Чтение онлайн

Скрипнула, отворяясь, входная дверь. По залу пронесся порыв ледяного ветра, впущенный запоздалым посетителем. Хаос, я только решила, что наконец-то согрелась. Впрочем, дверь тут же захлопнулась, только холодный ветер никуда не исчез. Мне чудилось, что я вживую вижу заснеженные равнины, ослепительно сияющие под жестоким зимним солнцем, покрытые льдом вершины гор вдалеке, за которыми встают громады белых облаков. Северный клан. С недавних пор я не доверяю почти никому из драконов. А ему не собираюсь доверять тем более. Хаос, я-то надеялась, что нашла безопасное убежище!

Я резко обернулась, позабыв про ужин, желая увидеть того, кто нарушил мой хрупкий покой. Он не выглядел пугающим, скорее усталым, но что-то в нем внушало мне опасения, заставляя внимательно следить за каждым его шагом. Высокий, выше меня, сейчас он ссутулился и шел, чуть шатаясь, опираясь на длинный посох из темного дерева, в котором я с удивлением узнала боевой ангарский лук. Низко надвинутый капюшон и шарф, натянутый на нос по традиции Северных кланов, почти полностью скрывали его лицо, оставляя лишь узкую щель для глаз, темных и утомленных до безразличия. Казалось, ему все равно куда идти, лишь бы там было тепло и горячая еда.

Он не мог явиться с низины – одуревшие от скуки, а потому вдвойне бдительные сплетницы, наверняка, обратили бы внимание на подозрительного чужака, вздумай он пройти через соседнюю деревню. Но селянки, катавшиеся с утра на санях в гости к родне, привезли целый ворох новостей и свежих хохмачек, только там не нашлось даже упоминания о незнакомце с боевым луком. Следовательно, пришелец спустился с гор – немыслимый по своему безрассудству поступок. Но мне была совершенно безразлична причина, заставившая его проделать столь сложный путь.

Я не испытывала к нему ни жалости, ни сочувствия, ибо видела то, что не способны увидеть простые люди – черный змеящийся узор, прекрасный, сложный, пугающий, лишающий дракона его силы. Передо мной был изгой, предатель - тот, кто изменил своему имени и своему клану, принял сторону Западных завоевателей, нарушил Завет[3] и пошел против братьев и сестер. Трус, сдавшийся в плен, когда война была проиграна. Иуда, милостью Совета Драконов[4] сохранивший жизнь, но вынужденный провести остаток дней с черной меткой позора.

Не замечая моего пристального взгляда, он скинул плащ на стул, сам устроился на соседнем, изнеможенно вытянув ноги и закрыв глаза. В тепле снег, густо облепивший его одежду, быстро таял, и вскоре на полу образовалась большая лужа. Трактирщик окинул ее неодобрительным взглядом, мысленно включив в общий счет странного клиента. Налив новую чашку целебного отвара, которым чуть раньше напоил меня, он приблизился к столу посетителя.

– Господин хороший будет что-нибудь заказывать?

Господину Хоку пришлось повторить свой вопрос дважды, прежде чем поздний гость очнулся. Несколько мгновений мужчина непонимающе смотрел на трактирщика, казалось, не осознавая, где он находится, потом достал из-за пазухи серебряную монету и тихо попросил еды. Голос дракона звучал хрипло, простужено. Трактирщик, не спеша, поковылял на кухню – будет он еще за серебро бегать.

Мужчина медленно стянул толстые рукавицы, снял шапку и шарф. У него оказались длинные черные волосы и короткая жесткая борода. Я поняла, что он еще молод. Пришельцу можно было дать на вид лет тридцать-тридцать пять, а если постричь и побрить, то не больше двадцати пяти. Впрочем, с тем же успехом ему могло быть и двести – после своего первого полета драконы стареют очень медленно.

Наконец он обратил внимание и на меня, будто почувствовал тот настороженный интерес, с которым я последние несколько минут изучала его. Взгляд дракона оценивающе скользнул по мне, задержался на знаке солнца, висевшему поверх вязаного свитера. В темных глазах появилось изумление, быстро сменившееся обреченностью.

