Чтение онлайн

— За грибами пошли? — он с нескрываемым любопытством рассматривал её пустые руки.

— А они растут на полях? — Тая поправила сползшую с плеча лямку рюкзака. — Не знала.

— Что тут только не растет, Таисия Саввовна, — мурлыкнул довольный Зимовский.

Она глянула за его спину — ей не хотелось шутить с ним:

— Что-то случилось?

Он тоже оглянулся: худое, длинное, нескладное тело санитары стали упаковывать в черный пластиковый мешок. И не понять издалека: парень это или девушка. Сейчас многие коротко стригутся и носят штаны, особенно в столице. До Змеегорска мода тоже могла дойти. Это сейчас центр Сибири.

— Да вот, грибники с утреца работу подкинули. — Зимовский бросил на Таю свой фирменный взгляд с прячущейся на дне угрозой. И ведь улыбается при этом. — Так чему обязан вас лицезреть в столь ранний час?

— Илья Андреевич, давайте серьезно. Сейчас уже почти одиннадцать.

Поле в её силах совладать с Зимовским откровенно сомневалось. Высохшие стебли злаков выпрямились, сверкая в солнечных лучах острозаточенными кончиками. Тая притопнула ногой, и стерня вновь поникла, теряя свою кровожадность. С Зимовским она справится сама. Хотя бы попытается.

— И лишь седьмой час по вашему времени. — Вредный Зимовский снова встал так, чтобы Тае ничего не было видно. Только и слышно, как хлопнула дверца фургона-холодильника. — И, если вы не заметили, я всегда серьезен, когда вы меня не провоцируете.

— И чем же я вас провоцирую?

Узкая полоска леса угрожающе зашумела на ветру, тоже предлагая помощь. Туман забился в испуге в развалины цехов кирпичного завода. Над ними кружились с диким граем вороны, словно что-то предвещая. Тая дернула плечом, отказываясь и от их помощи, и от помощи леса. Если Тая не справится сама — попросит помощи у Кошкина, а никак не у поля или леса.

Зимовский пожал плечами:

— Да если бы я знал! Вижу вас и прям мальчишкой робким становлюсь. Так и хочется за косу дернуть, а косы-то и нет. — Он даже руками развел в сожалении. — Зачем обрезали? Такое богатство же было.

— Из-за вас и срезала, — легко солгала Тая, отгоняя прочь тени прошлого. Лес ветром напомнил о себе, намекая, что лгать нехорошо. Тень от него на мягких кошачьих лапах подбиралась все ближе и ближе. Еще чуть-чуть и снова мертвый ветер поднимется.

— А если я поклянусь, что никогда не буду дергать вас за косу? Отрастите обратно?

Тая еле сдержала дрожь — та коса тяжело ей аукнулась:

— Только через ваш труп!

И какое ему дело до её косы.

— Не пойму, это я ценный или ваша коса?

— Вы еще долго так можете ерничать? — сдалась Тая.

Тело уже погрузили в санитарный фургон. Еще чуть-чуть и его увезут. Тая так и не узнает, это парень из её сна или нет.

Зимовский пожал плечами:

— Не знаю. Говорю же — что-то есть в вас такое, что меня провоцирует, превращая в мальчишку. Хочется портфель отобрать. Или за косу дернуть. Или конфетой угостить тайком. Или стоять в трагической позе и читать вам стихи. Или как вчера спасать пьяных магмодов… Так чему обязан? Ведь это не исполнение вашего обещания со свиданием? Я все же надеюсь на большую романтику.

— Чем вам не нравится поле?

— Трупом посередине. И не смотрите так, cantharellus cibarius, вас это не касается.

(*Cantharellus cibarius — лисичка обыкновенная)

Он внезапно опустился перед Таей на одно колено, как в фильмах, и… Тая тяжело сглотнула, прогоняя прочь глупости. Зимовский принялся завязывать шнурок на её ботинке. Еще и посмотрел снизу вверх, странным взглядом из-под бровей, во взгляде Тая откровенно прочитала ненависть.

