Чтение онлайн

Глава 57

Утром бойцы не спеша позавтракали и, выкупавшись на дорожку, отправились в путь. К полудню река и озеро остались далеко позади, а местность начала незаметно подниматься — они словно выбирались из просторной зеленой чаши. Несмотря на это, путникам все чаще встречались заплатки раскисшей земли. Копыта лошадей оставляли во влажной почве ямки, которые быстро наполнялись мутной водой.

— Как бы снова на съедение кровососам не угодить! — проворчал Фрейнур.

— Интересно, сколько мы прошли за эти дни? — спросил Брайли. — С тех пор, как избавились от тарлангов.

Найджел ненадолго задумался.

— По моим прикидкам не меньше ста миль, — сказал он. — Однако в этих землях нельзя сказать наверняка…

— Это точно! — согласился барон. — Хочется верить, мы приближаемся к цели.

Местность тем временем изменилась. С севера на юг, насколько хватало глаз, земля вспучилась огромными холмами. Остаток дня отряд пробирался между ними, петляя среди зеленых куполов, выискивая тропы посуше, старательно избегая болотин и топей.

Заночевали у высокого холма, выбрав с южной стороны ровное, сухое место. Рядом стояла серая стена полузасохших кустов, дальше начиналось болото. Его близость наполняла воздух тяжелыми испарениями. Костер помог разогнать промозглый воздух, однако сырость все равно проникала под одежду, пробирала до костей, заставляя путников жаться поближе к огню.

— Странно, — заметил Фрейнур. — Кругом болота, а мошкары нет.

— И хорошо, — отмахнулся Брайли. — А почему — мне все равно!

Едва отужинав, путники поделили ночь на смены и легли спать, радуясь отсутствию комаров и мошек.

Ночью Найджел проснулся от ощутимого холода. Ему не впервой доводилось просыпаться от мороза, дождя или ледяного ветра на жесткой походной постели.

«Пора бы нам уже увидеть реку, — подумал он. — Не может быть, что мы настолько отклонились от цели».

Найджел перевернулся на другой бок, натянул на голову одеяло и приготовился спать дальше, как вдруг вскочил от внезапно пришедшей в голову мысли.

«Какой холод? Откуда? На дворе лето! Может, он заболел и его лихорадит?! — закралась в голову предательская мысль. — Еще чего не хватало! Но нет, это вряд ли!».

Он поискал глазами часового. Гном сидел едва ли не вплотную к огню и, возможно, не чувствовал холода.

— Эй! — тихо окликнул его Найджел. — Фрейнур!

— А?! Что?! А! Это вы, ваша милость!

— Тебе не кажется, что здесь несколько холодновато?

— Есть такое дело, — кивнул гном. — Я думаю, это от болота тянет. Вот, подсел поближе к огоньку.

— Да нет, здесь что-то другое…

Вдруг за кустами раздалось отчетливое хлюпанье, словно кто-то месил толстыми ногами болотную жижу.

— Пуф! Пуф! Пуф…

— Кто там ходит? — испуганно спросил гном, вцепляясь в рукоять топора. — Эй ты, покажись!

— Сейчас посмотрим! — Найджел решительно поднялся, вытащил меч и раздвинул кусты. Гном, сжимая рукоять топора, следовал за ним по пятам.

За кустами обнаружилась поляна. На ней плотно росли мясистые растения, увенчанные тяжелыми макушками, похожими на шишки хмеля. Они едва заметно шевелились, на глазах увеличиваясь в размере. Набухнув, макушки лопались, рассеивая вокруг облака молочно-белых спор, слабо фосфоресцирующих в темноте. Они-то и издавали странный хлюпающий звук, так испугавший гнома.

— Хм… похоже на какие-то грибы, — сказал Фрейнур.

— Это мезойские хвощи, — произнес подошедший на звуки голосов магистр. — Очевидно, сейчас у них пора созревания и плоды лопаются, распространяя мельчайшие споры.

— Эти споры могут быть ядовиты, — озабоченно сказал Найджел. — Вы как думаете, магистр?

— Вполне могут, — ответил Алкуин. — А может статься, они совершенно безвредны. Достоверных сведений на этот счет нет. Можно расспросить нашего эльфа — он знает о древних растениях больше моего.

— Я позову! — вызвался Фрейнур и побежал в лагерь.

Пространство вокруг быстро наполнялось молочно-белым туманом. Почуяв что-то неладное, заржали лошади.

Вернулся Фрейнур, а с ним Арминас и Брайли.

— Нам надо подняться на холм, — сказал эльф, едва взглянув на то, что происходит на поляне. — Чем гуще будет туман, тем холоднее станет воздух. Не знаю, насколько хвощи ядовиты, но говорят, их корни достигают вневременных пластов и по ним на поверхность поднимается древний холод глубин. Он усыпляет, затем замораживает жертву. А корни оплетают бесчувственное тело и затягивают под землю.

— Так чего же мы ждем? — как ужаленный подскочил гном. — Надо уходить отсюда!

— Арминас, Брайли, берите лошадей и ведите наверх холма, — приказал Найджел. — Магистр, возьмите факел и идите впереди. Мы с Фрейнуром соберем вещи и двинемся за вами!

В одно мгновение маленький лагерь пришел в движение. Барон и эльф бросились к лошадям, магистр Алкуин зажег факел. Найджел с Фрейнуром собирали разложенные у костра вещи. С каждой минутой холод становился сильнее. Похоже, эльф был прав: туман коснулся открытой кожи, и Найджел почувствовал нечто похожее на легкий ожог.

— Уходим, Фрейнур! — коротко бросил он.

Нагруженные поклажей, бойцы стали быстро взбираться на холм. Впереди всхрапывали лошади, красным пятном маячил факел в руке магистра.

Вершина оказалась достаточно просторной, чтобы устроиться самим и разместить лошадей. В центре имелось углубление, словно предназначенное для очага.

Сверху стало понятно, что древние хвощи заполонили местность на мили вокруг. Сочащиеся из них споры окружили холм молочно-белым морем. Его уровень медленно поднимался к вершине. Туман слабо светился в темноте. На севере виднелись черные макушки холмов, вздымающиеся над пеленой, точно вершины гор над облаками. Похоже, вся долина погрузилась в молочное море спор.

Внизу одинокой точкой светился оставленный в спешке костер. Туман почему-то обходил его стороной.

— Костер! Разводим костер! — закричал Алкуин. — Туман боится огня!

— Теплый воздух отталкивает холод! — догадался Найджел. — Соберем дровишек, ребята!

К счастью, у вершины холма нашлось достаточно валежника, оставшегося от некогда находившихся здесь рощ, и море сухих кустов. В мгновение ока Найджел, Брайли и Фрейнур сложили в центре площадки гору сушняка, и вот уже в ночи запылал огромный костер. Пламя быстро охватило сухие ветви, с треском взметая в ночное небо длинные желтые языки, отражающиеся в темных глазах лошадей.