Чтение онлайн

– Они убили ее, чтобы добраться до Максима, – тихо говорит Ульяна. – И теперь Катя следующая.

– Кто вы? – требовательно спрашивает Катя, обращаясь к Ульяне.

– Друг твоего отца, – отвечает та после паузы. – Катя, у нас мало времени. Нам нужно уезжать. Сейчас же.

– А папа? Где он?

Я смотрю в глаза этой девочки, которая так похожа на Максима, и не знаю, что сказать. Как объяснить ей, что её отец одновременно и жертва, и преступник? Что он бросил её в детском доме, но потом вдруг решил спасти?

– Твой папа... – начинаю я, – он сейчас не может быть с нами. Но он хочет, чтобы ты была в безопасности.

– Вы разводитесь, да? – спрашивает Катя прямо. – Он мне и об этом рассказал.

– Да, – отвечаю я честно. – Но сейчас это неважно. Важно то, что нам всем нужно уехать отсюда.

Катя долго смотрит на меня, затем кивает.

– Мои вещи уже собраны, – говорит она. – Я ждала.

Она выходит и через минуту возвращается с небольшим рюкзаком. Так мало вещей для целой жизни.

– Я готова, – говорит она.

Антон выглядывает в окно и резко отшатывается.

– У главного входа машина, – говорит он напряженно. – Черный джип.

– Максим? – выдыхает Ульяна.

– Нет, – Антон качает головой. – Его люди. Нам нужно уходить через черный ход.

Мы быстро выходим из комнаты. Антон идет впереди, затем Катя, мы с Ульяной замыкаем шествие. Проходим через столовую, кухню, выходим во внутренний двор.

– Стоять! – раздается окрик сзади.

Оборачиваюсь и вижу двух мужчин в черных костюмах. Один из них держит руку под пиджаком… там явно оружие.

– Бегите! – кричит Антон и бросается на мужчин.

Мы с Ульяной хватаем Катю за руки и бежим к воротам. Сзади слышны звуки борьбы, затем глухой удар. Оборачиваюсь и вижу, как Антон падает на землю.

– Антон! – кричит Ульяна.

– Бегите! – хрипит он, пытаясь подняться. – Я задержу их!

Мы выбегаем за ворота и видим машину Антона. Ключи у Ульяны. Она быстро открывает двери, мы запрыгиваем внутрь. Ульяна заводит мотор и выжимает газ.

Машина срывается с места, оставляя за собой облако пыли. В зеркало заднего вида я вижу, как из ворот детского дома выбегают преследователи. Они что-то кричат, один достает пистолет.

– Пригнитесь! – кричу я, толкая Катю вниз.

Раздается выстрел, но мы уже далеко. Ульяна ведет машину на предельной скорости, умело маневрируя в потоке транспорта.

– Куда теперь? – спрашивает она напряженно.

Я достаю телефон, включаю его и набираю номер своего адвоката. Быстро объясняю ситуацию, говорю о флешке с доказательствами.

– Мы едем в прокуратуру, – говорю я. – Прямо сейчас.

Ульяна кивает и поворачивает в сторону центра города.

– А что будет с Антоном? – спрашивает Катя тихо.

Мы молчим. Я не знаю, что ответить этой девочке, которая за один день потеряла последнюю надежду на нормальную жизнь.

– Антон сильный, – наконец говорит Ульяна. – Он справится.

Но в её голосе нет уверенности. Мы все понимаем, что, скорее всего, больше никогда не увидим Антона.

Катя смотрит в окно, и на ее лице застывает странное выражение – смесь детской растерянности и недетской решимости.

– Папа говорил, что всё наладится, – произносит она тихо. – Что скоро мы будем вместе.

Я смотрю на нее и чувствую, как сердце сжимается от боли. Максим лгал даже собственной дочери. Или... или в его словах была доля правды? Может быть, он действительно хотел спасти Катю? Забрать её с собой в Швейцарию?

– Мы разберемся со всем этим, – говорю я, сжимая руку девочки. – Обещаю.

И в этот момент я понимаю, что действительно готова сделать всё, чтобы защитить эту девочку. Дочь человека, который предал меня. Потому что она не виновата в грехах своего отца. И потому что сейчас у нее никого, кроме нас, не осталось.

Машина мчится к центру города, а в голове у меня крутится только одна мысль: “Пожалуйста, пусть мы успеем. Пожалуйста, пусть все закончится хорошо.”

Но глубоко внутри я понимаю, что наши испытания только начинаются.

Дорога в центр города кажется бесконечной. Ульяна ведет машину на предельной скорости, постоянно проверяя зеркало заднего вида. Пока нет признаков преследования, но мы все понимаем… это лишь вопрос времени.

– Сверни на параллельную улицу, – говорю я, вглядываясь в карту на телефоне. – Если поедем по главной, нас быстрее найдут.

Ульяна кивает и резко поворачивает руль. Машина ныряет в узкий переулок между старыми домами.

– Вы уверены, что прокуратура – лучший вариант? – спрашивает она, не отрывая взгляда от дороги. – Что если и там есть люди Максима?

Вопрос заставляет меня похолодеть. После всего, что мы узнали о сети Максима, его связях и возможностях, я уже ни в ком не уверена.

– У меня нет выбора, – отвечаю я. – Мой адвокат обещал встретить нас там с надежным человеком из антикоррупционного отдела. Это наш единственный шанс.

Катя сидит молча, обхватив рюкзак руками. Её лицо бледное, но спокойное… слишком спокойное для шестнадцатилетней девочки, оказавшейся в эпицентре криминальной драмы.

– Ты в порядке? – спрашиваю я, поворачиваясь к ней.

Она поднимает на меня глаза – глаза Максима, тёмные, глубокие, с каким-то затаённым знанием.

– Папа говорил, что это может случиться, – произносит она тихо. – Что однажды придётся бежать. Он готовил меня.

Эти слова ошеломляют меня. Максим готовил дочь к побегу? Когда? Как давно он планировал всё это?

– Что ещё он тебе говорил? – осторожно спрашиваю я.

Катя колеблется, бросает взгляд на Ульяну, затем снова на меня.

– Что если с ним что-то случится, я должна найти тебя, – говорит она наконец. – Что ты единственная, кому он может доверять.

Я чувствую, как земля уходит из-под ног. Максим говорил дочери, что доверяет мне? Тот самый Максим, который изменял мне, лгал, планировал бросить?