Чтение онлайн

Своих новоиспеченных друзей я встретил объятиями на выходе из полицейского околотка. При этом очень удивился тому, что и Гриша, и Джек выглядели людьми чрезвычайно довольными самими собой.

– Валери, ты себе и представить не можешь, какое удовольствие мы с Гришей получили, пока нас держали в полицейском обезьяннике! Мне порой приходилось ночь другую проводить за решеткой на американских участках, но это земля и небо, если сравнивать с тем, что мы испытали и прочувствовали здесь в Финляндии в финском обезьяннике! Мы действительно время провели в настоящем финском раю! Нас вовремя кормили, вовремя водили в туалет, и постоянно извинялись за предоставляемые неудобства и беспокойства!

Застенчивый Гриша после почти суточного пребывания в полицейском застенке тоже выглядел вполне довольным человеком. Он даже попытался рот раскрыть, чтобы со мной поделиться своими впечатлениями о пребывании в финской кутузке, но я не дал ему этого сделать. Мне вполне хватило высказывания Джека, чтобы понять, что они оба кадровых офицеров разведки Израиля и США были попросту счастливы, побывав под полицейским арестом. Перехватывая инициативу в свои руки, я своим друзьям предложил:

– Почему бы нам не продолжить делиться со мной своими впечатлениями о пребывании в полицейском околотке за столом! Обед у нас не состоялся, так, может быть, мы вместе хотя бы поужинаем!

– В принципе, нас неплохо и в полицейском участке покормили! – Задумчиво произнес Джек Смит. – Хотя в Финляндии и нет «сухого закона», но полицейские почему-то нам категорически отказали купить выпивку на наши же деньги! Может быть, по дороге в твою хижину, Валери, мы заехали бы в местный бар?! Там мы могли бы немного оттянуться и выпить виски! А потом мы могли бы вернуться в твою хижину и там поужинать моей рыбкой!

Что касается рыбки, то Джек был прав, то жена моего финского сторожа ее поджарил на сковородке в сметане. Нам оставалось ее только хорошенько разогреть в СВЧ и подавать к столу. Что касается бара, то для моих друзей, как показала сегодняшняя прогулка по озеру, его посещение могло бы для нас стать новой серьезной проблемой. К нему нам нельзя было бы подходить спонтанно, нужно было бы заранее подготовиться и многое заранее предусмотреть!

По совету Линды, все это время она со мной была на связи, я обоих искателей приключений по дороге домой завез в один деревенский ресторан с баром. Этот ресторан имел всего лишь два стола на восемь посетителей, а также очень небольшую барную стойку, за ней могли бы одновременно сидеть максимум три человека. Одним словом, после пары бокалов виски, стоимость которых зашкаливала. Она была сопоставима со стоимостью бутылки хорошего шотландского виски в Лондоне. Узнав цены на выпивку в этом баре, Гриша и Джек тут же начали собираться домой. Как они мне объяснили свое желание, сказав, что очень проголодались и им захотелось поесть жареной в сметане озерной рыбки!

4

Разговор с Гришей я начал еще во время раннего воскресного завтрака, начавшегося в районе одиннадцати часов утра. Вчера ребята немного переволновались, гоняясь друг за другом на скутерах по озеру и распугивая местных финнов. Но они все же умудрились так рано проснуться, когда они чинно расселись за столом для завтрака, то я у них как бы мимоходом поинтересовался

– Доброе утро, парни! Как вы себя чувствуется в этой благословенной финской глуши?! –

Бравурным голосом массовика-затейника я произнес, приглядываясь только к Грише. Что-то он в тот момент выглядел и себя повел несколько странновато. Мне долго не удавалось определить цвет его лица, он был где-то посредине между зеленым и серым! Да и к тому же этим утром Гриша был слишком уж говорливым. Как только он переступил порог столовой, то сразу же заговорил. Болтал своим язык обо всем на свете, не позволяя ни мне, ни Джеку и слова вставить в свою болтовню. Хотя, насколько я был информирован, Гриша по своей натуре слыл великим молчуном. Он любил слушать людей и только в очень редких случаях отвечать на их вопросы.

