Чтение онлайн

Молотов замолчал, ожидая от меня какой-то реакции. Но что я должна была сказать? Что я и так всё это знала и понимала? И что это его ни капельки не оправдывает?

Не дождавшись от меня ни слова, Алексей вздохнул и продолжил:

— Но было ещё кое-что. Мне всё это время было горько от своего обмана. Хотелось быть честным с тобой, Наташ. Какая злая ирония — впервые за всю свою жизнь я встретил девушку, которая настолько мне понравилась, и упустил её по собственной глупости.

В глазах Молотова промелькнула боль. Мне стало его чуточку жаль — действительно, по собственной глупости…

— Наташ, — Алексей внезапно сделал несколько шагов вперёд и взял мои руки в свои, — пожалуйста, поверь мне: я действительно не хотел причинять тебе боль. Я просто… дурак, ты всё правильно сказала. Прости меня.

Молотов уставился на меня с такой мольбой в глазах, что я решила не мучить его препирательствами.

— Я тебя уже простила.

Несколько секунд он молчал, словно не веря, а затем воскликнул:

— Правда?! — и попытался меня обнять. Я мягко отстранилась, но своих рук у него не отняла.

— Чистая правда, Лёш. Я простила тебя. А теперь… я могу пойти домой? Честно, мне очень хочется есть и спать.

Молотов проигнорировал мой последний вопрос. Он продолжал стоять на месте, держа мои ладони в своих, и смотрел на меня как-то странно.

— Наташ, — Алексей положил мои руки себе на грудь, — прошу тебе, дай мне ещё один шанс.

Я слегка удивилась.

— Какой шанс?

— Ты мне действительно очень нравишься, — прошептал он, не отрывая от меня взгляда. — Очень! Пожалуйста, дай мне шанс всё исправить. Теперь я не буду принуждать тебя к чему-либо, обещаю.

Я молчала. Я не очень понимала, о каком шансе он говорит…

— Лёша, — осторожно начала я, пытаясь мягко высвободить руки из его стального захвата, — о каком шансе ты говоришь? Что хочешь от меня услышать?

— Я хочу услышать «да», — прошептал он с каким-то отчаянием в голосе. — Пожалуйста, Наташ!

— Отпусти мои руки.

Как бы я хотела, чтобы мой голос не был настолько холодным. Но…

Алексей послушался. Я скрестила вновь обретённые конечности на груди и тихо сказала:

— Прости. У тебя был шанс. Но ты его упустил. Я не хочу тратить своё время на иллюзии.

Слово — лучшее оружие. И сейчас Молотов отшатнулся так, как будто я его ударила. И я почувствовала его боль и разочарование. Но… решение я уже приняла.

— Пожалуйста, — прошептал он.

Я покачала головой.

— Извини. Я не хочу сейчас с тобой встречаться нигде, кроме работы. Возможно, позже я изменю своё решение, но пока оно таково.

Чужая боль захлестнула всё моё существо. Как в детстве, когда на моих глазах обижали других людей или животных. Я прикрыла глаза, пытаясь справиться с нахлынувшими эмоциями.

— Лёша, — я сделала шаг вперёд и положила ладони ему на плечи, — не огорчайся. Я ведь простила тебя. Пойми, я не хочу сейчас отношений. Ни с кем. И повторюсь — возможно, когда-нибудь я передумаю. Но не тешь себя ложными надеждами, пожалуйста.

Лицо Молотова как-то странно искривилось. Он вновь взял мои руки в свои и, наклонившись ближе, прошептал:

— Позволь задать тебе только один вопрос.

Я кивнула и улыбнулась.

— Ты… спишь с Громовым?

Если бы я была кошкой, то, клянусь, в тот миг зашипела бы. Или глаза ему выцарапала. А так я просто отшатнулась, резко выдернув свои руки, и с отвращением посмотрела на Молотова.

Больше всего меня поразило то, что я прочла в его глазах. Он не сомневался! Он твёрдо верил в то, что сам себе придумал.

— А как ты думаешь? — на миг мне показалось, что от тона моего голоса заледенел воздух вокруг нас.

Молотов ухмыльнулся.

— Думаю, да.

— Тогда не буду тебя разочаровывать.

И я, развернувшись, спокойно пошла к своему подъезду. Кажется, он ещё что-то крикнул… Но я больше не хотела разговаривать.

Дома злая я решила принять холодный душ. Чуть не залезла под него вместе с одеждой, но вовремя опомнилась. А потом, нацепив на себя халат, включила компьютер и загрузила скайп.

Антон. Он был там. Я улыбнулась. А ты ведь так похож на Молотова. И даже в этом предположении насчёт моих отношений с начальником. И тем более — в этой странной уверенности, что я являюсь твоей собственностью.

Но Антон уже так не считал. И ему я была готова простить гораздо больше, чем Молотову… во много раз больше.

— Пчёлка! — его счастливая улыбка расползлась по экрану компьютера. — Как же я рад тебя видеть!

— А я — тебя. Как ты?

— Ничего, вот, фотографии обрабатываю. Не успеваю с этим заказом, а не за горами выполнение следующего…

— Я тебя отвлекаю? — я немного огорчилась.

— Ты меня никогда не отвлекаешь! — с пафосом заключил друг, и я не смогла удержаться от улыбки.

Мы болтали примерно полчаса. Я чувствовала, как постепенно начинаю оттаивать благодаря весёлым историям Антона. Но как только я попрощалась с другом и отключила скайп, почувствовала, что скверное настроение возвращается. И противно мне было не столько оттого, что вновь могут начаться дурацкие слухи, сколько…

Я вздохнула. Конечно, я не спала с Громовым, но я не могла бы сказать, что не хочу этого.

В тот вечер я долго не могла заснуть. И чтобы не думать о том, что происходит со мной в настоящем, погрузилась в прошлое.

Я вспоминала Антона и свои прежние чувства к нему. Он ведь был моей первой любовью. Хм… и пока последней. С тех самых пор я больше ни к кому ничего подобного не чувствовала.

Захлёбывающееся от восторга сердце — каждый раз при встрече. Состояние искрящегося счастья, когда он был рядом. А стоило Антону улыбнуться — и мне казалось, что в мире становится чуточку светлее.

И в какую бездну отчаяния я погружалась, когда видела его с очередной подружкой…

Именно во время таких погружений и состоялся один мой разговор с мамой, который я до сих пор не могу забыть. Да что там — я никогда не смогу его забыть…

Я перевернулась на другой бок и закрыла глаза, пытаясь воскресить в памяти тот день…

В комнате царил полумрак. Я лежала на кровати, вытянувшись в струнку, и отчаяние захлёстывало меня с головой, как морские волны во время бури. Не думать, не чувствовать… Но за что, за что, за что?! — кричала я мысленно в никуда, надеясь, что меня услышат и снимут эту пытку безответной любовью.