Чтение онлайн

В настоящее время Джек Смит как бы сам себе выбирает, каким расследованием он будет непосредственно заниматься. При этом он категорически отказывается переходить на работу в центральный офис ЦРУ, там возглавить отдел полевой разведки. Что меня в этом американском бойце незримого фронта напрягало, так это было то, что в Управлении Джек, по информации добытой Линдой, считался большим специалистом по российским делам, к тому же он частенько посещал Москву. Да и только что ко мне Джек Смит обратился, как полковнику Валери Варньей. Могу вам сказать, что только очень немногие люди в Америке меня знали под этим именем. Мне действительно пришлось послужить в американских вооруженных силах и дослужиться до полковника. Но повторяю, после Карла Донована, полковник Джон Варньей было моим вторым истинным именем, но я им так, чтобы особенно часто, не пользовался.

Этим своим обращением ко мне, как к полковнику Варньей, Джек Смит что-то мне захотел сообщить. Видимо, то, что и ЦРУ меня начало разрабатывать по своим собственным каналам. В этом случае Джек Смит далеко не случайно появляется рядом со мной.

Все часы нашего перелета в Финляндию Джек пил виски и травил, ни на секунду не прерываясь, анекдоты. Он так мне и не позволил из-за этих старых и бородатых анекдотов хотя бы на пару часов прикорнуть в небольшой спаленке. В Хельсинки пилоты самолета продемонстрировали классную посадку. Вместо того, чтобы кружить в небе, дожидаясь своей очереди и вырабатывая остаток самолетного керосина, они перед самым носом толстого и неповоротливого Боинга 747 совершили посадку на взлетно-посадочную полосу хельсинского аэропорта Варнаа.

Все-таки хорошо быть американцем в этом нашем современном мире, тебя, как американца, повсюду боятся и уважают. Ведь, других пилотов, с подобной наглостью совершивших посадку в аэропорту финны, наверняка, арестовали бы и судили за нарушение правил безопасности при посадке самолетов. С парнями же моего Бомбардье они отделались одним лишь только строгим внушением. Мол, парни так себя не стоит вести, сажая самолет в аэропорту, столь перегруженном прилетами и вылетами других самолетов.

Заказанный мною джип Форд Маверик агентство Герц подогнало к самому трапу Бомбардье. Прежде чем сесть в автомобиль и отправиться на озеро, мне оставалось только понаблюдать за тем, как финские грузчики из багажных отсеков самолета груз перегружали в небольшой финский грузовичок, китайского производства. Я не знал, как в Финляндии дела обстоят с продуктами и выпивкой, поэтому в Штатах я на всякий случай подкупил немного и того, и другого, чтобы не знать проблем, проводя время на берегу озера. Кстати, вдруг выяснилось, что озеро Инари находится в четырех часах езды от Хельсинки, а я-то надеялся по-быстрому добраться до своей рыбацкой хижины, принять душ и хорошенько отоспаться после бессонного перелета в Северную Европу.

Увидев кислую мину на моем лице, и мгновенно догадавшись о причине кислой мине, появившейся на моем лице, Джек весело, чисто по-американски демонстрируя все зубы, рассмеялся и сказал:

– Полковник, не огорчайся по таким пустякам. Я сяду за руль джипа и мигом тебя докачу до дверей твоего дворца на берегу Инари. Мне частенько приходилось бывать в Финляндии, много поездить по этой стране. Да и к тому же на всякий случай я к ветровому стеклу твоего джипа прикреплю вот эту штуковину. – Джек из бездонных карманов своего дорожного плаща достал цереушный навигатор и нагло, прямо на моих глазах его прикрепил к стеклу. – В случае чего он нам поможет без проблем добраться до озера Инари.

С этой минуты все мои передвижения контролировались техническими службами ЦРУ, мне же было попросту нечего возразить этому американскому простаку и спецагенту Джеку Смиту. Но, как оказалось, и на старуху бывает проруха, Джек все-таки заблудился по дороге к Инари, он где-то по совету навигатора взял не тот поворот, в результате, мы оказались где-то в Финляндии. Дорога, по которой мы поехали к озеру, почему-то оказалась совершенной безлюдной и без каких-либо дорожных указателей. Во все это мне было очень трудно поверить, я с заднего сиденья джипа у Джека сонно поинтересовался:

– Джек, ты, куда меня завез? В Россию что ли мы с тобой заблудились? Ведь только в этой стране можно найти много безлюдных дорог и без дорожных указателей!