— Я же говорю, — Зимовский встал. — Что-то в вас меня провоцирует вести себя, как мальчишка. Вот, шнурки вам завязывать…

Незнакомый Тае парень в мундире с петлицами титуляшки подошел и протянул Зимовскому и ей бумажные стаканчики с кофе. Кажется, парень Тае свой кофе пожертвовал.

— Долго еще, Владимир? — уточнил у него Зимовский.

Так этот молодой брюнет с невыразительной внешностью — тот самый секретарь, который любит заниматься ретушью фотографий.

— Криминалисты говорят, не меньше часа. Там кро…

Зимовский кашлянул, и парень осекся.

— Виноват! — Владимир склонил голову.

— Иди уже. И спасибо за кофе.

Тая, вертя в руках горячий стаканчик с кофе, тихо сказала:

— Я могу вам помочь. — Она сделала осторожный глоток кофе. Слишком сладко, слишком сливочно, слишком горячо.

— Чем? — Зимовский внимательно оглядел её с головы до ног. — Насколько мне известно, вы по образованию всего лишь медсестра. Вмешиваться в расследование вы не имеете права. Если только сами не участвовали в случившемся. Мне сложно представить вас скачущей с рядка на рядок и подбадривающей пьянчугу сделать еще один рывок и встать. Это банальный несчастный случай. Парень перепил, упал, заснул и замерз. А мы тут мучайся.

— Ваш Владимир, не знаю, как по батюшке, сказал, что там много крови.

— Таисия Саввовна, напоминаю: вас это не касается.

Она решилась — ей нужно знать правду:

— У парня все ладони рассажены стерней. Он полз, долго полз, он пытался встать и не мог. Он не был пьян. Его удерживали заклятьем.

Зимовский отрицательно качнул головой:

— Не угадали. Федоров был пьян: гулял в «Бездонном бочонке» — это уже выяснили мои люди. Потом видимо он пошел домой в поселок магмодов, сокращая путь через поля, и не дошел. Даже бравые вояки не умеют рассчитывать дозу алкоголя и заканчивают вот так глупо: замерзшими до смерти. Не пил бы — был бы жив.

Тая, привыкшая, что к ней прислушивались, настояла:

— И все проверьте на использование магэнергии. Его усыпили колыбельной, навроде той, что звучала тогда в вашей машине.

— То есть вы все же стояли рядом и подзуживали парня, махая помпонами или как там называются «махалки» в группах поддержки спортсменов? — хмыкнул Зимовский. — И когда вы все успеваете?

Насмешки в голосе Зимовского Тая не выдержала. Она моментально вскипела обидой, и тень леса, готовая её защитить, вскинулась вверх, заслоняя яркое осеннее солнце, словно небо и солнце щедро припудрили пылью, а потом лес обрушился с небес хищной ледяной птицей. С клекотом, с жаждой крови, с желанием вмять в землю, чтобы обидчик не поднялся. Зимовский резко выбросил вверх руку, сияющую золотом, больно дергая Таю за локоть и отправляя себе за спину. Заиндевевшие стаканчики с кофе полетел на землю. Поле приняло эту жертву, чавкнув от сытости. Тень острыми когтями коснулась Зимовского, и тут же осела на желтую, колкую стерню быстро тающим снегом, инистым узором расползавшимся прочь.

— Мр-р-рак…

Тая сглотнула. Все зашло слишком далеко. Лес за спиной недовольно шумел.

Зимовский резко развернулся к Тае:

— И что это было, грибочек?

Заплетающимся от страха языком она солгала:

— Не знаю.

Он медленно начал говорить, словно размышлял вслух:

— Вы не маг. И не магмод. Не думаю, что кто-то бы решился нарушить императорский запрет на магмодификации женщин. Хотя Семен Васильевич строптив и вольнодумен. Вы… Кто вы, Таисия Саввовна?