ЖАНРЫ

Презент от Железной леди
Шрифт:

— Слезами тут не поможешь! Придется рассчитывать только на себя. Разве что твой экстрасенс вызовет ее дух и попросит дать свидетельские показания.

— А может, стоит показать ему мои рисунки. Вдруг он кого узнает!

— «Вдруг» бывает только в сказке, — мрачно сказал Игорь.

— У нас и так, как в самой страшной сказке. Злые разбойники убили прекрасного принца и бросили в темницу красну девицу. Теперь дело за колдуном. Так что я позову Мачульского, пока он еще здесь.

— Бог с тобой, зови. С женщиной спорить — себе хуже.

Я вытерла слезы и, оценив свое отражение в начищенной до блеска поверхности вазы, пошла к столику Мачульского.

— Я вижу, вы передумали? — радостно спросил ОН.

— Не совсем. Просто нам нужно вас кое о чем спросить.

Роланд Петрович переместился к нам.

— Пятнадцать долларов в час, и я — само внимание. Но деньги попрошу вперед!

— Отлично, вот бабки, — сказал Гоша, вынимая портмоне. — Перед вами — рисунок. Художник, конечно, не Репин, но, думаю, сходство уловить можно. Не знаком ли вам кто-то из присутствующих здесь лиц?

Сравнение с Репиным, было, естественно, не в мою пользу. Я это прекрасно знала и все равно оскорбилась. Игорь мог быть и поделикатнее. Обиженно надув губы и демонстративно отвернувшись, я тем не менее продолжала прислушиваться к разговору.

— Этого я знаю, — сказал Мачульский. — Очень серьезный человек. Живет неподалеку отсюда.

— Кто он, где работает?

— Вы казались мне более умным. Он же крутой. А настоящий крутой пацан не должен марать своих рук работой.

— Когда мне будет нужна оценка своих умственных способностей, я обращусь к специалистам. — Игорь разве что не надулся. — А вас я бы попросил отвечать исключительно на мои вопросы без комментариев.

— Его зовут Эдик.

— А два других? — резко, не давая собеседнику передышки, спросил Игорь.

— Скорее всего заезжие. Их я никогда не видел, — тут же ответил экстрасенс.

— Вот это другой разговор, — удовлетворенно сказал Игорь. — Сейчас и пойдем. Познакомимся, побалакаем о том о сем, может, что и прояснится. Роланд Петрович!

— Да! — с готовностью откликнулся тот.

— Подождите меня в вестибюле, будьте так любезны.

— Конечно, конечно. — Мачульский пошел к своему столику, подозвал официанта, расплатился и двинулся к выходу.

— Значит, мы с тобой сейчас поедем к бандитам? — Я не то испугалась, не то обрадовалась.

— Не мы, я один.

— А как же я?

— Тебе я сейчас сниму номер. Спать пойдешь. Надо сил набираться.

— Я с тобой!

— Еще чего! Мне только тебя на хвосте не хватало. Вдруг там перестрелка будет или еще чего-нибудь в этом роде. Я же за тебя отвечаю.

— Гошечка, лапочка, не оставляй меня одну! Я в машине посижу! — взмолилась я. — Могу первую помощь оказать. Я ведь врач все-таки!

— Зубной, — жестко сказал Игорь.

— Ну и что, все равно нас этому учили! А еще и могу машину вести.

— Знаю. Если бы не я, твои водительские права так бы и валялись на свалке. И все равно не возьму. Я потом себя заживо съем, если с тобой что случится!

— Вот что я вам скажу, господин Тарховский. — Я встала и посмотрела на сидящего Игоря сверху вниз. — Я взрослая женщина. Мне тридцать два года, я вполне адекватно оцениваю свои возможности и в состоянии отвечать за свои поступки. Мне нужно быть там, и, если ты меня не возьмешь, я найму такси и все равно поеду следом. К тому же я не считаю, что в номере полупустой гостиницы буду в полной безопасности.

Игорь сдался:

— Твоя взяла. Поехали. Только чур никакой самодеятельности!

ГЛАВА 10

У входа стояла симпатичная новенькая «БМВ».

— Твоя? — спросила я.

— Моя — на стоянке у нашего аэропорта. Эту здесь дали, — и обратился к Мачульскому: — Куда едем, господин хороший?

— Этот человек обычно коротает время в баре «Веселый Роджер». Там его территория. Так что сейчас — прямо, через два квартала — налево, а там я подскажу.

— Место хоть приличное? — уточнил Игорь.

Экстрасенс замялся:

Ну, как вам сказать…

— Да уж скажите как есть, милейший. С дамой, например, туда можно?

— До «Жемчужины», конечно, далеко… Но с дамой, конкретно вам, — Мачульский окинул Игоря оценивающим взглядом, — можно.

— Ром, табачок и пираты? — поинтересовалась я.

— Ошибаетесь, — хитро подмигнул мне Мачульский. — Девочки, стриптиз и наркотики.

— О, значит, в кайф-базар [1] поедем?! Косяки заколотим или зажилимся? — абсолютно чужим, с какой-то гнусавинкой, голосом выдал Игорь.

1

Кайф-базар— притон наркоманов.

— Чего-чего? — Ячуть не подавилась, но потом вовремя сообразила, что Игорек, как обычно, прикалывается.

— А, да, без базара все равно в хумарах будем! [2]закончил Игорь. — Только я вот все сомневаюсь, стоит ли тебя тащить в это «элитное» заведение?!

— А что, есть еще какие-то варианты? — Манерное, на моем лице отразилось нечто вроде испуга, и других предложений мне не поступило.

Вскоре мы уже парковались на стоянке у «Веселого Роджера».

2

Быть в хумарах— находиться в состояний наркотического опьянения.

Уже с улицы стало понятно, что этот кабак на «Жемчужину» не тянет. Это было обыкновенное кафе-стекляшка, только слегка подремонтированное. Около входа отиралась пара девиц в боевой раскраске, похожий на панка парень с рыжими, всклокоченными волосами и еще какие-то не внушающие доверия личности. Желание идти туда угасало с каждой минутой, но и оставаться в машине не хотелось. Видимо, Мачульский тоже был не в восторге от посещения этого очага культуры.

— Давайте, я с дамой посижу в машине, а вы нее выясните сами? — предложил он.

Поделиться с друзьями: