Чтение онлайн

Харальдсон щелкнул пальцами, явно красуясь:

— Абсолютно точно. Она способна предупредить не только Виндерхольм, но и всю восточную часть Хвивальфюльке. Люди в одалах тоже должны быть предупреждены об опасности и готовы броситься на помощь.

Лив задумчиво протянула:

— Тогда как Орлам удалось пройти мимо всех поселений и добраться до ворот Виндерхольма?

Я напряглась, боясь услышать ответ. В кошмарах Оли и Рота расстались как раз возле Одинокой башни, но огни её не пылали.

— Тогда не было сигнальной башни в нижнем поселении — не успели достроить, — пояснил Сигурд. — Орлы об этом знали и решили воспользоваться шансом напасть на нас. Кроме того, неужели ты думаешь, что существует только одна дорога от Виндерхольма до сюда? Конечно, нет. Есть горные тропы, можно пройти вдоль побережья и ещё через пролесок, минуя повороты на одалы, в которые мы специально заезжали.

Лив не унималась:

— Но откуда Орлам известны наши дороги? У них было так много соглядатаев? Почему тогда никто ничего не понял, и Орлы дошли до наших ворот?

Рефил остановился и круто повернулся к Лив, произнося по слогам:

— Потому что нас предали. А тебе неплохо было бы знать историю кланов, Бьёрнсон.

Губы Лив задрожали от обиды: если её избегали и мать, и отец, так откуда же она могла знать историю становления кланов и раздела земель? Идэ не рассказывала дочерям ничего путного, только восхваляла Волков, именуя их лучшими и сильнейшими, просто потому что они родились в Хвивафюльке. Мои знания были бы такими же, если не Линн и Вальгард с Сигурдом, которые терпеливо отвечали на вопросы.

— Ей никто не рассказывал, Рефил, — я сочувствующе посмотрела на Лив, желая её подбодрить, но та лишь отвернулась, заставляя пожалеть о проявленной жалости. Знала же, что её характер меняется, как погода в море.

— В таком случае самое время узнать, — бодро заявил Сигурд, замедляя шаг и желая избежать ссор. — Раньше не существовало никаких кланов — просто земли, на которых ютились люди. Из дальних земель стремились корабли и часто нападали на них, лишая урожая и крова. Постоянные разорения и пожары, нищета и голод стали причинами для заключения союзов. Люди тогда жили преимущественно на Хвивафюльке, но постепенно места стало становится всё меньше и меньше, и тогда было решено отправиться в разведку.

— Стоит сказать, что фьорд не был заселен, — добавил Рефил. — Люди обитали в восточной части острова, не рискуя уходить далеко от плодородной земли.

Спорное заявление, ведь на востоке, как раз где мы были сейчас, много гор и холмов, однако страх и привычки диктовали людям условия, пока терпеть стало невмоготу.

— Население росло, смельчаки перебирались на запад, заселяли фьорд и отправлялись на другие острова, — продолжил Сигурд. Ветер трепал его светлые кудри, сверкающие украшениями на солнечных лучах. — Проходило время, образовывались целые независимые поселения, что потом стали именоваться кланами.

Лив едва заметно кивнула:

— А где тогда обитали Орлы? — видимо, карту она всё же представляла хорошо.

— На Хваланде и Бьёрндалире, — вспомнила я рассказы Линн. — Они занимали половину земель клана Медведя и не думали тесниться, строя огромные рвы и возводя неприступные заборы. Ещё Орлы первыми обосновались на Хваланде, а Вороны были вынуждены занимать горную местность. Но падальщикам не место среди благородных хищников, и началась резня.

Бьёрнсон удивлённо уставилась на меня. Большинство судачило и вспоминало только нападение Орлов на Волков, забывая, что началось всё с Хваланда и междоусобицы в горах.

— Верно, — кивнул Харальдсон. — Клан Медведя тогда ещё не окреп и, не желая рисковать, предпочли скрыться на Вильмёре, поэтому Вепри являются смешанными отпрысками переселенцев из разных кланов. Так, у Орлов в распоряжении оказалось полтора острова, но им было мало: они жаждали Хваланд. Вороны пытались проводить мирные переговоры, которые заканчивались угрозами, драками и стычками на ножах. Некоторые из страха покидали дома, не желая спорить с Орлами, которых было гораздо больше. Позже беженцы расселились по всему Риваланду, в том числе и на островах Змеев.

— Первые постройки и храмы на островах воздвигли именно они, — вклинился Рефил. Он-то застал большую часть событий и прекрасно помнил происходивший раздор.

Мы поднялись и медленно брели к смотровой башне, предаваясь истории. Весна постепенно вступала в права, однако после ночного ливня, земля хлюпала под ногами, а в небе громко кричали чайки, которых гонял Ауствин. Солнечные лучи припекали шерстяные плащи, однако гуляющий ветер на Утёсе разгонялся и пробирал до костей.

— Тем не менее нашлись смельчаки, которые решили остаться в горах Хваланда и не согласились покидать обжитых земель, говоря, что каждый клан достоин своего острова, — продолжил Сигурд. — Вороны хотели поделить земли пополам и мирно сосуществовать с соседями, однако Орлы были иного мнения: им хотелось править всем и сразу. Тогда они и решили истреблять противников: сжигали поселения, грабили амбары, убивали и насиловали. Те, кому удалось сбежать, просили помощи у сторонних кланов, однако никто не спешил развязывать войну. Волки первыми решили вмешаться и созвали совет, на котором разделяли территории, закрепляя за Орлами полтора острова и не более. Однако хватило на пару лет: Ворон уничтожали, а после стали вторгаться и к Медведям.

— Дед Сигурда, Гуннар Свирепый, решил отдать отпор, — мрачно пробасил Рефил, предаваясь воспоминаниям. — Он призвал воинов сплотиться и сокрушить смутьянов. Сотни вооруженных мужчин и женщин подняли топоры и мечи, не желая терпеть распри внутри страны. Реки крови омывали земли и берега, а море пенилось от потопленных дракаров. Потери были колоссальными: горы трупов на поле сражений, вырезанные поселения и пепелища с разрушенными домами — пострадал каждый остров. Решающее сражение состоялось близ Хваланда на драккарах, где и был якобы убит предводитель Орлов — ярл Ролло, однако ему удалось выжить.

Об этом негодяе ходило много легенд, и, судя по побледневшему лицу Лив, она их тоже слышала. Линн рассказывала, что когда-то Ролло был хитрым и изворотливым человеком, нажившим богатство грабежом и убийствами. Он не стеснялся брать женщин где угодно, а неугодных пытал и устраивал ужасные казни, одну из которых назвал даже в свою честь — «кровавый орёл».

— И что случилось после? — осторожно поинтересовалась Лив, желая поскорее дослушать мрачную историю, пока мы не подошли вплотную к смотровой башне.

— После крушения более двадцати драккаров Гуннар получил прозвище Свирепый и созвал совет, разделяя земли Риваланда между шестью кланами, закрепляя за остатками Орлов половину Хваланда, — продолжил Рефил. — Однако хватило на несколько лет. Негодяи и мерзавцы со всего Риваланда стремились к Ролло, а наёмники из Змеев стали его верными псами, что проникали повсюду. Нарастив войско и призвав убийц даже с Дальних Земель, Ролло во главе Орлов напали на каждый клан. Тогда-то и прогремело кровавое восстание, закончившееся победой Волков. Орлы, включая женщин и детей, были истреблены и сожжены на восточных берегах Хваланда.