Прелестная обманщица
Шрифт:
– Конечно, вы будете на балу. И не как компаньонка, а в числе приглашенных.
Эмма была поражена. Неужели он узнал о затее Люси? Он очень проницателен. Неужели
нарочно провоцирует ее? А может, он просто деликатен, как обычно? Как ей поступить, согласиться
или отказаться? Лучше бы ей никогда не появляться в этом доме и не влюбляться в маркиза Кавенгема!
Эмма отодвинулась.
– Милорд, спасибо, но я...
– Вам нечего надеть? Уверен, что Люси найдет вам что-нибудь.
– Милорд, я не заслужила такой доброты с вашей стороны.
– Как? Что вы натворили? – Сказано это было настолько мягко, что у Эммы вновь навернулись
на глаза слезы. Он протянул ей свой платок.
– Я не могу вам этого сказать, – она вытерла мокрое лицо. – Прошу вас, позвольте мне уйти. Я
отнесу лампы на кухню. Поваренок их вычистит.
– Нет, – сказал он. – Вы отсюда не уйдете до тех пор, пока все мне не расскажете. – Он указал на
диван в алькове у окна.
Эмма села и посмотрела на маркиза.
– Что вы сделали? – повторил он. – Неужели мне предстоит вынести еще одну порцию
нравоучений со стороны леди Кларенс?
Эмма с трудом улыбнулась.
– Она будет на балу?
– Вы прекрасно знаете, что будет, так как вместе с Люси писали приглашения. Перестаньте
увиливать от ответа. Я должен знать, к чему мне быть готовым.
– Вам не к чему готовиться, милорд, я в этом участвовать не буду.
– Полагаю, что вы говорите о розыгрыше. – Он замолчал, ожидая от нее признания в обмане. Он
надеялся, что она расскажет ему, почему приехала в Англию и выдала себя за горничную.
– Да. Я говорила Люси, что ничего не получится, что нехорошо вас разыгрывать...
– Люси? А она здесь при чем? – удивился он, но Эмма от отчаяния этого не заметила.
– Милорд, не сердитесь на нее. Все началось с шутки, когда я показала ей свое сари. Я не думала,
что дело зайдет настолько далеко.
Он сел с ней рядом и взял за руку.
– Продолжайте.
Она выложила ему все о плане Люси провести ее на бал, хотя не упомянула о капитане
О'Конноре.
– Милорд, я должна была незаметно выйти из дома, когда вы отправитесь переодеваться, и
вернуться с сэром Ричардом Годфри и его женой. Предполагалось, что меня будет сопровождать их
друг.
Неожиданно он выпустил ее руку, откинулся на спинку дивана и расхохотался.
– Мне очень жаль, милорд. Мне не следовало этого делать. А все мое глупое желание
покрасоваться в сари! Пожалуйста, не сердитесь на меня. Я знаю, что не гожусь на роль компаньонки.
Сегодня же покину ваш дом.
32
– Ну уж нет! Люси с вами хорошо. Я знаю, что вы заботитесь о ней и никогда не сделаете ничего
ей во вред.
Положение запутывалось все больше и больше. Эмма чувствовала, что падает в бездну.
– Милорд, я очень люблю вашу сестру. Ее нельзя не любить.
– Значит, вы придете на бал как наша кузина, которая недавно приехала погостить. Я пошлю
сэру Ричарду записку, чтобы он вас не ждал.
– Ох, милорд!
– А теперь отнесите на кухню лампы и найдите Люси. Скажите, что я хочу ее видеть.
Эмма с трудом поднялась на ноги.
– Благодарю вас, милорд.
– И, пожалуйста, не обращайтесь больше ко мне «милорд». Родственники так не делают. Это
вызовет подозрение. Для вас я Доминик.
Эмма поторопилась уйти, чтобы он не увидел, как она покраснела.
Отправляясь вечером в дом Монтфорестов на Парк-Лейн13, Доминик не переставал думать об
Эмме. Она скрывает от него правду, это очевидно. Но что-то вынуждает ее лгать. Какая-то очень веская
причина.
Сегодня он собирался подарить Софи обручальное кольцо. Вначале он решил, что бал самый
подходящий для этого случай. Но потом передумал. Эмма напомнила ему, что бал устраивается для
Люси, и если он вручит Софи кольцо на балу, она постарается привлечь к себе всеобщее внимание, а
Люси останется в тени.
– Доминик! – радостно воскликнула Софи, когда он появился в гостиной, где она сидела с
матерью. Софи была в темно-розовом шелковом платье, которое изумительно оттеняло нежный цвет ее
лица. Красивая девушка, ничего не скажешь, в который раз отметил Доминик. – Я посчитала, что ты
слишком занят приготовлениями к балу и не придешь к нам сегодня.
Он поклонился леди Монтфорест, а затем ответил Софи:
– Разве ты не рада моему приходу?
– Конечно же, рада, глупый. – Она сделала ему знак сесть рядом с ней на диван.
Ее светлость с лукавой улыбкой встала.
– Я вас оставлю наедине. В конце концов, вы помолвлены.
– Все готово к балу? – спросила Софи, когда мать ушла.
– Несомненно, в последний момент обнаружится, что что-то забыли, но пока вроде все сделано.
Люси и мисс Вудхилл очень взволнованны.
– Не понимаю, с чего волноваться мисс Вудхилл. На балу Люси не понадобится компаньонка.
– Именно поэтому я пригласил мисс Вудхилл как гостью. У нее в жизни совсем нет развлечений,
да и Люси будет рада.
– Доминик, как ты мог! Она и так дерзит не в меру, а теперь...
– Софи! Неужели мы будем из-за нее ссориться? – Он улыбнулся, стараясь смягчить
накаляющуюся обстановку. – Я пришел поговорить не о мисс Вудхилл.
– Тогда выгони ее. Она может нас поссорить.
– Софи, не говори ерунды, – ответил Доминик, но подумал, что Софи, возможно, права. Однако
теперь, когда он заявил, что заботится о мисс Вудхилл по просьбе ее покойного отца, он не может
расстаться с ней, даже в угоду невесте.
– Боюсь, что это невозможно, – с улыбкой ответил он. – Я дал честное слово.
– Тогда ты должен позаботиться, чтобы она вела себя скромно и не заставляла меня краснеть.