Чтение онлайн

За дверью родители.

Взволнованные и чуть раскрасневшиеся. Мама выглядит так, будто только что бежала марафон, а у папы выражение лица, которого я никогда прежде не видела - его обычные решимость и воля, но с примесью страха.

– Алина!
– мама бросается ко мне и обнимает, словно стремясь убедиться, что со мной всё в порядке.

Как в детстве, когда я падала с горки или с велосипеда - тогда они смотрели на меня точно так же.

Ощущаю её дрожь, и это меня это отрезвляет - мое бегство было чуточку безответственным. Но мне нужно было остаться одной и пережевать внутри все случившееся.

– Мы так волновались!

Папа тоже порывисто обнимает меня, буквально выдирая из маминых рук, а, отстранившись, придирчиво осматривает, отодвигает нижнее веко и переворачивает запястья, как будто проверяет, не сделала ли я с собой что-нибудь.

Так вот что они подумали! И вот почему такие испуганные.

– Пап, ты чего!
– протестую возмущенно, хоть и слабо.
– Как ты мог такое подумать?

– А что я должен был думать?
– ворчит, но заметно, что он испытывает облегчение.

– Ну точно не это! Я же твоя дочь, а значит, образец благоразумия.

Он невольно хмыкает - ему приятны мои слова.

– Простите, что сбежала вот так. Я просто не могла там оставаться, в том ужасе. Все эти взгляды, перешептывания, эта женщина, Иван… - я ежусь от одних воспоминаний.
– Но я в порядке и никаких суицидальных мыслей у меня нет, - пытаюсь успокоить их, и я действительно, в норме.

Почти.

– Это был кошмар наяву, - соглашается мама, снова обнимая меня.
– Бедная моя девочка. Не представляю, что ты чувствуешь.

– Вряд ли вы чувствуете что-то сильно другое, - пытаюсь улыбнуться.

Эта гадкая сцена у алтаря была шоком для всех, кто там был.

Родители обмениваются взглядами. Мама берет меня за руку и ведет обратно к дивану. Садится рядом и притягивает мою голову к своей груди, оберегая и утешая. И в этот жесте столько любви, что у меня в горле снова образовывается комок. И становится не так важно, как я чувствую себя сейчас, важно, что они рядом, что они готовы выслушать меня, поддержать, и, если понадобится, защитить и порвать за меня всех. В такие моменты семья - это единственное, что действительно имеет значение.

И сегодня моя семья могла - должна была - пополниться на еще одного человека, ставшего любимым и близким. Но…

Зажмуриваюсь, не позволяя себе вернуться в тот кошмар даже мысленно.

– Что ты теперь будешь делать, дочка?
– спрашивает меня мама полным заботы голосом.

Приподняв плечи, качаю головой - я не знаю, что ответить, не знаю, что делать. В голове всё смешалось, и даже мысль о том, что меня ждет уже завтра, пугает.

Нужно встречаться с Иваном, говорить с ним. Смотреть ему в глаза, слушать оправдания и думать, лжет он или нет. Так хочется верить, что нет. Верить, что Иван не предавал меня, что все это какое-то жуткое недоразумение, что все еще можно исправить.

Но потом я вспоминаю его лицо, и надежды лопаются.

Я бы ни за что не поверила этой Ларисе, и я не верила ее словам, когда она нападала на Ивана с обвинениями, но я поверила тому, как он вел себя, увидев ее - он испугался! Он был так испуган, что его буквально парализовало с первой секунды, как она появилась на поляне. Он не дышал, не моргал - окаменел, - лишь таращил глаза, не зная, что сказать.

Будь все, что она говорила, ложью, он бы не стоял истуканом, не смотрел молча, как она все рушит, позорит при всех его и меня, а возразил бы, заткнул ей рот, прогнал прочь.

Он это сделал, да, но уже потом, когда было уже поздно - своей реакцией он выдал себя. И я не могла это игнорировать.

Маска животного ужаса на его лице до сих пор у меня перед глазами. Это было лицо человека, которого поймали на месте преступления с поличным.

– Ничего не надо делать, - отвечает за меня папа, его голос звучит уверенно и категорично.
– Просто выгоню этого пса шелудивого и все. Уволю его из фирмы, отниму все, что дал, и сделаю так, чтобы он никогда больше не нашел работу в нашем бизнесе. Ни здесь, ни где в мире! Пусть осваивает другую профессию и ищут других доверчивых дураков!

– Не руби с плеча, Марат, - снова осаживает его пыл мама.
– Сначала надо разобраться. Может, эта Лариса солгала, и ребенок вовсе не от Ивана.

– Да говорил я с ним! И с этой… Ларисой, - после недолгого молчания произносит папа, и я поднимаю голову, как и робкая надежда во мне.

– И?
– приходится подтолкнуть его, потому что он вновь замолкает.

– Мутная история, - хмурится папа.
– Он, конечно, утверждает, что это все бред, что ребенок не его. Готов клясться чем угодно, что он не виновен. И кажется искренним. Уж я на него давил, будь здоров.

Мы с мамой киваем - представляем себе.

– А Лариса верещит, что это он лжец, и что она готова сделать любой анализ на отцовство, и тоже при этом выглядит очень уверенной в том, что говорит. Честно, дочь, я не знаю, кому из них верить.

Опускаю голову - вот и я.

– Его мать что-то невразумительно мямлит, сестра, вообще, загадочно ухмыляется, как будто радуясь скандалу. Даже захотелось ей по заднице надавать - отвратительная девица.

– Нет, она нормальная, просто возраст переходный, - заступаюсь я за Ингу.
– Но в любом случае мне придется поговорить с Иваном, папа.

– Да о чем с ним говорить? Он влез к нам в доверие. Он почти влез в мою семью! А сам…

– Мы пока ничего толком не знаем, - неожиданно защищаю его я.

И это парадоксально - сама я, головой, понимаю, что всё говорит за то, что Иван - предатель, но сердце не хочет мириться с этим.

И хоть я сбежала со свадьбы, отменив ее, внутри меня тлеет надежда, что все как-то разрешится.

Я выслушаю его, я проверю все факты, и, если он не врет, мы попробуем снова. Если же он предал меня, я не стану его жалеть.

– Мне и знать ничего не надо! Как хорошо, что вы не успели расписаться, - продолжает папа излишне эмоционально.
– Вовремя эта девица появилась. Теперь проблем меньше.

Я смотрю на него, а потом опускаю голову, только сейчас осознав, что натворила.

– На самом деле… - шепчу еле слышно.
– Мы успели.

Они оба одновременно выкрикивают:

– Что?!

– Как расписались?
– распаляется папа - он у нас темпераментом не обделен.
– Нет же. Вы не ставили подписи в книге записи, значит, вы не женаты.