Джек в ответ на это поведение своего израильского друга смертельно обиделся, он съел своего жареного голавля и демонстративно покинул столовую. Вместе со своим омлетом с ветчиной и с кетчупом он отправился в беседку, Воспользовавшись возникшей паузой, Гриша на секунду замолчал, видимо, удивился тому, почему на него Джек обиделся, я у него поинтересовался его здоровьем. Немного подумав, Гриша мне ответил:

– Ты понимаешь, Иван! В компании с тобой и с Джеком я стал совершенно другим человеком! Как будто бы вы оба во мне что-то подменили, мне так и хочется поговорить, высказать вам свое мнение по любому вопросу! Многие годы из-за своей работы я должен был молчать, слушать все то, что мой босс мне говорил. И обязан был поступать только таким образом, как он этого требовал!

– Краем уха я слышал, что он, переехав в Москву, занялся созданием федерального телевизионного канала! – Осторожно я поинтересовался у Гриши, совершенно не желая его выбить из этой колеи разговорчивости.

– Да, это так, но в тот момент я с ним уже не работал! Он оставил меня в Тбилиси завершать его дела по ЦК компартии! Одновременно мне пришлось заниматься и своими делами.

– То, что у него, у твоего босса, секретаря ЦК, для завершения оставались какие-то дела, это я хорошо понимаю! Но мне не совсем понятно, какие ты, Гриша, свои дела завершал в Тбилиси?!

– В тот момент мне поступили два предложения! Вот я и размышлял, какое из них принять, а какое – отвергнуть!

– Одно предложение ты получил от израильской службы госбезопасности Шабак! Но от какой организации ты получил свое второе предложение?! Неужто …

– Да, ты, Иван, прав! Второе предложение мне поступило от КГБ!

– По здравому размышлению, тебе следовало бы согласиться на эти оба предложения!

– Я так и сделал! Принял оба предложения! Но мне, видимо, по жизни не везло! С большим трудом и с помощью бывшего босса мне удалось вместе с семьей переехать в Москву, там получить квартиру! Босс мне в этом деле очень сильно помог! Опять-таки с большим трудом я устроился на работу! А дальше началась серость советских будней, когда тебе зарплаты постоянно не хватало! Повсюду очереди, продуктов нет! Одни от меня требуют подробно писать о том, что у нас в стране творится, другие – ищи и докладывай о зачинщиках творимых беспорядков! Сначала я, словно репортер-собачонка, носился по улицам Москвы, чтобы своим глазами увидеть и донести обо всем том, что увидел! Но потом я, видимо, повзрослел, начал читать газеты и уже отписывался всем тем, что в них вычитал! В любом случае и те, и другие мне в те времена платили настоящие гроши! На эти гроши было после Тбилиси трудно выжить!

– Насколько я помню, однажды мы с тобой столкнулись в Газпроме! Ты мне тогда сказал, что теперь ты там начал работать!

– Да, и такое случалось в моей нелегкой жизни! Одна из организаций, которую я снабжал бесплатной информацией, меня попросила перейти на работу в Газпром! Там я проработал год или два, но у меня заболела жена и я был вынужден вместе с ней уехать в Израиль! Через пять лет жена умерла от рака груди …

– А ты окончил соответствующие курсы и стал кадровым сотрудником Шабак!

– Иван, ты многое знаешь обо мне! Но о курсах и об этой организации ты не должен был бы знать!

– Эту информации полковник Варньей почерпнул из архивов центрального аппарата ЦРУ! – Тут из-за моей спины послышался голос Джека Смита.

Этот обидчивый, но чрезвычайно пронырливый американец вернулся, решив, свою лепту внести в мой разговор-вербовку Гриши. Он снова вернулся в столовую и уселся рядом с нами. Видимо, его, как и меня, Гриша, полурусский грузин с израильским паспортом, тоже очень интересовал.

– Я и понятия не имел, что Ваня – это полковник Варньей! – Гриша как-то странно смутился.

Мне даже показалось, что этого смущение было каким-то наигранным, неестественным. Из чего можно было бы прийти к выводу о том, что Гриша прекрасно знал о том, кем я являюсь на деле! Не могу сказать, что этот факт меня обрадовал или очень понравился! Но я решил, как ни в чем не бывало, продолжить свою беседу-допрос с вербовкой с Гришей.

– Гриша, я не могу понять ты стал или не стал кадровым сотрудником Шабак?!