Чтение онлайн

— Ну что вы опять говорите? — Реболаров в сердцах поставил фужер на стол. — Я хочу, что бы вы вместе со мной изучили рукопись, и если она действительно может подарить людям счастье, я хочу, что бы именно вы об этом сообщили миру. — он посмотрел на Элеонору, затем перевёл взгляд на Илью, — Вы тот, кому верит народ, тот, чей голос долгое время звучал как голос истины. Ведь вас любят и вам доверяют.

Илаев продолжал быстро и часто моргать.

— Илья Дмитриевич, а вы хотели бы, что бы это сделал Бештеров?

Нервное моргание моментально прекратилось. Илья даже вздрогнул, от такого резкого перехода темы. Он и сам хотел, поинтересоваться у Реболарова, кто такой Бештеров и какие у него с Реболаровым отношения, но, ни как не ожидал, что первым об этом заговорит именно олигарх.

— Что вы так разнервничались, Илья Дмитриевич. Я не сижу на месте и провожу собственное расследование. Смею вас уверить, мне доподлинно известно, кто стоит за всеми смертями, и кто устраивает, такую грандиозную фальсификацию.

Реболаров указал пальцем на Илаева и неожиданно грозно произнёс.

— А вам, я бы посоветовал, больше не скрывать от меня ваши сыскные неудачи. И коль мы вместе занимаемся поисками, то стоило, хотя бы ставить меня перед фактом, ваших деяний. Речь идёт о человеческих жизнях, и никто не давал вам права подвергать смертельной опасности людей, только из-за того, что вы не доверяете мне.

Реболаров сжал руку в кулак, который опустил на стол с такой силой, что посуда разом подпрыгнула, а затем замерла в ожидании гнева хозяина.

Элеонора сидела, затаив дыхание. Она знала, что злить олигарха, затея не из лучших, а теперь она видела, что Реболаров зол.

— Дело в том…. — начал, было, Илья объяснения, но Реболаров прервал его.

— Дело в том, что вы заигрались, Илья Дмитриевич. Мне очень непонятно, чем я заслужил подобное недоверие. И если я не посвящал вас в кое, какие детали поисков, это вовсе не значит, что я водил вас за нос. Это тем более не означает, что я вам не доверю. Я хотел сохранить вам жизнь, а вы поставили под угрозу, не только собственную безопасность, но и безопасность людей, которые не должны были пострадать, а тем более расстаться с жизнью.

Олигарх опустил голову, и закрыл лицо рукой. Тишина длилась несколько минут.

Элеонора непонимающе смотрела, то на Илью, который бледнел прямо у неё на глазах, то на Реболарова, который так и сидел, уткнувшись в собственную ладонь.

Илья был бледен, на лбу выступили капельки пота. Жестокие слова Реболарова, как ни печально, казались ему правдой. Илья вспомнил Марину, которая была так молода, для того, что бы умереть, он так же реально осознал опасность, которая нависла над Хроновым.

— Неужели я действительно такой кретин, — думал про себя Илья, — Неужели я своими действиями подтолкнул одного человека в могилу, а второго поставил на её край.

В голове его промелькнули лица Симиниди, Синеева, Марины Андреевой.

— Боже мой! — простонал Илья.

Реболаров молча встал, подошёл к Илье и, положив ему руку на плечо, тихо и мягко сказал.

— Извините меня, Илья Дмитриевич, я не должен был так говорить. Я понимаю, что вы делали всё для того, что бы узнать правду. Вы ни в чём не виноваты. Просто человек, который не желает, огласки, этого вопроса, не остановиться ни перед чем. К сожалению, человеческие жизни всегда становились той жертвой, которую необходимо принести ради истины. Не мы с вами придумали этот мир, но мы можем его изменить.

Неожиданно Илья почувствовал, как в его душе закипает гнев. Бессилие улетучивалось, а вместо него зарождалась уверенность в том, что он действительно должен сделать то, что говорит Реболаров, он действительно должен помочь людям освободиться от ошибок, которые они совершают в процессе своей недолгой жизни, и которые словно яд отравляют существование человечества.