– Я прошу разрешения остаться.

Ночь простерла свои крылья над миром, за окном завывала вьюга, передо мной сидел дракон, лишенный силы, убийца, возможно, пришедший по мою душу, человек с бесконечно усталым взглядом, ожидающий моего решения. В такую погоду добрый хозяин собаку за порог не выгонит, и я, несмотря на здравый смысл, отчаянно убеждающий меня сказать короткое простенькое слово «Нет!», вздохнула и произнесла.

– Вы можете остаться… до утра.

Меченый благодарно кивнул, углубился в изучение чаши с отваром. Я встала, вежливо поблагодарила трактирщика, возвращавшегося с кухни, поднялась вверх по лестнице на второй этаж, где хозяин щедро выделил мне одну из небольших комнатушек. Жесткая кровать, стол, табуретка, да платяной шкаф – вот и все убранство, но мне хватает. Я забралась на кровать с ногами, обхватила руками колени. В комнате царил непроглядный мрак - так даже лучше думается, а мне было о чем поразмыслить.

Меня все-таки нашли. Я не знала, послали ли его те же, кто натравливал прошлых убийц, или это просто невероятное совпадение обстоятельств, что один из меченых явился просить приюта в моей деревне, да и не хочу знать.

Около года прошло с того первого покушения в самом сердце Южного Храма, после которого я отчетливо поняла, что больше нигде не буду в безопасности. Старшая сестра была в бешенстве, но ничего не смогла сделать – ей так и не удалось узнать, кто и почему решил убить дракона, даже не раскрывшего крылья. Можно было найти сотни причин, но ни одна из них в полной мере не объясняла происходящего.

И я ушла, ослушавшись прямого приказа Альтэссы[5]. Надела серую[6] мантию, став всего лишь одной из многочисленных выпускниц Южного Храма, смешалась с толпой таких же неопытных девчонок, впервые за много лет покидавших стены, превратившиеся в родные на время учебы. Я не сильно отличалась от них, молодая, глупая, не представляющая, что меня ждет в мире за Великой Пустыней, в мире, который принадлежал людям.

Мне везло – жриц, обученных в Южном Храме, всюду встречают если не с распростертыми объятиями, то вполне приветливо, так что проблемы о хлебе насущном меня почти не волновали. Я избегала крупных шумных городов, где меня могли увидеть мои соплеменники, а маленькие деревеньки, которые почему-то не привлекают моих сестер-жриц (оно и понятно – люди небогатые, взять с них нечего) были рады, если бы я решила задержаться в них. Впрочем, я не думаю, что именно это помешало воинам Альтэссы найти и вернуть меня в Южный Предел, скорее она поняла и приняла мой выбор, отказалась о погони.

Еще дважды убийцы выходили на меня, и дважды мне удавалось обмануть их. Первый раз я (это случилось в небольшом городке недалеко от Южного Предела) натравила на них солдат наместника. Душегубы, по-моему, ничего не поняли и правильно. Такой бездарной слежки за собой я отродясь не видела.

Во второй пришлось разбираться самой – четверо бандитов, посчитавших одинокую путницу легкой добычей, так и остались лежать на безымянной лесной поляне. Они были всего лишь людьми, а дракон, пусть и не обретший силу, может стать опасным противником (хотя, честно говоря, мне просто повезло, что неподалеку охотился юный лорд и его свита, посчитавшие расклад четверо головорезов на одинокую слабую девушку не совсем справедливым).

У главаря нападавших я обнаружила занятную записку, в которой говорилось, что некто достойно вознаградит неудавшихся убийц в случае усекновения головы одной рыжеволосой особы из Южного Предела. Гадать, о какой особе идет речь долго не приходилось.

Но самым интересным был знак – руна «Ис» в левом нижнем углу – ничего не говорящий людям, но слишком многое мне. Это был первый след, ведущий к тем, кто желал моей смерти, и, что самое неприятное, указывал он на северные кланы. Именно драконы снегов часто использовали символ льда в качестве подписи.