Чтение онлайн

Рис. 1.4

Самое интересное в том, что даже если электроны запускать по одиночке, интерференционный узор выходит все равно. То есть даже один электрон – уже волна и может переходить через две щели одновременно.

Примечательно, что, когда ученые решили проследить за электронами, в том числе за тем, как они преодолевают эти две щели, физика поведения электрона сразу сменилась на классическую. То есть вместо интерференционного узора ученые обнаружили просто две полоски, как в случае с обыкновенными шариками. Создавалось впечатление, что частица ведет себя по-разному в зависимости от того, наблюдают за ней или нет.

Кот Шредингера (рис. 1.5) – мысленный эксперимент, предложенный австрийским физиком-теоретиком, одним из создателей квантовой механики, Э. Шредингером (1935).

Рис. 1.5

Суть эксперимента в следующем: в коробке с условным котом находится атом радиоактивного элемента и колба с кислотой, которая разобьется, после того как радиоактивный элемент распадется. Если колба разобьется – кот умрет, но мы не знаем наверняка, распадется ли атом радиоактивного элемента, и никто, включая кота, не может на это повлиять. Следовательно, кот и жив, и мертв одновременно, что и называется квантовой суперпозицией.

Выяснить точное состояние кота мы сможем только когда откроем коробку, и, таким образом, состояние кота Шредингера в квантовом мире определяет именно факт нашего наблюдения [8] .

Здесь можно привести пример с крутящейся монетой: пока она находится в движении, неясно, что выпадет: орел или решка. Для того чтобы узнать, монету надо остановить, что уже будет вмешательством в систему. Итак, события могут развиваться по двум совершенно разным сценариям.

Данное явление и называется эффектом наблюдателя. Однако причины поведения частиц доподлинно неизвестны; мнения ученых в объяснении происходящего существенно разделились.

Представители Копенгагенской интерпретации – толкования квантовой механики, сформулированной Н. Бором и В. Гейзенбергом во время совместной работы в Копенгагене (1927), – склонялись к тому, что пространство, окружающее нас, и сознание тесно связаны. И именно благодаря существованию наблюдателя формируется и материальный мир.

Некоторые физики (А. Эйнштейн, Б. Я. Подольский, Н. Розен и др.) не соглашались с копенгагенской интерпретацией, поскольку она вводит неопределенное понятие измерения, которое превращает вероятностные функции в достоверные результаты измерений.

Кроме того, во всех описанных опытах экспериментаторы неминуемо воздействовали на систему: подсвечивали лазером, устанавливали измеряющие приборы, измеряли свойства – и, следовательно, взаимодействовали с ней. А значит, тем самым влияли на ее качества и свойства.

Как раз это объясняет термин «декогеренция» – необратимый с точки зрения термодинамики процесс нарушения квантовых свойств системы при ее взаимодействии с другой, крупной системой. Во время такого взаимодействия квантовая система «подчиняется» крупной системе, утрачивает свои изначальные черты и становится классической. Соответственно, и парадокс с котом Шредингера заключается в следующем: кот представляет собой настолько большую систему, что изолировать его от мира просто нельзя.

И все же загадка влияния наблюдателя на процессы микромира заставляет задуматься: а что если квантовая суперпозиция распространяется не только на субатомные частицы, но и на окружающий нас макромир? Действительно ли наблюдатель влияет на реальность собою и каждую минуту своего наблюдения человек выбирает, какой будет эта реальность?

Обсуждая позицию наблюдателя нельзя не сказать и об одном из фундаментальных принципов современной космологии, который фиксирует связь между крупномасштабными свойствами нашей Вселенной (Метагалактикой) и существованием в ней человека – наблюдателя [9] .

Антропный принцип утверждает, что, если человечество существует, во Вселенной имеется некоторое базовое число характеристик, без которых его существование стало бы невозможным. Антропный принцип предложен в двух формулировках: слабый (То, что мы ожидаем наблюдать, должно быть ограничено условиям, необходимыми для нашего существования как наблюдателей) и сильный (Вселенная (и, следовательно, фундаментальные параметры, от которых она зависит), должна быть такой, чтобы в ней на некотором этапе эволюции допускалось существование наблюдателей) [10] .

Мы не будем вдаваться в подробности данных контекстов, обратим внимание на суть. С возникновением наблюдателя как субъекта взаимодействия (выделяющего объект своего наблюдения), возникают субъект-объектные взаимоотношения. А это значит, что субъект и объект начинают оказывать друг на друга влияние.

Несомненно, большое значение имеет масштаб и сила субъекта и объекта как систем взаимодействия. До определенного времени это влияние было односторонним, и Метагалактика оказывала определяющее воздействие на человечество.

В ХХ веке человечество обретает космопланетарную силу воздействия на планету (а через нее на космические системы в целом), вырастает в субъекта, более осознанно (хотя и не всегда ответственно) взаимодействующего с окружающей материей. Начинается этап взаимного влияния и взаимного развития Человека и Метагалактики.

Принципиальное значение, однако имеет позиция наблюдателя: Что такое Метагалактика? С чем я взаимодействую и каковы последствия этого взаимодействия? Соответствующими будут действия человека в ее освоении. Являясь базовым принципом современной космологии, антропный принцип обсуждается в ряде других наук: в физике, философии, теологии, психологии.

Причиной обращения к категории «позиция наблюдателя» психологии стала необходимость осмысления разных систем отсчета при изучении психологических реалий, а также решении практических задач.

Классическим в психологии считается «естественный эксперимент» – метод, сочетающий в себе достоинства систематического наблюдения и лабораторного эксперимента, предложенный выдающимся отечественным психологом А. Ф. Лазурским (1910) [11] . В нем наблюдатель, включенный в некоторую форму активности (урок, работа, прогулка, игра), изучает качества и свойства участников эксперимента и структурированно фиксирует результаты наблюдения. Наблюдаемые не должны знать о диагностической задаче наблюдателя, иначе их поведение существенно изменится. Однако даже в этом случае объективные результаты наблюдения будут носить в той или иной степени субъективный характер.

Отечественный историк и литературовед А. М. Эткинд [12] выделяет две исследовательские позиции: позиция наблюдателя (дистанцированная, изучающая человека как бы «со стороны») и позиция действующего лица («изнутри», через призму собственного опыта). Эти позиции представляют собой различные системы координат и изучаются с применением разного диагностического инструментария.

Итак, в разных дисциплинах позиция исследователя в отношении интересующего объекта описывается различными понятиями: позиция наблюдателя, сознание наблюдателя, позиция восприятия, эффект наблюдателя.