Чтение онлайн

— Заключительным аккордом данных нарушений явился обвинительный акт, составленный с существенными нарушениями, неустранимыми противоречиями и грубыми ошибками, вплоть до указания несуществующей на тот момент у подозреваемого «судимости».

В соответствии с буквой и духом УПК РФ, в силу явных нарушений закона, суд обязан был признать все доказательства, полученные следствием (дознанием), недопустимыми.

6. Заинтересованность свидетелей по делу со стороны обвинения

Свидетель обвинения, судебный пристав, Конюхова. Наличие нескольких разбирательств, где Конюхова выступала по отношению к подсудимым ответчиком или истцом, по одной и той же ситуации, разбираемой данным судом, делает ее заинтересованной в юридическом смысле, в исходе и данного дела. Если она, выгораживая себя, лгала по данной ситуации, то естественно, она подтверждала свою ложь и на иных судебных разбирательствах по этой же ситуации, в частности на данном разбирательстве.

Свидетель обвинения, судебный пристав, Тимченко. Данная гражданка участвовала в исполнительных действиях (в рассматриваемой судом ситуации) незаконно. Не предъявила удостоверение личности, не представилась, и в то же время по сути руководила исполнительными действиями. Заметим, что она работала в Службе судебных приставов Советского района, а действия проходили под юрисдикцией приставов Заельцовского района, одно это уже не дает ей право официально, в качестве пристава, участвовать в данных исполнительных действиях (согласно ст.11 ФЗ об исполнительном производстве) и никакое выдуманное разрешение старшего пристава Заельцовской ФСП не может этот закон отменить. Конечно же ей очень не понравилось, когда с самого начала подсудимые попытались привлечь ее к ответственности, поэтому она сразу же встала им в оппозицию, защищая «китель» пристава Конюховой и «честь» своей подруги Ларисы — это предопределило и ее отношение к подсудимым, а учитывая, что все свидетели являлись подругами Ларисы, в этих обстоятельствах, никто не мешал ей выдумывать несуществующие подробности и обвинять их в несуществующей драке, в угоду Ларисе.

Свидетель обвинения Вайнер. Это подруга Ларисы (знакомы более 20 лет) и хотя она не была ничему свидетелем (ожидала своих подруг этажом ниже), тем не менее, доверяя своей подруге пересказывает ее позицию. Более того, именно Вайнер подписала по просьбе Ларисы, у нее на квартире, акт по действиям (разбираемым данным судом), свидетелем которых она не была, т. е. по сути лжесвидетельствовала.

Свидетель обвинения Сорокина. Это подруга Ларисы с детства, живет в 5 минутах ходьбы от дома Ларисы. Так же, доверяя своей подруге пересказывает ее позицию. Сорокина подписала сфальсифицированный акт вместе с Вайнер, на дому у Ларисы! По-всякому это называется сговором свидетелей с этой якобы «потерпевшей». А ведь этот фальсифицированный акт приставы пустили в дело, что указывает на их прямой сговор с Ларисой и ее подругами.

Свидетель обвинения Александр. Это сын Ларисы и хотя сам он не был ничему свидетелем, тем не менее, доверяя своей матери, пересказывает ее позицию с ее слов. Тем более, что он был в курсе, что ничего из описанного его матерью реально не происходило.

Таким образом, у суда есть все основания отнестись к показаниям данных свидетелей как минимум с недоверием.

А всё в целом указывает на отсутствие какой-либо вины обвиняемых в описанной «потерпевшей» ситуации.

Комментарий системного аналитика

В предыдущем разделе хорошо (системно) изложен фактический материал дела, остается только сделать правильные выводы.

Выводы в недоказанности события преступления и вины подсудимых очевидны. Но эта очевидность с точки зрения логики, здравого смыла, системного анализа, закона — ничто по сравнению с субъективным мнением конкретного судьи. Судья может отбросить неудобные для него факты без всякого обоснования, изложить «доказательства», основанные только на субъективном мнении данного судьи и ни на чем больше. И вышестоящий суд не будет его ловить за руку, поскольку сам поступает в точности также.

Комментарий мага

— Вот ты удивляешься, что Ларисе всё удается, как будто ей помогает сам дьявол. Ей без труда удается сфабриковать очередное дело и унизить тебя и твою Натали. Дело здесь в том, что в начале Лариса удачно подсоединилась к эргрегору судебной системы. Ее энергия, как энергия вампира, хорошо коррелирует с энергией данного эргрегора, который также высасывает энергию из своих жертв через посредство судей. Энергия, проходя через судей, создает у них эйфорию, подобно наркотическому действию. Сам, по своей воле, судья уже не способен уйти из этой системы. И не всегда он действует сознательно или злонамеренно, принимая тупые по своей природе решения и приговоры, — им руководит энергия эргрегора.

То же самое происходит в религиозном эргрегоре. Ты когда-нибудь пробовал спорить с истинно верующим?

— Пробовал.

— Вот-вот. Непробиваемая никакими логическими аргументами защита. Тоже самое происходит и в судах.

— Ну так и что же делать?

— Надо стать частью данного эргрегора. Например, почему приставы выскользнули из- под твоего обвинения, несмотря на очевидную виновность? Они принадлежат эргрегору, а тому не выгодно саморазрушаться. Поэтому он и защищает приставов и будет защищать.

Можно использовать адвоката, а самому максимально самоустраниться. Хороший адвокат, часто выигрывающий дела, очень хорошо связан с этим эргрегором и живет по его правилам. Адвокат-правдолюбец, как и ты, обречен на поражение.

— Но ведь Лариса, подав на судью Беца в суд, должна была разрушить связь с эргрегором судей?

— Так и произошло. Ты же говорил, что после этого у нее стало всё не так гладко проходить, как раньше. Это безусловно ее ошибка. Вторая ее ошибка — жалоба на всех своих и твоих адвокатов в адвокатские коллегии. Это второй удар по данной связи с эргрегором. Поэтому, в конечном итоге, она увязла в делах, как Гитлер под Москвой, не сумев причинить тебе максимального урона, который вполне мог быть в данной ситуации.

Реальные обстоятельства дела

Не смотря на то, что я выиграл суд по выселению меня из нашей квартиры. Вселиться туда я по прежнему не мог. Лариса напрочь отказывалась отдать мне мои ключи. Во-первых, она в этом случае не могла вернуть в дом вещи, подлежащие разделу, которые она ранее спрятала у своих родственников и знакомых. Во-вторых, она не смирилась с тем, что по закону у меня точно такие же права на нашу квартиру, как и у нее.

В результате мне пришлось подать в суд на вселение.

Я выиграл и этот процесс. Ее обращение в кассационные инстанции, включая обращение в Европейский суд, ни к чему не привели. Суд выписал даже предписание для приставов с требованием вселить меня по месту прописки. Однако суд не установил процедуру, согласно которой мы бы могли разделить данное место проживания. Кроме того, я не без основания опасался, что если я вселюсь, то Лариса сфабрикует, пользуясь ситуацией, еще одно уголовное дело. Легкость, с которой у нее получилась фабрикация предыдущих трех уголовных дел, меня также настораживала.