Чтение онлайн

Он продолжал держать на лице ту самую нейтральную, непроницаемую маску, и молча кивнул.

– Хорошо. Ты скажешь, если я зайду слишком далеко.

Он не проронил ни слова. Просто смотрел на меня.

Я подчеркнула каждое слово, тыкая пальцем в воздух:

– Я. Люблю. Член.

Он моргнул... Но маска на его лице никуда не делась.

– Мне нравится, когда член входит глубоко в меня, а мои руки зажаты над головой.Мне нравится, когда член заполняет меня. Мне нравится, когда меня наклоняют, а член хлопает и колотится так сильно, что мои ягодицы шевелятся от всех этих движений. Когда меня трахают так яростно, что я теряю дыхание и почти забываю, как меня зовут.

У Лэя округлились глаза.

Но раз уж я начала, а он все еще молчал... я пошла дальше:

– И мне нравится скакать на члене, пока я не кончаю.

Он резко втянул воздух сквозь зубы.

Понять, хорошо это или плохо, я так и не смогла.

Я скрестила руки на груди, прикрывая лифчик, под которым мои соски уже давно напряглись и торчали через тонкую ткань.

– И... – добавила я с легкой усмешкой, – после пары бокалов вина, хорошего ужина и танцевальной ночи... мне нравится, когда член оказывается у меня в заднице.

На его лице треснула та самая нейтральная маска. Из глубины прорвался дикий, голодный взгляд. Лэй сжал кулаки по бокам.

Ого. Это хорошая реакция... верно?

Я тяжело сглотнула:

– Мне еще нравится... – голос мой дрожал, – когда я лежу на спине, а мои ноги задраны вверх... и когда парень резко выходит из меня, а его член весь в моей влажности... и он шлепает головкой по моему клитору, будто говорит: "сучка, никогда не играй со мной,", а потом снова резко врывается в меня и начинает жестко, яростно трахать, пока я не начинаю кричать от наслаждения.

Его губы приоткрылись от шока.

Моник, мать твою... ты явно перегнула. Можно было бы и помягче. Что вообще с тобой не так?

Наверное, меня окончательно свело с ума все это бешеное сексуальное напряжение. Черт возьми, этот мужчина вчера дважды целовал меня так, будто был диким зверем, а потом спал рядом, весь такой горячий, мускулистый, как будто все нормально. Как будто я не живая, теплая женщина, у которой, между прочим, тоже есть свои потребности!

А теперь мы наполовину голые у ручья, и он снова поцеловал меня так жарко, что у меня затрепетало все тело.

Я ведь не мать Тереза и не какая-то святая мученица.

И потом... я ведь не трахалась с самой ночи похорон своей мамы. Я изнывала от желания. А он стоял передо мной, с огромной, толстенной выпуклостью в штанах. Прямо перед носом.

Что бы на моем месте сделала любая нормальная женщина?

К тому же, после того, как Лэй показал этот свой прием "Спираль Лазурного Дракона", мне с трудом удавалось не заорать прямо ему в лицо: "Да давай уже закрути свою спираль в эту киску!"

Я плотно сжала губы.

Он просто смотрел на меня с приоткрытым ртом и сжатыми в кулаки руками.

Я прокашлялась:

– Я переборщила?

– Нет, – Лэй покачал головой и моргнул дважды. – Я просто пытаюсь не кончить в штаны прямо сейчас.

– Оу, – на моем лице расцвела дьявольская улыбка.

– Не смотри так, – пробурчал он.

– А как иначе? Это чертовски горячо.

–Ни хуя, это не горячо. Я должен был бы лучше контролировать себя.

– Эй, – усмехнулась я. – Если хочешь кончить на месте – мы же лучшие друзья. Никаких осуждений. Доставай... дай хоть посмотрю.

– Ты очень смешная.

Но я ведь совсем не шутила...

Лэй тяжело выдохнул, но уголки его губ все же дернулись в едва заметной улыбке.

– Я не ожидал... – его голос стал тише. – Что мы вообще дойдем до этой части... утешения.

– Не ожидал?

– Нет. Но давай обсудим.

– Давай.

– Понимаешь... – он отвел взгляд, и в этот момент выглядел таким уязвимым, что у меня сжалось сердце, – не то чтобы я никогда не хотел быть внутри женщины. Просто раньше... это была только одна женщина...

Я ясно ощущала: я была одной из немногих, кому довелось увидеть его таким.

Остальные знали Лэя, как Хозяина горы.

А я видела Лэя – мужчину.

Он снова повернулся ко мне. В его глазах застыла растерянность и тревога.

– Я любил Шанель, – прошептал он. – Хотел, чтобы мое первое было именно с ней. Но теперь, когда ее...

Ему не нужно было заканчивать фразу.

Все было и так предельно ясно.

Я застыла, не зная, как правильно отреагировать.

Конечно, я понимала, насколько глубоко он ее любил. И, наверное, именно поэтому я всегда буду видеть в нас нечто меньшее, чем "больше, чем друзья".

Она навсегда останется в его сердце. И, кем бы мы ни были, она всегда будет между нами – незримой тенью.

А мне нужен был мужчина, который принадлежал бы только мне.

И все же... В ближайшие дни мы будем вместе.

Если уж мы решили утешать друг друга и исследовать свои желания... Я чувствовала, что разговор о проникновении был необходим.

Вся моя нервозность вспыхнула из-за одной простой мысли: если он сейчас откажет мне... Я все равно восприму это как отказ. Как отторжение.

Разумом я понимала, почему он может сказать "нет". Но мое тело... мое тело почувствует себя недостойным. Нежеланным. И я не знала, как вообще справлюсь с этим.

У меня скрутило живот, когда он заговорил снова:

– Но теперь все... все в дерьме. И я сам не знаю, что вообще имеет значение. Почему я должен цепляться за свою невинность? Почему бы просто не... не заняться сексом?

Я должна ответить на этот вопрос?

Я молчала, хотя на языке жгло десятки ответов.

Трахаться– это охуенно! И, мальчик, я бы могла показать тебе такое, о чем ты мечтать не смел. Поиграешь со мной слишком долго, Лэй, и будешь по ночам стоять под моей дверью, задыхаясь от желания.

Я скрипнула зубами и сдержалась.

На сегодня я уже и так наговорила больше чем достаточно.

– Если бы я сейчас собирался потерять девственность с кем-то... – Лэй медленно опустил взгляд по моему телу, – и этим кем-то была бы ты...

Он на мгновение замолчал, прежде чем добавить: