Чтение онлайн

На лице моего собеседника появилось выражение раздражения.

— Да не знаю я ничего, пацан! — резко выговорил он. — Че там? Как там? Вот пристал! Дед вернется, у него и спросишь!

Сказав это, он повернулся ко мне спиной, явно не намереваясь продолжать диалог. Дед, это кто? Один из них? Но тут мне вспомнился бомжеватый старичок, ошивавшийся рядом с этой компанией и в данный момент поблизости не наблюдаемый.

Неужели…

Я еще раз взглянул на компанию и понял, что не ошибся. Никто из них наверх не поднимался, опасались обвала, вот и отправили старика обстановку разведывать, мол, если вернется — значит все хорошо и можно спокойно подниматься.

Трусы!

Меня обуяло глубочайшее презрение к этой компании. Мысленно сплюнув, я отправился мимо них к подъемнику. Глянул вверх. Потолок на месте, даже лампы не побило. Ни следа обвала. Однако торопиться я не стал. Осторожно поставив ногу на застывшую ступень эскалатора, я стал неторопливо подниматься вверх.

Слабость и головокружение больше не давали о себе знать, зато на смену им пришел голод! После тренировки я обычно съедаю пару сникерсов и запиваю их соком. Куча сахара и углеводов — то, что надо! Но сегодня от традиции пришлось отступить, торопился Машку проводить.

Интересно, как она там? Выбралась? Может сидит уже дома и чай с сушками пьет? Хотя нет, это вряд ли, слишком мало времени прошло с того момента, как мы расстались, и до того, как тряхнуло. Значит она тоже сейчас в плену метро, оставалось лишь надеяться, что с ней все в порядке.

Сникерсы, кстати, так и лежат на дне рюкзака, ожидая своего звездного часа. Мысль о близости еды давила на меня, но есть в такой обстановке мне не хотелось совершенно. Делу время, а еде час! Как-то так вроде бы говорится?

Я одолел последние ступени, миновал турникет и оказался рядом с будочкой, в которых обычно восседают самые разнообразные полные тетеньки в возрасте. Именно полные и именно в возрасте. Почему так, не знаю, традиция наверно. Однако сейчас будочка пустовала, не было и охранника, который должен эту будочку вместе с необъемной тетей охранять. Непорядок…

Деда я обнаружил практически сразу. Он стоял прямо за будкой и вид у него был такой, что я на мгновение замер: борода взъерошена, шапка сбита набок, а челюсть отвисла чуть ли не до пола. Выпученными от удивления глазами он смотрел в направление выхода, который был скрыт от меня будкой. Сгорая от любопытства, я приблизился к старику и посмотрел туда же, куда и он.

От увиденного у меня глаза на лоб полезли. Это еще что за чертовщина? Глюки? Я моргнул пару раз, потер глаза, но видение не исчезло. Выхода не было. А может и был, но видно его точно не было. На том месте, где взгляд искал привычные стеклянные двери, возвышалась громадная куча песка. Обычного такого песка, золотистого цвета. Он полностью забил проход и все пространство между ним и будкой.

Шагнув вперед, я нагнулся и зачерпнул горсть, дабы убедиться в его реальности. Песок был самым настоящим, теплым и немного влажным. Я позволил ему струйками стечь между пальцев. Нет, не глючило меня. Песок. Самый настоящий песок! Я даже понюхал его и ощутил солоноватый запах моря.

Ну, это уже точно глюк! «Кузнецов» — крупный промышленный город, неподалеку от Омска и ближайшее к нему море, Каспийское, находится в нескольких тысячах километров отсюда. Это через весь Казахстан!

Но если морской запах мне померещился, то песок был абсолютно реален. Вот он, лежит на моей ладони, теплый и шуршащий. Движимый неким чувством я аккуратно ссыпал его в карман джинсов. Пусть лежит! Вроде как доказательство себе и всем, что я не сумасшедший.

Судя по количеству и напору песок, откуда бы он ни взялся, забил весь переход как минимум, а значит, в ближайшие пару часов нас точно не откопают, может и до утра провозятся.

А ведь если подумать, то у другого выхода тоже был песок. Правда, не так много, вот и не обратил внимания. Но он был!

Делать тут было больше нечего. Выход завален и точно надолго. Заглянув напоследок в будку и не обнаружив в ней ничего интересного, я направился обратно к эскалатору.

— Идемте вниз, — позвал старика, что так и замер, будто статуя. — Тут нам не выйти!

Мои слова, похоже, вывели его из транса. Со щелчком захлопнув рот, он поправил сползающую шапку и молча двинулся за мной.

А внизу нас уже поджидали все, кто находился на станции. В первом ряду стояла компания братков, за ними пристроились обе девушки, а чуть дальше обнимал колонну пьяница. Стоило нам с дедом спуститься, как они окружили нас плотным кольцом.

— Ну что там? Не обвалило? — спросил мужик, с которым я уже общался. В своей компании он явно был за главного.

— Нет там прохода, — ответил я. — Забит!

— Чем забит? Ты чего мелишь, пацан? Ты внятно говори!

— Вот этим, — сказал я, высыпая на пол песок. — По самый потолок завалило!

— Песок? — мой собеседник был явно сбит с толку. Он перевел взгляд на старика и уточнил: — Дед, че правда, что ли? Песок?

— Правда! — ответил старик и, к моему удивлению, тоже достал из кармана горсть песка. — По самую крышу замело, ни пройти, ни проехать!

— И что теперь делать будем, Петь? — раздался растерянный голос кого-то из компании. — Там обвал, тут песок!

— Ждать будем, — почесав затылок, ответил Петя. — Ждать, пока не откопают нас!

— Не понимаю, откуда этот песок вообще взялся? — задала весьма резонный вопрос одна из девушек, на ее лбу красовалась здоровенная шишка.

— Самосвал провалился с песком, — тут же нашелся Петя и уверенно кивнул, соглашаясь сам с собой. — Да, так оно и было!

То, что для одного самосвала песка там явно многовато, я решил не говорить. Нашли хоть какое-то логичное объяснение случившемуся и хорошо. Незнание пугает куда сильнее, чем самые бредовые идеи. А вообще тут не самосвал, тут целый состав нужен, вагонов так на двадцать. Переход-то о-го-го какой! Вот только не ходят через город поезда, только по окраине.

Может, конечно, и не один самосвал был, но это тоже сильно вряд ли. Очень уж сомнительно, что колонна набитых песком грузовиков, проезжая через центр города, разом провалились в метро. Нет, бредовая идея!

Все притихли, раздумывая о свалившейся на наши головы беде. Тишину нарушил голос пьяницы:

— А давайте поплаваем в моооррреее! — он вожделенно посмотрел на девушек, расплылся в широкой улыбке и томно прибавил: — Можно голышом!

Свою речь он закончил громко икнув, после чего грациозно съехал по колонне, за которую держался и уселся задницей на пол. Несмотря на сонный вид, он не отключился, продолжая смотреть на нас, то ли ожидая ответа, то ли просто из любопытства.

«А он протрезвел! — мысленно отметил я. — Полчаса назад едва мычал, как тот Герасим, а сейчас уже вот такие речи задвигает!».