Господин Смит не стал отвечать на мой несколько провокационный вопрос. Тем не менее была задета его американская гордость, он сердито и опять-таки из карманов своего дорожного плаща достал большой спутниковый телефон и минут пять по нему с кем-то ругался, требуя подсветить дорогу к озеру Инари. Словом, через четыре часа мы оказались в небольшой и очень аккуратной финской деревне, расположенной на берегу самого красивого в мире финского озера Инари!

Мой домик, рыбацкая хижина, на деле оказался небольшим, но всего лишь двухэтажным, весьма комфортабельным коттеджем с тремя спальнями. В нем имелось все необходимое для проживания большой рыбацкой семьи. Коттедж имел собственное водоснабжение с горячей и холодной водой, две джакузи и по душу в каждой спальне. Большая кухня со множеством холодильных камер для хранения выпивки и продуктов. Она располагалась впритык со столовой с огромным столом на двенадцать персон.

В мое отсутствие за коттеджем присматривала одна пожилая финская пара, проживавшая в деревне. Их дети повзрослели и разъехались по городам, муж и жена остались без работы в своей деревне. От скуки сельской жизни и ради подработки к пенсии они у меня работали как бы хранителями моего коттеджа, в течение года за ним присматривали.

Глава этого финского семейства старый финн меня с Джеком встретил на крыльце перед входом в коттедж, он радостно нас поприветствовал на ломаном английском языке. А затем долго и путанно рассказывал о том, что дом был заранее и хорошо протоплен, что в нем все прибрано, что закуплены все необходимые продукты, а также вина, соки и минеральная вода для бара. Из его слов можно было бы понять, что я и оба моих гостя, наступающий уикенд проведем в самом настоящем финском раю! Я стоял и слушал все то, что мне рассказывал этот добропорядочный, седовласый финн. В тот момент в моей голове крутился-вертелся всего лишь один небольшой вопросик, кому это понадобилось эту мою рыбацкую хижину нашпиговать микрофонами для прослушивания, миниатюрными видеокамерами для онлайнового просмотра. Кто это такой, кто заинтересовался тем, чем я буду заниматься вместе со своими гостями?!

Но этому добропорядочному финну я не стал задавать подобного глупого вопроса! Да и к чему было бы его задавать, этот финн был далек от мировой политики, вряд ли он знал, кому это могло бы потребоваться за нами подсматривать! Еще на подлете к Хельсинки, получив от Линды эту информацию, я ее попросил найти среди финнов технических специалистов и пусть они по-грубому уберут всю эту подсматривающую и подглядывающую технику. Сегодня утром, пока мы с Джеком как бы случайно блуждали по дороге к Инари, эти специалисты провели зачистку моей хижины, они убрали все микрофоны и видеокамеры.

Примерно через два часа после прибытия на место мы с Джеком расположились на открытой веранде коттеджа, чтобы попить чая, насладиться окружающей и девственной природой, заодно мы обговорили условия нашего сотрудничества. С Джеком я договорился очень быстро, в течение двух недель он поработает на меня, после должен будет возвратиться к исполнению своих обязанностей в Управление. Почему-то во мне в тот момент показалось, что Джек, вернувшись на свою работу, тут же примется копать под меня. С тем, чтобы этого избежать, я его спросил:

– Мистер Смит, как вы отнесетесь к тому, если для вас я в своей корпорации найду хорошо оплачиваемую, постоянную работу?!

– Я подумаю над вашим предложением, Валери! – По-простому Джек мне ответил, в его устах этот туманный ответ прозвучал, как своего рода согласие.

На веранде мы пили вишневый чай и высматривали, что творится на берегу озера. Помимо совпавших вкусов по чаю, у нас обоих оказалось многого еще общего. Видимо, в этом сыграло наша общая любовь к своей профессии – разведчика или шпиона, называйте нас, как пожелаете. Ведь, особой разницы в этих словах не было. Для одной страны, обычно где ты родился, ты – славный разведчик, для другой страны, обычно в которой временно проживаешь, ты уже шпион! Чтобы сохранить свое инкогнито, мне пришлось дважды гореть и умирать на пожарах. Несколько раз делать пластическую операцию лица, теперь порой, смотрясь в зеркало, я сам себе не узнаю после всех этих операций. Но, изменяя черты лица, я, по-прежнему оставаясь опытным шпионом-разведчиком, желающего служить отечеству, но не прислуживать генералам и отдельным лицам в правительстве. Примерно та же картина наблюдалась и с Джеком Смитом, правда, только за одним исключением. Он был настоящим американцем, а не, как я, …, но я ему совершенно не завидовал!