Преступивший
Шрифт:
И забудет всё, что здесь произошло, навсегда вычеркнет из памяти эту страшную осень.
Забыть этот город, эти места, не возвращаться сюда никогда!
Надо расшатывать затворы, держащие засов на её двери.
Георг стал расслабляться в последнее время и частенько при выходе во двор на короткое время, не закрывал Юлю в её тюрьме.
Позволял оставаться в комнате наверху без его контроля.
А девушка ежеминутно искала пути спасения.
Она уже проверила прочность старых креплений, удерживающих засов на её камере, и уверена, что, если их регулярно раскачивать, то они выпадут.
Только надо быть очень осторожной, делать это, с одной стороны. Постепенно получится!
Усыплять его бдительность, притворится, что смирилась, не провоцировать.
С загадочным видом сияющий Георг зашёл со двора, не снимая верхнюю одежду и обувь. Ладони сложены вместе.
Он так искренне улыбался, что, Юля невольно заулыбалась в ответ.
— Иди сюда, — поманил он девушку с самым таинственным видом и понижая голос до шепота:
— Смотри!
Когда она подошла, покивал подбородком на сложенные ладони и осторожно открыл их.
Юля тихонько ахнула.
На пальцах сидела большая бабочка. Сонная, пытающаяся двигать плохо гнущимися ножками, складывала и распрямляла яркие крылышки.
— В дровянике нашёл! — гордо шепчет, будто совершил подвиг.
Они зачарованно смотрели на это чудо — отголосок лета среди холода и снега.
— Не дыши на неё! Пыльца осыплется… — шипит Георг.
О, боже… Это чудовище боится дышать на бабочку?! Запрещает ей?
Юля незаметно покосилась на мужчину. Он светился совершенно откровенной детской радостью…
— Отпущу? — вопрос к ней, хочет выпустить в комнату.
— Нет.
Его удивлённый и немного обиженный взгляд:
— Почему?
— Она здесь погибнет. Будет биться об стекло и сломает крылышки. Отпустите на волю…Верните туда, где нашли. Дождётся весны и оживёт.
Вздыхает, грустнеет и соглашается. Ушёл…
Юля чувствует себя некомфортно. Этот поступок плохо вписывается в привычный шаблон её восприятия зверя.
Подошла к окну и видит, что Георг всё ещё возится со своей бабочкой, пытаясь пристроить её поглубже среди дров, укрыть её от ветра.
Увидел девушку, наблюдающую за его действиями, машет рукой, смеётся и показывает большой палец: «Всё в порядке».
О-о… Зачем? Зачем?! Оставайся прежним, так всё значительно проще!
Глава 14
Зима неумолимо наступала на эти края, снег выпадал, таял.
Но с каждым разом задерживался всё на более длинный срок.
Дни коротко и серо заглядывали в небольшой дом, обособленно стоявший среди побелевших от снега гор.
Юле позволялись короткие прогулки во дворе.
Она надевала чужую тёплую одежду, большую обувь, сваливающуюся с ног, укутывалась в серую шаль и бродила под присмотром своего надзирателя.
В этом нелепом одеянии она была смешной и неуклюжей, похожей на щуплую бродяжку.
Иногда они вместе разгребали снег, когда его выпадало достаточно много.
Отношения с хозяином стали более ровными, в его интонациях уже не сквозило прежнее раздражение.
Иногда казалось, что он даже с теплотой смотрит на свою узницу.
Она не раз видела, как Георгий, занимаясь чем-нибудь во дворе, вдруг выпрямлялся, смотрел на окно кухни, где чаще всего она бывала и на его лице появлялась мечтательная улыбка.
В такие моменты ей становилось грустно.
Задумывалась — отчего так? Невероятно, но, обнаружила, что чуть-чуть сочувствует своему тюремщику.
Что он испытает, когда она исчезнет?
Вскоре у Юли появился дружок.
Как это несчастное, рыдающее существо появилось в этих местах, так и осталось загадкой.
Возможно, дикий зверь или хищная птица обронили свою добычу.
А может, неведомыми тропами, он сам добрался до их двора.
Это был крошечный худющий котёнок с вытаращенными от ужаса, слезящимися глазами и полупрозрачными огромными ушами.
Стоял, дрожа тщедушным тельцем и, отчаянно, из последних сил, орал и просил о спасении.
Юля кинулась к нему, схватила и прижала к себе.
Георгий страдальчески поморщился:
— Отпусти его! Пусть ищет свой дом.
Девушка категорически замотала головой:
— Нет! Он погибнет! Он совсем маленький!
— Женщина! Отпусти его! В моём доме не будет кошки! Я не люблю кошек!
— Пожалуйста!!! Можно я его оставлю? Он будет жить у меня, я не буду выпускать его из комнаты! Вы его не увидите…
Юля чуть ли не плакала. Просила и умоляла.
Твёрдо решила, что ни за что не оставит котёнка на улице.
Пусть даже нарушится установившееся хрупкое перемирие с хозяином дома! Война — так война!
Георг отрицательно качал головой и поворачивался к девушке спиной.
Она упрямо обходила его, вставала перед лицом и не давала идти дальше.
Он аккуратно отодвигал её и продолжал заниматься своим делом. И всё повторялось.
— О-о!.. — раздражённо простонал он.
С гримасой страдания и брезгливости внимательно посмотрел на испуганную мордочку ушастика, на несчастное лицо Юли.
Неожиданно усмехнулся:
— Как вы с ним похожи!
Покачал головой, пробурчал что-то невнятное. Решение давалось нелегко. Поднял руки к небу, как бы призывая высшие силы в свидетели того, на какие жертвы ему приходится идти.
Удивляясь самому себе, махнул рукой «Делай, что хочешь»
Юля взвизгнула от счастья, одарила мужчину благодарной улыбкой и понесла своё новоприобретённое сокровище в дом.
Георг испытал полный раздрай в чувствах. Одновременно и досаду, и радость.
Юля искупала, накормила котёнка. У него были блохи…
Георгий хмурился, вздыхал и издавал какие-то бурчащие звуки, когда Юля, набравшись смелости, попросила купить для питомца целый список: средство от блох, глистогонное, капли для глаз, лоток…
Мужественно молчал. Но выразительно закатывал глаза, кривился и всячески демонстрировал, насколько неприятны свалившиеся на него хлопоты.
Однако, съездил и привёз всё, что она заказала. В этот же день.
Маленький пушистый нахал быстро освоился и через неделю скакал по всему дому, не признавая границ.