Предназначенная невеста
Шрифт:
Зара берет пачку туалетной бумаги, промокает ее насухо, затем аккуратно покрывает ее мазью. Она плотно оборачивает ее новой пленкой. Затем она хватает мою руку и целует мои костяшки пальцев.
— Вот так. Гораздо лучше.
Тепло наполняет мою грудь. Я смотрю на неё.
Она нервно спрашивает:
— Почему ты смотришь на меня так, будто я сделала что-то не так?
Я вдруг выпаливаю:
— Твой отец убьёт меня за то, что я не спросил его разрешения жениться на тебе.
Она кивает.
— Да. И твоя мама будет в ярости, что её не пригласили.
— Точно, — соглашаюсь я.
— Ну что ж, остаётся одно, — она включает душ.
— Что это? — спрашиваю я.
— Душ. — Она ухмыляется и входит внутрь. Она начинает закрывать дверь, но затем останавливается. Она высовывает голову. — Ты зайдешь или останешься там?
Я усмехаюсь, чувствуя как мой член твердеет.
К черту. Пара минут у нас точно есть.
— Почему бы и нет? — говорю я и захожу внутрь, прижимая ее к кафельной стене, пока она смеётся.
ГЛАВА 20
Зара
Мы выходим из душа и вытираемся. Как только я захожу в спальню, мой телефон звенит.
— Добро пожаловать в мой мир, — бормочет Шон.
Я бросаю взгляд на экран и тяжело вздыхаю. Приходит новое сообщение.
Папа: Моя прекрасная figlia (прим. пер. с итал. «дочь»). Скажи мне, что это фотошоп.
На экране появляется скриншот, на котором мы с Шоном целуемся после произнесения клятв, а его обручальное кольцо отчетливо видно.
Мое сердце уходит в пятки. Я могу только представить себе разочарование и боль, которые должны чувствовать мои родители из-за того, что мы с Шоном сделали за их спинами.
Я оставляю телефон возле кровати и возвращаюсь в ванную. Я роюсь в шкафу Шона и кричу:
— У тебя есть фен?
— Нет. Но ты ищешь это? — Он появляется, держа в руках мой фен для укладки волос с высокомерным выражением лица.
— Спасибо! — Я поднимаюсь на цыпочки и чмокаю его в губы.
Он похлопывает меня по попе.
— Собирайся быстрее. Я уверен, они скоро будут здесь.
Я закатываю глаза, но внутри всё сжимается.
— О, будет весело.
— Ага, — усмехается он и выходит из ванной.
Я подключаю фен и включаю его. Проходит всего несколько минут, как в ванную заходит Фиона.
Её зеленые глаза сверкают племенем от ярости.
Я вздрагиваю и тихо говорю:
— Привет...
— Даже не вздумай говорить мне «привет»! Как ты могла мне лгать? — обвиняет она.
Я качаю головой.
— Я не лгала. Всё не так, как ты думаешь.
— Не так? — она показывает мне экран своего телефона с той же самой фотографией, что прислал мой отец.
— Фиона, я не хотела...
— Ты не хотела что? Спать с моим братом за моей спиной и многократно врать мне? В тайне выйти за него замуж, без присутствия ни одной из наших семей? — бросает она. Слезы наполняют ее глаза. Она усиленно моргает.
Я кладу руку ей на плечо.
— Фиона...
Она отдергивает плечо назад.
— Не трогай меня сейчас, Зара.
Чувство вины съедает меня.
— Послушай, это просто...
Она наклонила голову и посмотрела на меня в замешательстве.
— Что? — нервно спрашиваю я.
Она указывает на меня.
— Почему у тебя плёнка на шее?
Вот дерьмо.
Она смотрит в зеркало, и выражение ее лица сменяется на ужас.
— Это что, кровь?
Я отхожу от зеркала.
— Послушай...
— Что это такое? — она визжит, пытаясь развернуть меня, но я отступаю назад.
— Зара, что ты с собой сделала? — в ужасе спрашивает она, сменяя гнев на беспокойство.
Шон заходит в ванную комнату.
— Я же сказал тебе прекратить врываться в мою квартиру, иначе я закрою тебе доступ. Ты должна звонить в звонок и ждать, пока я открою.
Фиона вскипает, поворачиваясь к нему и бьет его в грудь.
— Ты сейчас не имеешь права мне это говорить.
— Не приходи в мой дом и не веди себя здесь, как хозяйка, — говорит он.
Она кипит от злости.
— Не смей делать вид, что то, что вы сделали, нормально.
— Что именно мы сделали? — спрашивает он.
— Шон, не надо, — предупреждаю я, зная, что я никогда не могла вмешиваться в их ссоры.
Они уставились друг на друга с вызовом. Фиона качает головой.
— Ты отвратителен.
— Почему это?
— Ты женился на Заре.
— О, значит, Зара отвратительна? — с вызывающей ухмылкой спрашивает он, скрестив руки. — Позволю себе не согласиться. На самом деле, я нахожу Зару весьма аппетитной.
— Ты отвратителен, — сквозь зубы произносит она.
— Перестаньте, — одёргиваю их я.
Фиона замечает его руку, хватает её.
Он морщится.
— Ай!
Ее голос снова повышается.
— Что, черт возьми, это такое, Шон? Почему у тебя тоже пленка и кровь, как у Заре?
Он отдергивает руку.
— Это не твое дело.
— Нет?
— Нет, — говорит он, сжимая челюсти и глядя на неё сверху вниз.
Я пробую снова, смягчая тон.
— Фиона, давай пойдем в другую комнату, сядем и спокойно поговорим.
Она поворачивается ко мне, полная ярости.
— Ты не думаешь, что это нужно было сделать ДО того, как ты тайком вышла замуж за моего брата? И лгала всем снова и снова, включая меня?
Меня пробирает дрожь. Я ненавижу, что солгала ей, даже если это была не совсем ложь. Между Шоном и мной всегда что-то было, и она это знала. Сколько бы я ни пыталась убежать от этого, всё случилось. Так что теперь нам придется с этим разобраться.
— Пожалуйста, давай поговорим, — предлагаю я.
Шон фыркает:
— Да, и убирайся из нашей ванной.