Илья злился на себя, за годы бездействия, за то, что занимался собой, не обращая внимания на жизнь окружающих. Он злился на людей, за их несовершенство, которое приносит столько боли и страдания, за нежелание чего-то менять, руководствуясь принципами невмешательства и попустительства. Теперь он твёрдо решил, что если от него действительно зависти благополучие общества, то он не имеет права больше обходить стороной проблемы и спокойно отмалчиваться.

— Я готов сделать то, о чём вы говорите. — сжав зубы, проскрежетал он, — Я готов.

Реболаров похлопал его по плечу.

— Я и не ожидал иного. Спасибо. — он повернулся к Элеоноре. — Вас, вероятно, утомили эти неприятные разговоры. Не хотите посмотреть коллекцию картин, в моей галерее, а мы с Ильёй Дмитриевичем пройдёмся по воздуху, а то он несколько разволновался.

В комнате появился тот самый молодой человек, который так любезно встретил Элеонору и Илью перед домом.

— Анатолий. — обратился к нему олигарх, — Покажите, госпоже Ван Голланд галерею.

Анатолий, выпрямился как заправский вояка, если бы на его голове была фуражка, то он наверняка отдал бы честь.

— Разрешите проводить вас, госпожа Ван Голланд?

Элеонора непонимающим взглядом уставилась на олигарха, который утвердительно кивнул, указывая на то, что ей лучше посмотреть галерею.

Илья шёл по аллее, небольшого парка, устроенного олигархом в своих владениях. Реболаров шёл рядом. Свет от фонарей окрашивал шелестящую, на лёгком ветерке листву деревьев в серебристый цвет. Вечерний воздух был, как никогда свеж и наполнен ароматами цветов. На тёмнеющем небе, появилась луна, и несмело зажигались первые смелые звёздочки.

— Посмотрите, как прекрасна природа. — Реболаров обвёл рукой вокруг. — Я люблю вечером прогуляться по парку, меня это успокаивает. Именно здесь я впервые ощутил, несовершенство и никчемность моих устремлений. Зачем мы спешим, куда несёмся, почему не обращаем внимания на красоту окружающего нас мира? Ведь природа подарила нам всё, что нужно человеку для счастья. Но мы никак не хотим замечать этого. И однажды я осознал, что для того, что бы увидеть красоту вокруг нас, стоит только остановиться и никуда не бежать, и тогда мы поймём, что нет ничего лучше умиротворённости, покоя и гармонии.

Реболаров мечтательно смотрел по сторонам, теребя рукой листву на кустах.

Илья был настроен менее романтично. И хотя свежий воздух несколько охладил вспыхнувшие в нём эмоции, он всё же не мог наслаждаться природой и прибывать в состоянии равновесия.

— Расскажите мне про Бештерова. — попросил он олигарха.

Реболаров на мгновение задумался, словно восстанавливая в памяти, волнующие его события.

— Мы довольно давно знакомы с Михаилом. — неспешно начал он свой рассказ, — Когда-то мы даже были добрыми друзьями. В то время я только начинал свой путь в бизнесе, а Михаил относился к тем, кто стоял на страже родины. Он служил в комитете государственной безопасности, и на момент нашего знакомства был в звании майора, на должности заместителя начальника отдела. Название этого отдела было негромким — отдел контроля информации, а деятельность довольно обширная. Этот отдел контролировал всю информацию, которую доносили до граждан страны. Никакие данные, не могли покинуть источник, без одобрения этого отдела, ни одно открытие и изобретение, ни одна книга, ни одно музыкальное произведение, ни одна картина, одним словом, все, что нам нужно знать, решали, сотрудники этого одела. В то время идеология была на высоте, и работа по поддержанию этой идеологии проводилась не шуточная. Михаил и его подчинённые курировали ту часть отдела, которая занималась фильтрацией данных истории.