту задумалась, вспоминая худенькую угловатую девчонку лет шести с острыми коленками и большими сообразительными глазищами. В деревне ей мало что светит – четвертая дочь, хотя любящий отец, наверно, и даст неплохое приданное, с которым любой крестьянин с радостью возьмет ее в жены. В Южном Храме Ринке тоже на большие успехи рассчитывать не приходится– в девчонке нет ни капли драконьей крови, Посвященной ей не стать, но хорошей лекаркой, разбирающейся в растениях и людских хворях, вполне возможно.

– Почему бы и нет. Отвезите ее к жрицам, они с радостью принимают на обучение смышленых девочек.

Трактирщик надолго задумался, барабаня пальцами по столешнице – видимо, рассчитывал, с кем поскорее переслать свою Ринку. Лишний рот в хозяйстве никому не нужен, а девчонка, отправленная в Южный Храм скорее всего никогда не вернется в отчий дом. Судя по наморщенному лбу, расчеты выходили неутешительные – до того, как растают снега, почти три месяца, а пока дороги заметены, ни один купеческий обоз не придет в деревню и тем более не отправится через весь материк в Южный Предел. Далековато меня занесло. Может, оно и к лучшему – никто, в ком течет кровь драконов, не явится в затерянный среди метелей и гор шахтерский поселок, значит, я в полной безопасности…